Даниэль Рэй – Тёмный принц (страница 65)

Следом семенили воины, что охраняли вход в тронный зал.

– О, и этот здесь! – Сапфир указала на Гронидела. – Чудесно! В общем, так, дорогие мои родственники! Я учиться у него не буду!

– Он обладает знаниями, которые способны помочь тебе обуздать дар, – терпеливо сказала Рубин.

– Знания переданы в книги! А я умею читать! – воскликнула Сапфир и вспыхнула синим.

– А еще он единственный преподаватель в школе, который в состоянии вытерпеть твое общество в течение нескольких часов, – добавила Рубин.

– Это можно изменить! – Она угрожающе зыркнула на Гронидела.

– Потухни, принцесска, – махнул рукой Гронидел. – И шагай в детскую, куклы заждались.

– Язык прикуси, зальтийский шершень! – парировала Сапфир.

– За оскорбление руководителя школы ордена повелителей силы будешь наказана, – Гронидел смахнул несуществующую пыль с плеча.

– А я не учусь в твоей школе! Ты меня вчера отчислил!

– Как отчислил – так и верну, – Гронидел окинул ее презрительным взглядом. – А еще я принц. И ты своим неподобающим обращением к моей персоне наносишь оскорбление всей Зальтии!

Сапфир уперла руки в бока:

– Бег, жалуйся старшему брату-королю. Он погладит тебя по голове и спрячет в своем замке, куда я обещаю никогда не приезжать!

Рубин откашлялась, привлекая к себе внимание.

– В общем, так. – Она тяжело вздохнула. – Мы с Ордерионом хотели сообщить вам эту новость чуть позже, но, глядя на твое безобразное поведение, Сапфир, и твое далекое от идеала Гронидел, боюсь, мне придется опустить меч на ваши шеи чуть раньше.

– Ты о чем? – Гронидел напрягся, глядя на Рубин.

– Мы с твоим братом, великим королем Марком, заключили договор между нашими королевствами. Брачный, – добавила Рубин.

– Не-е-ет, – в один голос выдали Гронидел и Сапфир.

– Скажи, что ты шутишь! – Гронидел попятился к выходу.

– В следующем месяце брат вызовет тебя в Зальтию, после чего ты возглавишь делегацию и прибудешь сюда с официальным визитом, чтобы жениться на Сапфир. Дело решенное, – равнодушно констатировала Рубин. – И долг перед вашими королевствами и их правителями должен быть исполнен. Ордерион выбрал в наставники для Сапфир тебя, Гронидел, именно по этой причине. Вам даровано время лучше узнать друг друга до свадьбы, и вы должны отнестись к этому с благодарностью.

Гронидел молчал, Сапфир погасла.

– Я отправлюсь в Зальтию и лично переговорю с братом, – Гронидел опустил глаза.

– Ты принц и понимаешь, что это ничего не изменит, – Рубин изобразила на лице сострадание.

– Разве что преставишься до свадьбы, – Сапфир сложила руки на груди. – Или преставлюсь я, – она пожала плечами.

– Теперь вы оба можете идти, – Ордерион указал на выход из тронного зала.

– Ты предала меня! – Сапфир поджала губы и рванула первой.

– Вот здесь я с ней вынужден согласиться. – Гронидел развернулся и пошел следом.

Рубин сняла с себя корону и выдохнула.

– Ваша с Марком проделка выйдет всем нам боком, – предупредил Ордерион.

– Не сгущай краски, – поморщилась Рубин. – Брат Гронидела с радостью воспринял мою идею только потому, что Гронидел такой же неуправляемый, как и Сапфир. Пусть вернутся с небес на землю и вспомнят, кто они и каков их долг. А потом мы скажем им, что передумали и свадьбы не будет.

– Говорил Марку и в сотый раз повторю тебе: вам обоим это выйдет боком.

– Но ты же меня поддержал! – Рубин встала и пересела на колени Ордериона.

Он обнял ее и прижался губами к шее жены.

