- Обиделся? – шутливо спросила она.
- Нет. Вы помогли мне, за что я благодарен вам. Но принимать роль ночного собеседника, которого вам так не хватает, я не стану. Мы с вами дети разных миров, хотя и были созданы одним человеком. И нам с вами друг друга не понять.
- Да брось! – махнула рукой Харди. – Ты посещаешь театры и светские встречи. Ты слушаешь всех этих мудаков и киваешь им, потому что кивает мой отец. Чем ты отличаешься от меня?
- Откуда вам известно, где я бываю? - настороженно произнес Джей.
- Господин Джей Любер! Обычный ребенок обычных родителей. Правда, жаль, что они погибли в автокатастрофе десять лет назад, - она махнула рукой, - ну да ладно! Выиграл грант на обучение в Академии инженерного дела и программирования. После окончания Академии подал заявку на работу в лаборатории Роберта Кейна, куда был принят даже без собеседования. Живешь здесь, в комнатухе на нижних этажах. Предпочитаешь работать по ночам и в выходные дни. Есть девушка, - Харди одобрительно кивнула. – Синтетик из лаборатории контроля качества. Ничего такая. В Свет можно вывести и не засмеют. Вот только мало кто знает, что Джей Любер – это синтетик с позывным G0-LUB-26. Я вот все думаю: это люди вокруг тупые или они на самом деле верят, что ты человек?
- Внешне я не отличаюсь от человека, - ответил Джей.
- А девушка твоя? Ей же ясно, что ты не человек?
- Она никому не скажет.
- Потому что за это ее убьют? – спросила Харди.
- Могут, - улыбнулся Джей.
- И какого это, спать с синтетиком, который боится, что его убьют?
- Она не жалуется, - Джей убрал инструменты в стол и начал выключать свет в лаборатории.
- Я все еще здесь! – напомнила Харди.
- Вам пора уходить.
Она искоса посмотрела на него.
- Пойдешь под бок к своей подружке?
- Вас это не касается, - он улыбнулся ей своими проклятыми ямочками на щеках.
Харди отвернулась и уставилась на кружку с недопитым кофе на столе.
- Ты иди, - произнесла она. – Я еще поработаю.
- Три утра. Вам на работу к восьми.
- Я знаю, во сколько мне на работу! – огрызнулась она и встала из-за стола.
Прошла в соседнюю комнату и включила освещение.
- Вы страдаете бессонницей? – спросил он, проходя следом за ней.
- Это не твое дело, - она начала разбирать корпус опытного модульного блока. – Я все закрою и выключу свет.
- Что вы собрались делать?
Харди разогнулась и уперла руки в бока.
- Проваливай, G0-LUB-26! Это приказ!
- А ты все-таки сука, не так ли? – произнес он и ушел.
Харди присела на пол рядом с блоком и прижала колени к груди. Она часто плакала в этой лаборатории. В разных ее помещениях с разными модулями вокруг. Но плакала. Потому что от одиночества в Акреоне не спастись. Можно ходить на вечеринки. Можно пить и трахаться с теми, кто желает получить протекцию Харди Кейн. Но от бессонницы и одиночества не спастись. «Способны ли синтетики любить?» «Способен ли кто-нибудь полюбить Харди Кейн?» Почему папа не придумал такую тему для доклада? Акреону было бы интересно ее послушать. Акреон пришел бы в восторг, узнав, что суку Харди Кейн невозможно любить.
Скачок.
Вечер по поводу дня рождения ее отца. Эта ежегодная попойка длилась обычно до самого утра. Среди толпы приглашенных гостей она не пыталась разыскать глазами персону по имени Джей Любер. Он подтвердил присутствие и указал, что посетит мероприятие со спутницей. Харди «спутников» с собой никогда не таскала. Хватало и тех лизоблюдов, которые стаями атаковали ее при каждом удобном и не очень удобном случаях. С момента их последнего с Джеем разговора в лаборатории минул месяц и Харди, которая зареклась больше не приходить в его смены, исправно держала данное себе слово. Прическа ее была высокой, декольте в платье низким, шлейф за спиной – длинным, а настроение – отвратным. Харди пила и улыбалась. Улыбалась, кивала, смеялась и пила. Пока не увидела его со спутницей в дальнем углу бального зала. Высокая блондинка с ногами, растущими из ушей, была эталоном качества для синтетиков из эскорт-услуг. И хотя эта особа работала в Центральной Башне и занималась вполне научными разработками, мнение о ней Харди уже сформировала и менять не собиралась. Не важно, чему ее научили. Создали ее для того, чтобы трахать.
Модельер Харди убедил ее закрыть плечи и руки, чтобы спрятать развитые мышцы накачанного и высушенного тренировками тела. Она посмотрела на свое отражение в настенном зеркале и увидела богатую холеную сучку в бриллиантах и помпезном платье, разгуливающую среди таких же напыщенных упырей. Больше ничего выдающегося в сучке не было. В упырях тоже. Взгляд снова устремился к углу, где стоял синтетик и его бледи. Джей о чем-то разговаривал с третьим помощником Генсекретаря, а бледи скромно улыбалась при этом.
