Даниэль Жирар – Эксгумация (страница 70)
Но она мертва. Спенсер не оставил Анне выбора, кроме как принять подарок тети, как того и хотела Ава.
Сложив книги стопкой, Шварцман задумалась, что с ними делать, но потом решила, что лучшее место для них — книжная полка. Вернув их туда, поставила между ними другие книги, а затем взяла записку Авы.
Сквозь бумагу просвечивала надпись на обратной стороне.
Господи, неужели будет что-то еще?
Шварцман одну за другой снимала книги с полки, пролистывала их в поисках записок или еще одного секретного отделения, пока не пересмотрела все.
Библиотека была забита книгами по юриспруденции. Вряд ли ее мать стала бы их читать. Единственное, что она читала, — журналы по садоводству и кулинарные книги. Поправив книги на полках, Анна спустилась вниз.
В кухне уже сгустился сумрак: солнечный свет закрывали грозовые тучи. Пол над ней скрипнул, и она замерла, прислушиваясь.
Ветер. Что это еще может быть?
Поваренные книги. После долгих поисков они отыскались над микроволновой печью. Их было две, и они были очень старыми. «Радостям кулинарии» было столько же лет, сколько и ей самой, если не больше. Вторая называлась «Поваренная книга занятой женщины», и она была ненамного младше первой.
Ожидая найти новые деньги, Шварцман положила «Радости кулинарии» на столешницу и открыла.
И сразу захлопнула, испуганно оглянувшись через плечо.
Ава спрятала в поваренной книге пистолет. Вот что она имела в виду под книгой, которую читала ее мать. Сомнений быть не может. Деньги, пистолет. Все для нее. Чтобы помочь ей избавиться от Спенсера. Деньги могли купить свободу и время, но пистолет подразумевал нечто иное.
С ним ей больше не нужно убегать и прятаться.
Шварцман достала вторую поваренную книгу и открыла. Внутри была нераспечатанная картонная коробка, не больше колоды игральных карт.
Она закрыла эту книгу и вновь открыла первую, чтобы еще разок взглянуть на пистолет, опустившись на пол с книгой в руках. Кухонные шкафы впились в позвоночник, напоминая, что это не сон. Это была реальность. У нее есть все для того, чтобы раз и навсегда избавиться от Спенсера Макдональда.
Предвидела ли Ава, что Спенсер придет за ней? Вряд ли. Осознавая всю глубину его извращенности, даже она недооценила, как далеко он зайдет, чтобы вернуть свою жену.
Если Ава держала пистолет для самообороны, она наверняка хранила бы его в спальне. Или в любом другом, более доступном месте, чем тайник в кулинарной книге на кухонной полке.
Анна закрыла глаза.
Почему она не вернулась? Она могла бы уберечь Аву от Спенсера, но вместо этого позволила случиться убийству. Спенсер слишком умен, чтобы попасть в руки полиции. Даже если Хэл и Харпер ей верили, как они могли его поймать? Как могли остановить его?
Она представила себе, как прижимает к его голове пистолет. Представила черепные ранения, какие видела в морге. Ее передернуло. Повреждения мозга и черепа. Если она правша, ее пуля, скорее всего, поразит левое полушарие его мозга. Центр речи, логики.
Представила брызги крови из раны на голове. Нет. Она никогда не сможет нажать на курок. Но вдруг получится отыскать что-нибудь в его доме? Какие-то улики, доказывающие, что смерть Авы — его рук дело. Что-то, что подтвердит его вину. Она вполне сможет это найти.
Анна опустила кулинарную книгу, сломала корешок и уронила пистолет себе на колени. Значит, остается только убийство?
Шварцман подняла пистолет и вытянула руку. Представила, как целится Спенсеру между глаз. Она сделает все для того, чтобы Ава стала его последней жертвой.
Наконец-то она избавится от страха.
37
Шварцман заперлась в «берлоге», единственной комнате на первом этаже без окон, не считая крошечной уборной. Ее мучили сомнения, стоит ли использовать для поиска информации телефон. Если ее поймают, то история поиска будет уликой против нее. Но разве у нее есть выбор?
Да, можно пойти в библиотеку или в кафе, но не с пистолетом же. В конце концов желание поскорее выяснить правду взяло верх. Ее первым поисковым запросом была дата последнего применения смертной казни в Южной Каролине: 2011 год. Начало было многообещающим. Всего с 1985 года сорок три человека. Нет, конечно, шансы получить пожизненное заключение были выше, чем смертный приговор. В последнее время для этого применялась смертельная инъекция. Это предпочтительнее электрического стула.
