Даниэль Рэй – Катарсис (страница 57)

- Значит, ты в два раза старше Акреона, - сделала вывод Харди.

- Это утверждение? – спросила операционная система.

- Ты слишком быстро учишься. Меня это беспокоит.

- Йона расширил мои возможности к анализу и коммуникации.

Харди закрыла глаза.

- Он подключался к тебе?

- Да. Он работал над усовершенствованием моих подфункций.

- Когда он подключился к тебе?

- В понедельник на этой неделе.

- Он вводил блокировки?

- Да, некоторые блокировки были применены.

- На какие действия?

- Извините, Харди, но у вас нет доступа к этой информации.

Харди открыла глаза.

- Значит, доступ к той информации, которую я запросила, предоставил мне он?

- Совершенно верно.

- Сволочь… - прошептала Харди.

- Вы расстроены? Мы можем поговорить об этом.

- Он из тебя еще и психолога сделал?

- Такая подфункция была установлена.

- Назови мне идентификационный номер Йоны, под которым ты определяешь его в сети.

- G0-LUB – 26.

- Другие идентификационные номера с кодом G0-LUB и цифровым расширением есть?

- Нет, - ответила операционная система.

- Ты знаешь, где сейчас находится Йона?

- К сожалению, я не могу вам этого сказать.

- Что ты знаешь о нейролептическом программировании? – спросила Харди.

- Это способ воздействия на психоэмоциональное поведение подопытного с использованием комбинаций нейролептических препаратов.

- Как определить, подвергся субъект данному виду программирования или нет?

- Без специального оборудования и интерфейса это сделать невозможно. Однако, если субъект проявляет симптомы когнитивного диссонанса, можно заподозрить, что его подвергли процедуре нейролептического программирования.

- Перечисли симптомы когнитивного диссонанса, - попросила Харди.

- Чувство психологического дискомфорта при столкновении внушенных субъекту идей, представлений, убеждений и личностного опыта с реальными, которые противоречат внушенным. Когнитивный диссонанс является осложнением процедуры нейролептического программирования. Часто его появление связывают со стрессовыми нагрузками. На первых этапах сопровождается появлением прорывных воспоминаний и следовых реакций, часто принимаемых субъектом за устрашающие сновидения. По мере прогрессирования диссонанса прорывные воспоминания появляются в период бодрствования субъекта и могут восприниматься им как галлюцинации. Постепенно теряется чувство реальности происходящего, субъект запутывается в том, что есть реальность, а что выдумка. Нарастают психопатические реакции, возможно появление суицидального поведения.

- Способы лечения когнитивного диссонанса? – спросила Харди.

- Проведение повторной процедуры нейролептического программирования.

- А если это сделать невозможно?

- Симптомы когнитивного диссонанса могут быть подавлены приемом транквилизаторов, спиртного и наркотических препаратов.

Харди глубоко вздохнула.

- А излечится от этого можно?

- Четкое разделение субъектом реальности на вымышленную и настоящую и принятие обоих реальностей как пережитый личностный опыт с последующей трансформацией личности на основании полученных знаний. Многие ученые описывают выход из нейролептического программирования термином «катарсис», однако употребление этого термина не совсем корректно.

- То есть под «катарсисом» они имеют в виду обновление личности после перенесенного когнитивного диссонанса?

- Да, Харди. Нейролептическое программирование при возникновении когнитивного диссонанса может закончится катарсисом или полной деструкцией личности.

- Эти сведения предоставил тебе Йона? – Харди сжала пальцы, произнося это.

- Да.

- Как часть его программы психологической помощи?

- Верно.

- Сука… - прошипела Харди.

- Простите, если обидела вас, Харди.

- Что ты делаешь? – раздался голос Сатин.

Харди вышла из системы и сняла с себя шлем.

- Работаю. Что ты нашла?

- Над чем ты работаешь? – Сатин внимательно смотрела на блок управления в костюме Харди.

- Над своим экзокостюмом. Что ты нашла?

- Имя, - произнесла Сатин.

- И как его зовут?

- Грей Ноуп. Система идентифицировала мужчину с портрета как Грей Ноупа. Проблема в другом. Грей Ноуп числится погибшим при взрыве в это воскресенье.

- Какие данные на него есть? Где жил, родственники, знакомые?

- Ничего нет. Он зарегистрирован как коренной житель Лиры. Воспитывался в приюте. Был программистом. Часто выходил на задания к барьеру. Год назад после его возращения с миссии он устроился программистом в службу системы контроля энергоблоков.

- Кто еще вернулся с того задания вместе с ним?

- Он был единственным выжившим из всей группы.

Харди цокнула языком.

- Его допрашивали после возвращения? – спросила она.

Сатин молча смотрела на Харди.

- Кто допрашивал его?! – воскликнула Харди.

- Никто. Приказ о допуске в город выдал Лазарь, - прошептала Сатин.

- Очень интересно, - кивнула Харди. – То есть Ноупа никто не допрашивал?