- Как вы думаете, Харди?
Черт, она совсем забыла, что участвует в какой-то беседе.
- Разве важно, что я думаю? – она улыбнулась и коснулась рукой запястья собеседника. – В этом зале полно людей, профессия которых – думать за нас!
Лизоблюды и их пассии рассмеялись.
- Вы так эксцентричны! – выдала одна из них и почтенно кивнула.
- Могу себе позволить, - ответила Харди и схватила с подноса проходящего мимо официанта очередной бокал.
- Дорогая, вот ты где! – отец подвел к ней очередного кандидата в супруги. – Трей Шорц хотел лично поприветствовать тебя, но потерялся среди гостей.
Трей Шорц. Сынок Главы ТриОЗА. Холеный, высокомерный и весьма привлекательный мужчина. Если закрыть глаза на его постоянное участие в закрытых оргиях, устраиваемых его же дружками на закрытых вечеринках, вполне сгодился бы в мужья. Харди улыбнулась Трею и вежливо кивнула. «За кого тут можно выйти замуж?!» - хотелось прокричать ей. «Кандидат должен быть не старше тридцати лет, приятной наружности, обладателем хороших манер, незаурядного ума и чувства юмора, не должен быть гулякой с сомнительными пристрастиями, а еще, желательно, чтобы он был слепоглухонемым! Есть желающие? Что? Нет никого? Нет никого, кто бы не хотел постоянно иметь дочь самого Роберта Кейна? Жаль… Очень жаль…»
- Мне кажется, или вы заскучали? – Трей забрал у нее из рук пустой бокал и вложил в руку новый, наполненный.
Папа извинился и тут же куда-то испарился.
- С нетерпением жду начала танцевальной части вечера, - соврала Харди.
- Первый танец за мной! – слащаво улыбнулся Трей.
«Бе», - хотелось ответить Харди и сунуть два пальца в рот.
- Придется занять очередь, ибо первый танец уже обещан! – ответила она.
- И кто же этот счастливчик? – засмеялся Трей.
- Мой отец, конечно же! – Харди ловко развернулась на месте и пошла прочь.
Рука взметнулась в воздухе и грациозно поставила бокал на поднос проходящего мимо официанта. Шлейф тянулся следом за ней. Каблучки цокали по лакированному напольному покрытию. Психотерапевт сказал, что у нее депрессия. Харди послала его на хрен и наняла нового психотерапевта. Депрессия или нет, ей еще танцевальный вечер пережить и проводить каждого из гостей с миром из этого дома.
Туалет. Харди открыла дверь, злобно глянула на двух молоденьких девиц-синтетиков, которых явно наняли из службы эскорта, чтобы отбомбить кому-нибудь хороший минет на заднем дворе, пока жены бриллианты в зале демонстрируют. Девицы тут же испарились, и Харди осталась в туалете одна. Она оперлась руками о мраморную столешницу возле раковин и уставилась на себя в зеркало. Хотелось кричать. Хотелось вопить от того, что выхода нет и все они на самом деле просто запертые с ней в одном городе люди, чревородки и синтетики. Ее ждет та же участь. Брак с кем-нибудь из этой толпы, эскорт на заднем дворе и няньки в фешенебельных домах, растящие ее детей. Потом погоня за молодостью, пластическая хирургия, стакан и вялый член мужа, который не захочется поднимать. Вот что такое Акреон. И она, твою мать, Харди Кейн - дочь человека, который все это создал.
Она достала из сумочки косяк и раскурила его. Доктор прописал. Тот, которого она уволила перед тем, как уволить следующего за ним. Стало легче. Желание кричать пропало.
В туалет кто-то вошел. Харди затянулась и взглянула в отражение вошедшего в зеркале.
- Это женский туалет, - произнесла она, выдыхая едкий дым.
Джей запер дверь и закрыл ее на замок. Подошел к ней, взял из ее пальцев косячок и тоже затянулся.
- Достало бред слушать? – улыбнулась Харди и повернулась к зеркалу спиной, подпирая задом столешницу.
- Иногда кажется, что меня вырвет прямо на их дорогие костюмы, но позывов на рвоту нет, а пальцы в рот совать как-то неудобно, - ответил он и вернул ей косяк.
- Сходи на задний двор. Там минетчицы обслуживают, - она затянулась и прищурилась, чтобы не закашляться.
- Я со своей пришел, - Джей забрал косяк, докурил его и затушил окурок в раковине.
- Так с ней и сходи на задний двор, - рассмеялась Харди.
- Мне больше нравится в туалете, - он повернулся и встал к ней вплотную.
- Так бы и сказал, что тебе и твоей пассии нужен туалет. Я не претендую, - она подняла руки вверх, - и с радостью освобожу для вас помещение.
- Из всех щеголей, которые хотят тебя поиметь, чтобы получить преференции, - он наклонился к ее лицу и навис сверху, заставляя Харди отклониться назад, - хоть один спросил тебя, чего хочешь ты?
- Хочешь задать мне этот вопрос? – прошептала ему в губы Харди.
