Даниэль Зеа Рэй – Егерь (страница 19)
– Эй, я к тебе обраща… – Голос резко прервался.
Сафелия достала сигнальный пистолет. У Зафира на корабле таких полно, а ей сейчас и один может пригодиться. Тишина. Значит, профессионал. Или несколько профессионалов. Ждать и вступать в схватку? Она – одна. Одного, может, и завалит. Нескольких – вряд ли. Думай… Думай, Одеяло…
Доннарийка аккуратно сняла сумку с плеча. Развязала завязку на плаще и скинула его. Убежать не успеет – до поворота метров сто и спрятаться негде. Придется нападать первой. Она медленно выдохнула и метнулась в проход. Лазерное лезвие сверкнуло в воздухе перед самым носом. Сафелия уклонилась и ударила ногой. Нападавший на две головы выше. Лицо спрятано за голограммой. Вновь лезвие у самого носа.
Она выстрелила. Ракета ослепила ее, икры посыпались во все стороны. Неизвестный бросился к стене. Его только задело. Нож выпал из руки.
– Кто заказчик?! – прокричала Сафелия, не пытаясь к нему подойти.
– Ты не стоишь этих денег, – ответил он искаженным голосом и бросился бежать.
– Дилетант… – прошептала она, хватая плащ и сумку.
Плечо заныло. Сука… Все-таки зацепил…
***
– Где Сафелия?
– И вам доброе утро, ваше императорское величество. – Роден прошла мимо сидящего за столом императора и подошла к кофе-машине.
– Где Сафелия, я тебя спрашиваю?! – закричал он и подскочил.
– Ты не сможешь ее найти, пока она сама этого не захочет. – Роден поставила кружку и нажала кнопку.
– Сядь и успокойся, – прошипел Зафир, проходя на кухню и бросая газету на стол. – Я же сказал тебе: Роден ее не выдаст.
Стефан взял издание и уставился на первую страницу.
Зафир подошел к Роден, наклонился через столешницу и поцеловал ее в щеку.
– Почему меня не разбудила?
От бархатного низкого звучания его голоса у нее волоски на руках встали дыбом. Она медленно выдохнула дым, стараясь со спокойствием воспринимать происходящее.
Зафир обошел вокруг столешницу и занял место в партере рядом с ней.
– Сейчас досмотрим сцену и позавтракаем.
– Что происходит? – не поворачивая головы, спросила она.
– На первой странице рассказ о том, как наследница какой-то империи сделала громогласное заявление.
Стефан бегло изучил текст и перевернул страницу.
– Что еще? – спросила Роден.
– Наши с тобой заявления на второй странице.
Стефан перелистнул страницу, и на этот раз обе императорские брови взметнулись вверх.
– Еще что-то? – Роден затянулась.
– Твои фото, – пояснил Зафир. – Ты там вместе с каким-то белокурым олманцем. Одна фотография, где вы беседуете в тени деревьев на кладбище. Он очень интимно что-то шепчет тебе на ухо. На другой – ты поворачиваешься к нему, и капюшон закрывает обоих, но ракурс… Ракурс выбран настолько четко, что кажется, будто вы целуетесь. На третьей фотографии он касается губами твоего запястья, а на четвертой ведет тебя за ту самую руку по проходу на церемонии прощания.
– Мое имя крупным шрифтом? – решила уточнить Роден.
Зафир хмыкнул.
– Обижаешь, милая. Крупным шрифтом напечатали мое имя. А твое – так, помельче.
Роден закрыла глаза.
– Но даже это еще не все, – добавил Зафир.
Она мгновенно напряглась и уставилась на Стефана.
– Заметка на четвертой странице о потасовке в переулке недалеко от нас.
Стефан бегло изучил текст и поморщился.
– Кто-то вырубил пьяного дебошира и выстрелил в кого-то из сигнальной ракеты, – пояснил Зафир. – Пистолет не нашли, а на месте преступления следы крови ксилуанина. Он объявлен в розыск.
Император скомкал газету и отшвырнул в сторону.
– Говори, что собирался сказать, – произнес он.
– Одну из аварийных укладок на этом корабле вскрыли ночью. Забрали только сигнальный пистолет.
На этот раз глаза закрыл Стефан.
– Ты вообще ничего больше не видишь, не так ли?
Роден поморщилась, не особо понимая, о чем речь.
– Сколько можно молчать об этом, Стефан! – гаркнул Зафир. – Все знают, только ты молчишь!
Император открыл глаза и скривил губы.
– Вот и молчите дальше. – Он встал из-за стола и повернулся к Роден. Смотрел на нее ярко-синими глазами и молчал.
– Значит, ты тоже чего-то лишился, – понимающе кивнула она.
– Дара предвидения, – ответил Стефан.
– Не только его…
– Остальное тебя не касается.
– Сахар в кофе сыпать? – спросил Зафир.
– Одну ложку, – загробным голосом ответила Роден.
Кружка с кофе оказалась перед носом. Она поблагодарила Зафира и затушила окурок. Все это время Стефан стоял напротив и не сводил с нее глаз.
– Хочешь размазать меня по стене? – улыбнулась ему Роден и пригубила кофе. – Попробуй… Правда, если сделаешь это, Сафелию точно больше никогда не увидишь.
– Вздумала мне угрожать?
– Она полетит на Олманию, император. В этом я не сомневаюсь. И, конечно же, она подключится к расследованию этого дела.
– Откуда такая уверенность? – поморщился Стефан.
– Целей в жизни других не осталось, – с прискорбием улыбнулась Роден. – Понимаешь, о чем я?
– Не понимаю.
– Все ты понимаешь. – Она пригубила кофе и поставила кружку. – Нам лететь пора, ваше императорское величество. Да и ваша невеста наверняка переживает. Мало ли какие воспоминания наследницы Доннарской империи ей еще удалось прочесть?
Стефан молча развернулся и ушел.
Роден выдохнула.
– Все же я думала, что он меня ударит…
– Он был к этому близок, – подтвердил Зафир.
– Как думаешь, кому на руку печатать наши с тобой фотографии в газетах?