Даниэль Рэй – Война племен (страница 104)

Шанталь легла на кровать и повернулась на бок, наблюдая за тем, как он быстро бежит в ванную. Терра сказала, что через месяц он улетит. Пусть улетает. Побаловалась и хватит… Хватит играть с огнем.

Шанталь накинула на обнаженное тело одеяло и поудобней устроила голову на подушке. Кажется, он решил принять ванную в ее комнате. Да черт с ним… Воды не жалко. Юзеф вернулся голым, сел на кровать, откинул одеяло и устроился рядом, вытягиваясь во весь рост.

- Тебе койку не определили? – зевнула Шанталь.

- Спать среди дюжины храпящих мужиков вокруг… Знаешь, я уже стар для этого.

- А сколько тебе лет?

- А это имеет значение?

- Да. Имеет. Мне двадцать шесть. Я, конечно, не девица, но и до старости мне еще далеко. А у тебя седина в волосах проглядывает. Так сколько тебе лет?

- Тридцать четыре.

У Шанталь горло свело. На восемь годков ее старше… Она-то думала, что где-то на четыре-пять… Рука на ее бедре замерла. Судя по выражению ее лица, он догадался, что оказался «староват»…

- А мужу твоему сколько было? – спросил Юзеф.

- Двадцать девять, - Шанталь откинулась на подушку и уставилась в потолок. – Вот ты напомнил и сразу мерзко стало. Так много раз хотела ему сдачи дать. И как замахнусь, так сразу пол перед глазами. Он меня ногами в живот бил, пока у меня кровь не пошла… А я ничего не могла сделать… На помощь только звала, но кто зайдет в хозяйскую спальню? Никто не зашел. Никто меня не спас.

- Хочешь, научу тебя сдачи давать?

- Драться?

- Если будешь стараться и слушать меня, научу и драться.

Шанталь даже приподнялась. Одеяло сползло с ее груди. Она прикрываться не стала, зная, что Юзеф смотрит на ее грудь только тогда, когда они остаются вдвоем. И никогда. никогда не смотрит на ее грудь, когда рядом кто-то есть.

- Терра сказала, что ты уедешь через месяц.

- Может, и уеду, - ответил он.

- Как же можно научиться драться за месяц?

- Сдачи давать научиться можно, - он улыбнулся и прикоснулся пальцами к ее груди, нежно поглаживая.

- Не годиться! – она вскинула брови. – Я хочу научиться драться! Сдачи дают те, на кого нападают, а я хочу быть тем, кто может напасть.

- Я останусь, если ты попросишь, - он наклонился к ее груди и нежно поцеловал сосок.

- Я не умею просить. Я отдаю приказы.

- А ты попроси и, может быть, я останусь.

- Еще чего! – она резко натянула на грудь одеяло и отвернулась к стене.

- Как хочешь, - вздохнул Юзеф и закрыл глаза.

***

Анна вышла из дома божьего под руку с Августом, и толпа начала ликовать.

- А салюты будут? – спросила она, улыбаясь мужу.

- Конечно!

Дети стали подходить со всех сторон, обнимать их и целовать. Следом бежали внуки. Радомир и Аврора подошли. С ними были Катарина и Лавджой. Анна знала, что у родителей Авроры проблемы. Они перестали разговаривать друг с другом где-то с месяц назад, когда Аврора решила познакомить их с Галиной – приемной матерью – и ее семьей. Галина по незнанию спросила у Катарины, принято ли было у предков кольца обручальные носить и, может, Катарина свое кольцо потеряла? А Лавджой возьми да ляпни, что замуж ее никогда не звал. После того Катарина с Лавджоем разговаривать перестала. Радомир сказывал, что Аврора пыталась поговорить с ними обоими, но, кажется, обида у них друг на друга была слишком велика…

К ним с Августом подошла Шанталь. Обняла и поцеловала, как то было принято на всех землях. За спиной Шанталь возвышался Юзеф. Анна обняла его и погладила по плечам. Август тоже его обнял и похлопал по спине.

- Ты жениться собираешься? – прошептал он ему на ухо.

Юзеф нахмурился.

- И у стен есть уши, - добавил Август и снова похлопал его по спине.

- Всему свое время, - ответил Юзеф и улыбнулся.

Август взглянул на Стеллар-старшую, которая разгуливала в шубе поверх старообрядного платья с гордо поднятой головой и кивала гостям, которых видела впервые. Н-да… Характер у нее что надо. Этот характер и спас их всех. Но жить с такой женщиной… Женщиной, которую уже сломали однажды… Она кому угодно глотку перегрызет, даже тому, кого будет любить…

Еле до вечера дожили. Анна устала улыбаться, Август устал вести беседы. Салют отгремел, и гости начали расходиться. Анна и Август не поняли, что происходит, ведь дети и остальные пошли не к дому, где ночевали последние несколько дней, а куда-то в сторону ворот.

- А вы куда? – прокричал им в спину Август.

- За стену! – засмеялся Гелиан и помахал им рукой. – Рассвет встречать!

- А-а-а…

Анна улыбнулась, глядя на детей. На сыновей, на дочерей, которых привели в ее дом сыновья… Она ощутила какой-то внутренний покой, какое-то облегчение, глядя на их фигуры, спускающиеся по дороге вниз.

- А мы домой! – Август подхватил Анну на руки и понес в сторону Главного дома.

- Смотри, чтобы спину не защемило!

- Не защемит!

- Ты две недели назад пластом лежал! – напомнила о неприятном Анна.

- Не защемит!

Август лежал на животе на полу. Анна сидела на кровати и хохотала, что было сил.

- А я предупреждала!

- Лучше помолчи… Самому хочется засмеяться, но от этого больно.

Анна присела рядом с ним и начала поглаживать мышцы его спины.

- Ничего. Утром вернется Терра и мы поставим тебя на ноги.

- Я испортил нашу первую брачную ночь.

- Побойся Бога, Август! Я так не смеялась с тех пор, как была девицей! – она согнулась над ним, заходясь от смеха.

- Рад, что смог угодить, жена, - улыбнулся Август, сдерживаясь, чтобы тоже не рассмеяться.

- У меня новости есть, - обронила Анна, перестав смеяться.

- Какие?

- Меня крови уже три месяца как оставили. Ты знаешь о том. Я все думала, что их нет, потому что в моем возрасте это уже нормально. А неделю назад пришлось свадебное платье расшить, чтобы грудь в него поместилась. Я вчера к Терре на смотр сходила. В общем, понесла я от тебя, Август.

Он перевернулся на спину, превозмогая боль.

- Ты беременна? – еле ворочая языком, спросил он.

- Да, - кивнула Анна.

- Ты беременна… - прошептал он. – Беременна! – он внезапно захохотал и обнял ее, прижимая к себе.

Целовал лоб, щеки, губы, а потом застонал от боли.

- Мне немного страшно, ведь в моем возрасте мало кто рожает, - пожаловалась она.

- Аня, - он погладил ее по щеке, - не болтай ерунды. Если суждено, родим ребенка и вырастим его. Ежели нет – я все равно буду с тобой до конца. Понимаешь?

- Понимаю, - кивнула она.