Даниэль Рэй – Тёмный принц (страница 28)

Галлахер сделал паузу и обвел взглядом всех присутствующих, после чего сделал шаг к королю и громко произнес:

– Я прибыл сюда, в Звездный замок, чтобы попросить вас, великого короля Дарроу, о помощи. Заключите союз со мной – правителем северных земель Инайи. Помогите мне и моему войску прорвать оборону Белого замка, чтобы призвать моего отца, короля Луара, к ответу за все его действия против Турема и народа Инайи. Я, в свою очередь, даю слово, что помогу вам призвать к ответу Верховного повелителя силы маны и остановить беды, которые охватили весь Великий континент по вине моего отца и Верховного повелителя силы. Мой брат Ордерион полон решимости подкрепить мое предложение и заключить с вами, великий король Дарроу, военный союз, который впоследствии станет основой для мирного соглашения двух королевств о взаимной помощи и поддержке, и просит разрешения взять в жены вашу старшую дочь, прекрасную принцессу Рубин. Этот брак породнит нас и наши семьи и станет фундаментом для строительства нового будущего наших королевств. Окончательное решение за вами, великий король Дарроу. Мне и моему брату остается лишь надеяться, что вы сможете поверить нам и нашему слову и поддержите нас в битве за трон Инайи.

Дарроу задумчиво потер подбородок, затем взглянул на Рубин. Она узнала этот взгляд: отец уже принял решение и размышлял о чем-то другом.

– Рубин, – произнес он, не сводя с нее глаз, – ты назвала принца Орде любимым мужчиной. Мы все это слышали. То признание девы, а не принцессы Турема. Я желаю услышать голос принцессы. Скажи, если сейчас я отвечу согласием на предложение принца Галлахера и поддержу военное наступление на Белый замок, выгодно ли мне выдавать тебя замуж за принца Орде?

Рубин опустила глаза, напоминая себе, что решение уже принято.

– Нет, – ответила она. – Выдать меня замуж за принца Орде станет выгодно, когда планы принца Галлахера удастся претворить в жизнь. Тогда брак может стать основой для новой сделки между королевствами.

Отец одобрительно кивнул.

– Ответ принцессы вы слышали, – громко огласил король. – Я поддержу наступление на Белый замок и помогу вам, принцы Инайи, свергнуть вашего отца. К вопросу о брачном союзе мы вернемся после этого.

Ордерион сжал кулаки и не смог скрыть злости во взгляде. Все же Рубин могла ответить отцу по-другому. И это вряд ли уронило бы ее честь и достоинство в глазах Дарроу. Рубин, заметив его недовольство, виновато опустила голову.

– Нам известно, – тем временем продолжал говорить Дарроу, – что Верховный повелитель силы побывал в гостях у Луара и вернулся в Небесный замок. Проблема разрушения нашего мира является более важной, чем война за трон Инайи. Поэтому сначала мы нанесем визит Верховному повелителю силы в Небесном замке и попытаемся выведать у него, что же он натворил и кто состоял с ним в сговоре. Затем мы изучим трактат «О мирах и времени» и попробуем исправить ситуацию. После этого найдем способ вылечить мою дочь Рубин. Затем схватим существо и отправим эту деву домой. Только после этого мы начнем военную кампанию против Белого замка и короля Луара.

– Мне бы бумагу да перо, чтобы все это списком оформить, – зальтиец поводил пальцами в воздухе, изображая, что записывает. – А потом будем галочками отмечать выполненные пункты. Мир спасли – одна галочка. Верховного убили – другая.

Дарроу сжал переносицу и медленно выдохнул.

– Боги, кто надоумил нас сделать тебя одним из хранителей знаний? – произнес он на выдохе.

– А я вам всегда говорил, что зря вы на меня эту обязанность повесили. – Серебряное Зеркало подошел к одной из колонн и подпер ее спиной. – Дарроу, скажите мне, пожалуйста, если ваша старшая дочь – целительница, то каким даром обладают младшие?

– Нет у них дара, – буркнул Дарроу, сидя на троне.

– Вы поэтому уже два дня держите их ото всех подальше?

– Я держу их подальше от тебя, Грóнидел.

– Гронидел? – повторили одновременно Галлахер, Хейди и Рубин.

– Знакомо имя? – рассмеялся зальтиец.

– Пятый сын короля Зальтии? – поинтересовалась Рубин. – Принц Гронидел?

– А Теми́, – он указал на деву-ошони, – сестра короля Ошони. Так что почести начинайте раздавать с нее.

– Гронидел, ты безнадежен, – неодобрительно покачала головой Теми.

Глава 9

Хорна, Сажа и третьего воина поселили в крыле для слуг. Тихий Шепот наложил на всех троих юни молчания свидетелей, из-за чего они ни с кем не могли обсудить то, что увидели и услышали в тронном зале. Поначалу все трое были сильно расстроены, но, увидев несколько красивых туремских дев, которые с интересом рассматривали чужеземцев, повеселели.

– Без глупостей, – предупредил их Галлахер, заметив похотливый блеск в глазах воинов.

– Инайю не посрамим, – заверил его Хорн, из-за чего заработал от Галлахера подзатыльник.

