Даниэль Рэй – Тёмный принц (страница 39)

– Но ей девятнадцать, – дрожащим голосом просипела Изумруд.

– Ее биологический возраст – восемнадцать.

Существо схватило сестер за шиворот и повело к дверям.

– Не-е-ет! – Рубин прижала ладони к щекам. – Заберите меня! Возьмите вместо них меня!

– И меня! – твердо заявила Хейди. – Мы вдвоем их заменим!

– Они, в отличие от вас двоих, сегодня выживут, – осклабился Дуон. – Все еще хотите поменяться?

– Не хотим, – отрезала Рубин, провожая сестер взглядом, пока те не скрылись за дверями.

Дуон подошел к одному из воинов и достал из крепления на его поясе небольшую черную палку с бегающими по ней синими огоньками. Он подошел к молчаливо сидящим детям и приставил палку к голове одного из них.

– Кто дернется – разнесу голову, – предупредил Дуон, улыбаясь. – Галлахер, забери у воина то, что он тебе даст.

Галлахер не двигался.

– Шевелись! – рявкнул Дуон.

Галлахер пошел к воину, который вышел вперед. Тот вложил ему в руку коробок.

– Сожми его с торцов и положи под ноги Теми, – командовал Дуон.

Галлахер с опаской взглянул на нее.

– Я не буду ждать вечно, – предупредил Дуон.

Туремец, что стоял невдалеке от Дуона, не выдержал и метнул в него пульсар.

– Шел, нет! – успела воскликнуть Теми.

Пульсар вспыхнул на поверхности тела бога, не причинив тому вреда. Дуон спокойно что-то нажал, и его палка засветилась голубым. Вспышка, и обезглавленное тело дитя рухнуло на пол.

– Хочешь метнуть еще пульсар? – спросил Дуон, направляя палку в другого ребенка.

– Что ты за тварь такая? – произнес туремец, безвольно опуская руки.

– Я твой верховный бог! – засмеялся Дуон, развернулся и выпустил пульсар в тело туремца.

Тому пробило грудь. Взгляд гонца смерти застыл, и тело рухнуло на пол.

Другие гонцы смерти, что находились рядом, подняли руки, образуя новые пульсары. Они метнули их в Дуона, но те тоже растаяли, не причинив богу вреда. Воины по сторонам оживились и огнями из синих палок продырявили всех, кто создал пульсары. Тела на мгновение замерли, будто все еще не могли поверить, что уже мертвы, а затем синхронно упали на пол.

Дуон вернул палку к голове ребенка и обратился к Галлахеру:

– Положи устройство под ноги Теми.

– Выполняй, – посоветовал Гронидел.

Галлахер сжал коробок с торцов и оставил на полу рядом с Теми.

– Прости меня, – произнес принц и отступил.

Коробок засветился красным, и из него вырвались алые нити. Они в один миг опутали тело Теми, превратившись в сеть. Шар из воды, который удерживала ошони, растаял в воздухе, а сама дева рухнула на пол, безвольно уставившись в потолок.

– Наша новая технология: парализует и лишает способностей, – пояснил Дуон, который, по мнению Рубин, просто кичился своими творениями. – Продолжай, Галлахер. Следующим пусть будет разговорчивый зальтиец.

Галлахер получил от существа-воина новый коробок и направился к Грониделу.

– А с чего ты решил, что он имел в виду меня? – возмутился Гронидел.

– Ты единственный разговорчивый зальтиец в этом зале, – сообщил ему Галлахер. – Прости.

– Да что уж та…

Сеть оплела Гронидела, и он тоже упал на пол.

– Теперь заткни тихого шептуна, а то он уже минут десять пытается меня заворожить, – командовал Дуон.

Галлахер медленно обходил всех и цеплял на них сети. Когда подошел к Хейди, не удержался и коснулся ее руки.

– Все хорошо, – заверила она перед тем, как упасть на пол.

Черед Рубин настал после Луара. Принцесса специально присела, чтобы не удариться при падении, а в следующее мгновение перестала чувствовать тело и уставилась в потолок.

– Теперь ты, – услышала голос Дуона.

Рубин поняла, что он обращался к Галлахеру. Раздался глухой удар о пол.

