Даниэль Рэй – Тёмный принц (страница 34)
– Так сильно, что едва не разнес стену пульсарами, чтобы тебя догнать. – Он улыбнулся. – И да, при этом я был голым.
Его пальцы скользнули вниз, начиная гладить все еще слишком чувствительное лоно.
Рубин застонала и развела ноги шире, позволяя бесстыдству продолжаться.
– Опять собираешься довести меня до изнеможения? – прошептала она и прикусила губу.
– Собираюсь, моя принцесса, – ответил он и впился в ее рот.
За завтраком Рубин клевала носом. Их разбудил камердинер Ордериона, который с непроницаемым видом извинился за беспокойство и известил принца, что уже четыре утра. Рубин накрыла голову одеялом и сильнее прижалась к горячему обнаженному телу любимого, брак с которым подвис в воздухе на неопределенный срок, явно превышавший отведенные ей три недели жизни.
Ордерион попросил камердинера «свалить к Дхару из его покоев и без стука больше не входить», после чего витиевато выругался и натянул одеяло выше.
Вспоминая о предрассветных утехах, которые последовали вслед за визитом камердинера, Рубин мечтательно улыбнулась и насадила на вилку кусок кроличьего мяса. Они с Ордерионом оказались хуже кроликов. И это нисколько ее не печалило.
Рубин то и дело косилась на отца. Ордерион за общим столом не присутствовал, что в свете предстоящих слухов казалось даже к лучшему. Отец выглядел на удивление спокойным, а ведь ему явно донесли вести, что Рубин застали в постели принца. И хотя после Ордерион тайком провел ее до покоев и не стал заходить, репутация дочери неминуемо окажется погребенной под завалом сплетен и домыслов.
После завтрака отец не попросил Рубин задержаться. Не вызвал ее в рабочий кабинет после обеда. Король пребывал в добром расположении духа и за ужином, хотя морально принцесса уже основательно подготовилась к выволочке.
Рубин сама нагнала отца в коридоре, когда после ужина все разошлись.
– Папа, ты не желаешь поговорить со мной? – спросила она и тут же прикусила язык.
Отец остановился и вопросительно вскинул брови:
– А сама ты как полагаешь?
Рубин виновато опустила глаза.
– Тогда почему не говоришь? – пробормотала она.
– А это имеет смысл? – Дарроу осуждающе покачал головой. – Камердинер Орде – мой верный слуга. Он не распустит язык и не намекнет о том, что увидел. Но ты всегда можешь попасться, используя тайный проход. Все же он создан для шпионов, которые периодически заглядывают в отверстия. Но существуют вещи и похуже чужой осведомленности, Рубин. Например, беременность вдовы. Каждый из нас пройдет по краю в ближайшие дни. И я очень надеюсь, что Орде вернется из путешествия в Небесный замок живым. Однако такой гарантии нет. Что будешь делать ты, если окажешься беременной?
– Мне осталось жить три недели, – она пожала плечами. – О более долгоиграющих последствиях я пока не думаю.
– А вы с ним вообще не думаете, – в укор сообщил Дарроу. – Молодость, страсть – я все понимаю. Орде – мужчина, влюбленный в тебя. Это я тоже понимаю. Сам так же сходил с ума по твоей матери. И прекрасно помню, как ловко она мной манипулировала. Орде необходимо освоить много знаний за короткий срок. И бессонные ночи этому не поспособствуют. Желаешь в угоду своих сильных чувств оказать ему оленью услугу?
– Барсучью, – поправила Рубин.
– Неважно! – повысил тон отец. – Суть ты уловила. Позволь Орде высыпаться и готовиться к сражению. Прояви благоразумие. Утехами займетесь после свадьбы.
– Ты же пока не благословил наш союз? – нахмурилась Рубин.
– Орде тебе ничего не сказал? – Отец наклонился к ее лицу.
– Нет, – Рубин покачала головой.
– Я благословил вас. Два дня назад. Но ты, девочка моя, ведешь себя опрометчиво и глупо!
– Спасибо, папа, – прошептала Рубин и обняла отца. – Спасибо!
– Почему мне кажется, что кроме слов о браке с Орде ты больше ничего не услышала? – Он погладил ее по спине.
Звук глухого удара заставил Рубин поднять голову к потолку. Стены и пол затряслись, лампы вокруг задрожали.
Отец отстранился и сквозь зубы процедил:
– Я его убью!
Он развернулся и быстро направился дальше по коридору, ничего не объяснив Рубин.
Глава 11
Утром у Ордериона состоялся неприятный разговор с Дарроу. Король ни словом не обмолвился о компрометирующем поведении, зато провел допрос с пристрастием по поводу выученного материала и опытов с юни.
Узнав о том, что Ордерион занят поисками другого способа излечить Рубин, Дарроу пришел в ярость. В конце гневной тирады, от которой едва не тряслись стены, король приказал Ордериону начать работу с юни перемещения и показать ему результат уже к вечеру. «Перенимай чужой опыт, а не занимайся изобретательством! Иначе схватку с Янтарным Соколом проиграешь!» – рявкнул напоследок король и удалился.