К Хейди приставили сразу двух фрейлин и трех помощниц-служанок. Они немедленно принялись крутиться вокруг принцессы, заискивающе улыбаясь и интересуясь, какие наряды ей нравятся. По Хейди было видно, что на наряды ей глубоко наплевать, но она, сделав над собой усилие, начала отвечать на глупые вопросы. Галлахера и Хейди поселили в разных покоях, чему принц был вовсе не рад. Но требовать что-либо у Дарроу в данных обстоятельствах казалось непозволительной наглостью.

Где покои Рубин, Ордерион не знал. Он попытался спросить у камердинера, которого ему назначили, но тот быстро ушел от ответа и поторопился показать принцу, как пользоваться новомодной ванной с душевой лейкой. Ордерион сделал вид, что таких доселе не видел.

Когда камердинер принес Ордериону наряд повелителя силы маны, принц долго смотрел на него в недоумении.

– Приказ короля, – коротко пояснил слуга, и Ордерион, скрипя зубами, начал надевать наряд ордена, к которому не хотел больше принадлежать.

Увидев его в этом облачении, Галлахер хмыкнул, а Рубин восхищенно улыбнулась.

Ордерион так и не смог понять, почему ей нравились платье-ряса и накидка, но Рубин выглядела довольной, и это согревало его лучше горячего напитка в кубке.

Во время ночной трапезы все были немногословны. Старались обмениваться короткими репликами и не обсуждать подробностей того, к чему готовились. Серебряное Зеркало слишком пристально рассматривал ложный облик Хейди и периодически ей улыбался, из-за чего Галлахер сильнее сжимал приборы и одаривал нахала грозным прищуром. Рубин и вовсе как-то странно косилась на Хейди, будто неодобрительно, но та делала вид, что занята лишь содержимым своей тарелки. Да, туремцы ели из плоских серебряных тарелок, в отличие от его сородичей, для которых размер миски на столе определял достаток хозяина дома.

Ордерион и думать позабыл об этих маленьких деталях, которые отличали культуру его народа от туремской. Для каждого ложка на столе была всего одна, а вот вилок – целых три, выложенных в ряд. С двумя, тремя и четырьмя зубцами. В Инайе вилки все сплошь были двузубыми, и Ордерион заметил, как стушевалась Хейди, увидев перед собой все эти приборы.

Галлахер быстро подсказал супруге, что для чего, хотя при этом она залилась краской, будто ее уличили в непристойности. Ордериону не хватало ложек. Большой, средней и самой малой. Он привык есть ими. Для каждого блюда – своя ложка. Любимая – средняя с острым краем, которым легко можно было разрезать кусок мяса.

Туремцы любили заправлять все блюда подливами и соусами. Желательно разноцветными и с какими-нибудь ягодами. Хлеб нарезали, а не ломали. А еще они обожали зловонные сыры, блюдо с которыми поставили прямо напротив Ордериона.

Именно на сыры Рубин и набросилась. Ордерион заметил, что, перед тем как отправить кусочки в рот, один вид сыра она поливала одним соусом, а другой – макала в мед. И явно после этого наслаждалась их вкусом.

Зловонные сыры Ордерион пробовал не раз, но особой любви к ним не питал. Куда больше ему нравились хрустящий хлеб и оленина.

Хуже всех приходилось Теми. Она, как и многие ошони, не ела мясо. К сырам также не притрагивалась, оставаясь верной маринадам и тушеным овощам.

После позднего ужина Дарроу попросил задержаться Ордериона, Гронидела и Теми, а остальным пожелал хорошего отдыха.

Направляясь в покои, Рубин думала о сестрах, которых отец запретил навещать посреди ночи. Как они отреагируют на ее новый облик? И что она скажет им, когда они спросят ее о даре?

Следуя по коридору за Хейди и Галлахером, Рубин не заметила, как Хейди отстала от мужа и поравнялась с ней.

– Не грусти, – прошептала на ухо. – Мы найдем способ тебя вылечить.

– Я очень спокойна, учитывая новости об ограниченном сроке жизни.

– Вообще об этом не думай. Бери пример с вечно неунывающей Ди.

Галлахер скрылся за поворотом коридора, а принцессы остановились.

– Ты правда не помнила, как Ди ловко выпроводила тебя в коридор к Галлахеру? – Рубин осмотрелась, чтобы ее никто не услышал.

– Я точно помню, что муж меня очень обстоятельно порадовал, – поиграла бровями Хейди и тут же насупилась: – А потом держал мои волосы, пока я обнимала ночной горшок. И сейчас я на него злюсь. Он об этом знает, потому прячется за углом, ожидая, что я позову его в свои покои! – повысила тон Хейди.

– Я ничего не слышу! – раздалась ответная реплика Галлахера.

– Вы поговорили? – Рубин заглянула в глаза Хейди.

– Он с самого первого дня знал, что на мне марь. Видел сквозь нее настоящее лицо. И ни разу мне об этом не сказал. Не спросил меня, почему я живу так и продолжаю носить маску, даже выйдя за него замуж. Просто молчал, опасаясь, что я испугаюсь и убегу.