Даниэль Рэй – Война племен (страница 37)
- Смотри, Кари, твой пес тобой дорожит!
Она смотрела на оборотня, лежа на земле в луже собственной крови.
- Ну, и как тебя по-настоящему зовут? – спросил Кенерия, пока на Лавджоя накидывали магнитные кандалы.
- Модель L-XY–4531.
- Даже имени не дали? – засмеялся Кенерия. – Ладно, мы будем называть тебя Лавджой.
***
- Как ты чувствуешь себя? – Кенерия присел на стул напротив кровати Катарины.
- Я могу ходить. Но хромать буду всю жизнь.
- Мне очень жаль, Кари, что я немного промазал и задел нерв.
- Зачем меня держат в медицинском отсеке со смотровым стеклом напротив кровати?
- Понимаешь, твоя собака не поддается приручению. Поэтому, мы разместили вас друг напротив друга.
- То есть, он видит меня? – не поняла Катарина.
- Иногда. Когда выполняет приказ, в качестве благодарности мы разрешаем ему на тебя посмотреть.
- А если он отказывается выполнить приказ? Что тогда вы делаете?
- Кари, ты можешь ходить не благодаря мне, - засмеялся Кенерия и подошел к смотровому стеклу. – Интересно, что он почувствует, если я трахну тебя у него на глазах? Как думаешь, он разозлится?
- Ты лучше себя трахни у него на глазах. Думаю, его это повеселит.
- Настало время тебя синхронизировать, - словно приговор произнес Кенерия. - Хватит уже быть «призраком», Кари. Работа не ждет.
- Я могу работать и без синхронизации.
- Докажи! – воскликнул Кенерия.
- Чего ты хочешь?
- Мне нужна твоя последняя разработка.
- Я больше не создаю оружие.
Кенерия отошел от смотрового стекла, которое внезапно стало прозрачным. Там, в комнате напротив, залитой светом, висел в энергетическом поле Лавджой. Они избили его и надели ошейник.
- Одно мое слово, Кари, и ему будет больно.
- Мне все равно, - ответила она.
Разряд тока из ошейника заставил Лавджоя трястись. Он застонал и отключился.
Катарина прижала ладони к глазам, чтобы не видеть этого.
- Ну что, Кари, поработаешь для сопротивления или… Даже вариантов особых не вижу. Все равно придется поработать.
- Чем ты отличаешься от правительства, Кенерия? Чем все вы от них отличаетесь?
- Кари, это война. А на ней, как известно, все средства хороши! – захохотал Кенерия и вышел из комнаты.
Катарина отняла ладони от лица и встала с кровати. Она похромала к смотровому стеклу, что все еще было прозрачным, и взглянула на Лавджоя. Он пришел в себя и даже поднял голову, глядя на нее с той стороны. Губы что-то прошептали. Что?
«Я приду за тобой».
- Зачем ты остался? - покачала она головой в ответ. – Почему не бросил меня, когда следовало бежать со всех ног?
«Я приду за тобой».
Она приложила ладонь к смотровому стеклу и поцеловала его.
- Разве ты еще не понял? Они все равно убьют нас.
Смотровое стекло потемнело, отрезая от ее взора висящего в поле Лавджоя.
Катарина вернулась на кровать и укрылась одеялом. Оборотни и рекомбинанты созданы из людей. Возможно, у них больше общего друг с другом, чем с остальными людьми…
***
Катарину перевели в другую ячейку. Ей позволили заселиться в одну из квартир полуразрушенного дома, который давно облюбовали люди из сопротивления. Она знала, что за ней следят, что ее соседи доносят о каждом шаге, о каждом шорохе в ее квартире. Это не сильно беспокоило Катарину. Все, что она могла делать – это продолжать работать. Кенерия устроил ее в корпус робототехники, где она начала заниматься проектированием электромагнитных клеток нового поколения. Наступление правительственных войск продолжалось. Сопротивление несло потери. До Катарины дошли слухи о боях с применением ядерного оружия на Нирене. В глубине души, она начала надеяться, что правительство разгромит сопротивление и обе стороны погибнут. Кенерия редко навещал ее. Лидер рекомбинантов превратился для Катарины в исчадие ада, которое следовало пристрелить еще в утробе матери. В тот день она вернулась домой поздно ночью. Отворив дверь, она бросила на пол сумку с едой, которую ей выдали в обед, и направилась в ванную.
Раздевшись, она быстро приняла душ и вытерлась. Став перед зеркалом в полный рост, она повернулась боком и погладила рукой слегка округлившийся живот. Не за горами тот день, когда все поймут, что она беременна.
- Четырнадцать недель.
Катарина шарахнулась в сторону и ударилась плечом о стену. Лавджой спрыгнул с потолка и остановился напротив.
- Не подходи, - прошептала она, отступая к двери.
Он не изменился. Правда, подбородок стал украшать какой-то шрам. Да и ошейник все еще был при нем.
- Я же обещал, что приду за тобой.
- Что ты здесь делаешь! – закричала она во все горло.
- За примерное поведение меня выпустили. Если напортачу, нас убьют. Нас троих, - добавил он.
- Кто сказал тебе? – прошептала Катарина, сползая на пол.
- Кенерия лично сообщил. Сказал, что эксперимент ему весьма интересен. Ребенок, рожденный от случки рекомбинанта и оборотня, на его памяти появится впервые.
- Если появится, - выдохнула Катарина.
- Безусловно, - кивнул Лавджой, протягивая к ней руки и поднимая с пола. – В чем спать будешь? – спросил он, вынося ее из ванной на руках.
- Голой буду.
- Это хорошо, - пробормотал он.
В кромешной тьме, он опустил ее на кровать. Она быстро забралась под одеяло и замерла.
- Лавджой? – позвала она в тишине.
- Я думаю, - донеслось до нее с потолка. – Ложиться рядом с тобой или спать здесь.
- Ты можешь спать на потолке? – не поняла Катарина.
- Могу. Но это неудобно.
- Ложись в кровать.
- Уверена?
- Нет. Но ты ложись.
Спустя секунд пять, он уже забирался к ней под одеяло. Голый. Катарина лежала тихо, боясь пошевелиться. Он тоже не двигался.