Ордериону пришлось отложить свои поиски и заняться мудреной юни перемещения. Держа в левой руке книгу, он пытался создать портал. Согласно одному из законов об изменении формы маны, физические свойства накопителя напрямую влияли на полученный результат. Вторым фактором, определяющим успех, оказалась физическая форма проводника силы маны. Ордериону повезло: его рука давно стала каменной, а именно камень выдерживал самые мощные потоки маны. Третьим звеном при изменении формы маны оказался центр жизненной силы в теле повелителя маны. Подобно волосам на головах разных народов Великого континента, центры жизненной силы у каждого повелителя были своими. Они в чем-то походили друг на друга, но в то же время являлись уникальными. Именно эта непохожесть и мешала превращать ману во что угодно и влияла на ее свойства после прохождения через тело. При этом талантов у одного повелителя силы могло быть много, но одаренным он мог оказаться в чем-то одном.
Нельзя сказать, что Ордерион не знал этого раньше. О чем-то он прочел в других книгах, что-то поведали ему наставники в Небесном замке, до чего-то он дошел сам в ходе своих экспериментов, но в трактате, копию которого держал в руке Ордерион, находилось главное: детали.
Ордерион принес несколько граненых драгоценных камней и заперся в комнате для экспериментов с юни. Пробежавшись по строкам текста с указанием движений пальцев и их последовательностей, принц без труда заставил камни взлететь. Продолжая следовать наставлениям в книге, он изменял частоту и амплитуду потоков маны, проходивших сквозь пальцы. Постепенно камни накопили достаточное количество маны и стали ее излучать, формируя сферический поток вокруг. Не прекращая вливать ману в созданную из камней юни перемещения, Ордерион быстро перебирал пальцами, пока из сферы не стали вырываться молнии. Кожу на лице и левой руке Ордериона запекло. Метки силы появились на ней, излучая яркий свет. Мана внутри плескалась и боролась, пока владелец держал ее в узде и направлял в одну точку – камни в центре сферы. Очертания комнаты вокруг Ордериона медленно расплывались. Сбоку формировалась настоящая воронка, втягивающая в себя молнии и свет. Еще несколько мгновений, и там должен открыться выход в комнату, которая располагалась за стеной.
Глухой удар где-то вдалеке он принял за открытие выхода из туннеля. Ордерион напрягся, и в воронке действительно увидел очертания комнаты, где находились столы со свитками. Ордерион рванулся прямо в воронку и выскочил на другой стороне. Проход за спиной свернулся.
В этот момент он услышал другой удар. Потолок над головой подозрительно застонал.
Ордерион потянул за рычаг на двери и распахнул запертую им комнату для экспериментов с юни. Камни лежали на полу. Вокруг ни следа от создания хода.
Опять глухой удар, будто кто-то уронил нечто тяжелое на пол над головой. Принц бросился к двери из лаборатории. Неужели его туннель навредил замку? Сжимая в руке книгу, он бежал по подземелью, пока не достиг лестницы. А там он услышал голоса.
Новый удар. Рубин припала к стене, на которой покосились несколько картин.
– Нападение! – закричал кто-то в коридоре. – Все на боевые посты!
Поднялась суматоха. Слуги голосили и разбегались кто куда. Воины носились мимо то в одну сторону, то в другую. Рубин решила не ждать своей участи в коридоре и бросилась к лестнице, что вела на одну из самых высоких замковых башен. Оттуда она точно увидит, что творится вокруг.
Заскочив на ступеньки, она разминулась с воинами в доспехах, которые неслись вниз. Рубин спешно перебирала ногами, стремясь попасть как можно выше. Туда, где заканчивались красивые витражные окна и начинались узкие бойницы, выполненные в форме шестиконечных звезд.
Новый удар сотряс башню. Рубин упала, распластавшись на ступеньках.
– Уходим! Уходим! – кричали воины наверху.
Топот их сапог отдавался дрожью каменных ступеней. Рубин успела встать и прижаться лицом к стене, когда с пути ее едва не смели мужчины в грузных доспехах.
– Уходите отсюда! – крикнул один из них, проносясь мимо Рубин. – Башню может в любой момент снести!
Рубин, цепляясь за стену, поднялась еще на несколько ступеней и заглянула в узкое отверстие бойницы. Ночное небо Турема окрасилось в синие и красные цвета. Огромные пульсары разделялись на множество маленьких, и те градом сыпались вниз. Дым и пыль покрывали Звездный город сплошным ковром. По мосту через Лему в сторону замка бежали воины. Другие охраняли вход на мост от толпы местных жителей, ищущих спасения в замке. А за пределами города стелилась тьма, густая, непроглядная, из которой то там, то здесь вылетали красные и синие шары-гиганты.