– Я всегда и во всем буду тебя поддерживать. Это мой долг, который тем не менее не препятствует высказывать свое личное мнение наедине.

Рубин опустила голову ему на плечо и закрыла глаза.

– Не ругайте меня, ваше величество. – Она потянулась и прикусила мочку уха Ордериона. – Я все искуплю.

– Уверена? – Король вопросительно вскинул бровь.

– Губами и языком, – добавила Рубин и потерлась носом о его подбородок. – Все, как вы любите, ваше величество.

– Звучит заманчиво, моя королева.

– Ну, так неси меня в покои, пока сын снова не попросил есть! – Она заерзала на его коленях.

– Да ты не на шутку завелась! – Ордерион подхватил ее на руки.

– Соскучилась по тебе, – она обняла его за плечи. – Ты две недели был в разъездах, а ко мне вернулся только вчера. И уже успел переделать себе руку!

– Постараюсь больше на такой срок тебя не покидать, – пообещал Ордерион. – И руку верну. Чуть позже.

– Я люблю твою руку. Она мне очень дорога.

– Звучит несколько пошло. Или мне только показалось? – Ордерион хитро улыбнулся.

– Не показалось, – томно призналась Рубин. – Так что с возвращением руки не затягивай. Не желаю соскучиться и по ней тоже.

– Как прикажете, моя королева, – ответил Ордерион и поцеловал жену.

Галлахер внимательно слушал доклады делегатов из Зальтии и Ошони, пока Хейди подозрительно ерзала на троне, сложив руки на объемном животе. Восстановление Белого замка подходило к концу, и после рождения ребенка они намеревались переехать. Однако Галлахер знал, что втайне Хейди мечтает никогда не возвращаться ни в Белый город, ни в Белый замок. Как-то она даже обмолвилась, не перенести ли столицу Инайи в город, который разросся вокруг Северного замка? Но тут же отказалась от этой идеи, махнув рукой и припечатав, что это глупо.

Глупостью желания жены, пусть даже тайные, Галлахер не считал. У него и самого остались самые неприятные воспоминания о месте, где он родился и провел свое детство. Белые скалы больше не вселяли трепет и восхищение, а ассоциировались с одним днем, когда во дворе замка он услышал крик:

«Беда!»

Хейди снова заерзала и даже глухо простонала, морщась при этом.

Галлахер вскинул руку, останавливая доклад делегата, и повернулся к жене.

– Хейди, все хорошо? – тихо спросил он.

– Зови… – выдавила она и снова поморщилась.

– Милая? – Он встал и подошел к ней.

– Повитуху… Рожаю! – не выдержала она и закричала от боли.

Все вокруг забегали и зашевелились. Галлахер хотел подхватить Хейди на руки, чтобы отнести в покои, но она зашлась криком и попросила ее не трогать. По ногам полились вóды.

Галлахер испугался. Заметался вокруг, как зверь в клетке, не зная, чем помочь и что предпринять.

Воины выпроводили делегатов. Слуги привели повитуху. Хейди вцепилась в подлокотники трона, издавая истошные крики.

– Ваше величество, – обратилась к нему повитуха, – вам на женские роды лучше не смотреть.

– А бывают мужские роды? – вспылил Галлахер.

Он снял с Хейди корону и украшения, чтобы не мешали. Расстегнул ее платье, чтобы было легче дышать. Потом приказал притащить в тронный зал матрац и перину. Уговорил Хейди спуститься с трона и лечь на матрац, чтобы было удобнее рожать.

Он держал ее за руку и стирал пот с лица влажным полотенцем, пока Хейди часто дышала между потугами. Уверял ее, что она сильная и все сможет, пока та тужилась.

Их дочь родилась крепкой малышкой и сразу же прилипла к груди Хейди, явно намереваясь взять у матери все, что та ей могла предложить.

– Смотри, наша дочь! – Хейди гладила ее по спутанным темным волосам с красными прядками.