Все подозрения по поводу пистолета Авы подтвердились. Шварцман узнала в нем револьвер и по размеру угадала калибр «.38 спешл». Она насмотрелась на это оружие в делах, над которыми работала.
«Смит и Вессон» калибра.38 был стандартным табельным оружием большинства полицейских управлений с 1920-х по 1990-е годы. Даже после того как их заменили другими (в Сан-Франциско это был пистолет «ЗИГ-Зауэр P226», а в Нью-Йорке «Глок»), «38-й» оставался наиболее часто используемым запасным оружием полицейских.
Созданный в 1898 году, этот револьвер отличался небольшими размерами, благодаря чему его можно было легко спрятать в кобуре на щиколотке под штаниной, и надежностью. К тому же, в отличие от пистолетов, револьверы почти никогда не заклинивало.
Разложив на ковре газету, Аннабель, следуя инструкциям видео на «Ю-тьюбе», почистила пистолет и заменила силиконовую смазку на ружейное масло. Пистолет должен сработать только один раз, и из того, что она прочла в Интернете, следовало, что силиконовая смазка широко использовалась в производстве огнестрельного оружия. Закончив, она сожгла газету в камине, положила пистолет обратно в книгу, а саму книгу поставила на полку в кухне. Пусть постоит там, пока она будет заниматься остальной частью дома.
Кроме револьвера и патронов, не было никаких признаков того, что у Авы когда-либо имелось оружие. Никаких документов, никаких чистящих средств, ничего с логотипом Национальной стрелковой ассоциации. Номер модели на револьвере был датирован серединой сороковых годов, за пару десятилетий до того, как в 1968 году были введены законы о регистрации оружия.
Даже если револьвер и зарегистрирован, для баллистической экспертизы требовались само оружие и пуля. Это легко исправимо — она просто выбросит пистолет. И напоследок Шварцман сфотографировала на телефон все в доме Авы. Она надеялась вернуться, но если не сможет, хотелось быть уверенной, что все будет в том виде, в каком она это нашла.
Взяв из-под тетиной кровати Авы спортивную сумку, Анна собрала сменную одежду, две книги в твердом переплете из спальни и две поваренные книги из кухни. Единственное, что еще она захватила с собой, — это черно-белое семейное фото — бабушка с дедушкой, ее отец и Ава, когда той было лет пять или шесть, а отцу — восемь или девять.
Было почти два часа дня, когда она вышла из дома и поставила сумку в багажник. Что если Спенсер сейчас наблюдает за ней? Впрочем, какая разница? Она поехала прямо на заправку, наполнила бак взятой напрокат машины и сделала остановку у гастронома, где купила багет с сыром, виноград и миндаль, бутылку «Пино нуар» и две бутылки воды. Это легко могло сойти за список покупок одинокой женщины, собравшейся перекусить в дороге. Вино было для храбрости или, возможно, для празднования. Она расплатилась наличными.
Снова сев в машину, Шварцман по 26-й автомагистрали покатила на север, в направлении Гринвилла. Когда она добралась до Национального леса Самтер, было уже около пяти часов дня. По дороге она пыталась вспомнить кемпинг, где они с отцом в свое время разбили небольшую коричневую палатку.
В юности Анна выбиралась на природу с палаткой лишь дважды, и оба раза вместе с отцом. Оба они были горе-туристами. Установка палатки заняла целую вечность. Костер, который они развели, плеснув на него спирта, горел ровно столько, сколько хватило, чтобы поджарить на нем зефирки-маршмэллоу. В итоге поход продлился всего одну ночь, хотя был запланирован как минимум на две.
Анна помнила, что место, где они разбили лагерь, заросло мхом и было скрыто под таким густым сводом леса, что утреннее солнце падало на землю лишь тонкими лучиками.
Хорошо бы найти его. Там можно практиковаться в стрельбе, не рискуя быть замеченной или, что еще хуже, ненароком попасть в случайного туриста.
В лесу все выглядело незнакомым. И хотя до сумерек оставалась еще пара часов, из-за темных облаков казалось, что время более позднее, чем на самом деле.
Анна проверила карты на своем телефоне, нашла начало тропы Хорн-Крик и попыталась сориентироваться. Хорн-Крик находился достаточно далеко в лесу, вдали от кемпингов, так что вряд ли там встретится кто-то из отдыхающих.
Она свернула на какую-то дорогу, но заехала в тупик, и, не имея возможности развернуться, была вынуждена дать задний ход, выехать на главную дорогу и покатить дальше.