– Фиксируйте остальных, ставьте заряды и уходим отсюда, – отдал распоряжение Дуон.

Рубин услышала топот ног. Никто не плакал и не просил пощады. И Рубин ужасало именно это. Что эти дети привыкли видеть в Небесном замке, когда даже жестокая расправа над собой воспринималась ими с таким смирением?

Топот ног стих. В зале повисла зловещая тишина.

Принц открыл глаза и попытался собраться с мыслями. Его сильно ударило по голове, но руки и ноги не пострадали. Он пошевелился, зажатый в узком пространстве между камнями и обломками потолка, и создал маячки. Золотые бабочки облепили стенки его укрытия, попутно садясь на тело и лицо. Стало ясно, что места вокруг настолько мало, что не разминуться даже с собственным пульсаром.

Надо было выбраться, отыскать камни-юни и создать новый портал. Но как это сделать, когда Ордерион зажат со всех сторон? Он попытался просунуть руку вверх, чтобы толкнуть камень над головой, но ничего не вышло: спасительный кокон оказался настоящей западней. Мысленно Ордерион завалы не разберет, а взорвать толковый пульсар, чтобы энергии хватило на мощный выброс, здесь не получится: этим выбросом по сторонам разбросает не только камни, но и самого Ордериона.

Нужно было придумать нечто другое. «Щит», – пришла в голову мысль. Принц пошевелил пальцами и создал вокруг себя защиту, повторявшую контуры тела. Напрягся и стал этот щит медленно от себя отодвигать, направляя усилия в одну сторону. Камни над головой поддавались невидимой силе, отдаляясь от лица Ордериона. Треск и удары послышались со всех сторон сразу. Освобождая себя от завалов в одном месте, Ордерион грозил по новой обрушить все, что находилось у него над головой.

Выхода не было. Он продолжал.

Грохот и звуки ударов усилились. Все вокруг затряслось. Ордерион остановил расширение щита и замер, увидев в свечении маячков облако тумана.

– Только не это, – прошептал он, понимая, что замок или то, что от него осталось, попал в точку нарушения границ пространства.

Туман стал гуще, наплывая со всех сторон сразу и обволакивая его щит. Маячки в нем погасли один за другим, пока Ордерион не понял, что и камней вокруг него больше нет. Он повернулся и лег на спину, глубоко дыша. Не погибнет под завалами, так будет раздавлен монстрами из «темных миров», как их называла Ди. Туман рассеялся, а над головой сгустилась тьма. Ордерион хотел создать пульсар, чтобы подсветить ее, но ничего не вышло. Мана не слушалась, а щит вокруг растворился в воздухе.

Над ним стало что-то собираться. Прямо перед глазами. Дымка из золотых частиц. Будто пыль, но не она. Странная дымка уплотнялась, пока не возникли очертания какого-то тела. Полупрозрачное, оно в один момент становилось золотым, а в другой – превращалось в черное и сливалось с тьмой вокруг.

В подобие лица без глаз, носа и губ Ордерион, как в кривом зеркале, увидел себя самого. Он повернул голову – и имитация лица повернулась вслед за ней.

– Ты копируешь меня? – спросил Ордерион, больше не пытаясь пошевелиться.

Существо не ответило, но на его лице, сделанном из какого-то зеркального материала, появились глаза, нос и рот. Теперь на Ордериона смотрела его копия, выполненная из полированной стали.

Голова закружилась, жутко захотелось провалиться в сон и больше ни о чем не думать. Ордерион боролся с этим неестественным желанием уснуть и, словно завороженный, смотрел на существо, зависшее над ним.

– Ты проникло в мой разум? – прохрипел он, силясь не опустить налитые свинцом веки.

– «Ты проникло в мой разум?» – повторило существо.

– Копируешь голос? – спросил Ордерион.

– «Копируешь голос?» – точь-в-точь сказало существо.

– Ты пришло сюда помочь или убить?

– «Ты пришло сюда помочь или убить?»

– Скажи хотя бы, как тебя зовут, – попросил Ордерион, проигрывая борьбу со сном и закрывая веки.

– Дха-а-ар, – услышал он металлический скрежет у самого лица и открыл глаза.

– Дхар? – удивленно простонал Ордерион, глядя на свою копию, что парила над головой.