Даниэль Лори – Сумасшедшая одержимость (страница 21)

– Очарован, – пробормотал он, то ли как приветствие, то ли как издевку. Мне нравился Найл.

– А он не особо-то уважителен, а? – спросил Очаровашка с ноткой отвращения в голосе.

– Он ирландец, – ответила я, словно это все объясняло.

Мы вошли в квартиру, и я оставила дверь приоткрытой, чтобы он не вздумал оставаться. Пройдя в свою комнату, я взяла пакетик с комода и вернулась в гостиную, где он лапал мои вещи.

– Вот, – сказала я, кинув ему наркотик. – В благодарность.

Он чуть ли не потер ладони в предвкушении.

– Давай распробуем, так ли эта штука хороша, как ее рекламируют.

– Именно так.

Я мысленно застонала, когда он высыпал порошок на мраморную столешницу.

В ярком освещении кухни было видно, что костюм у него поношенный, а ботинки покоцаны. У него не было денег, и ему дико хотелось упороться. Господи, и зачем я притащила этого придурка к себе в квартиру?

Когда он поднял глаза, они сияли.

– Говорю же, – сказала я, сбрасывая туфли. – А теперь забирай и проваливай. В пять начинается повтор моего любимого сериала.

– Где еще?

– Бери, что дают, и не закатывай истерик.

Он прищурился, но меня это не особо волновало. Если бы он меня тронул, то к шести утра его бы нашли в переулке с заживо содранной кожей. И он это знал.

– Ладно. – Он попытался собрать каждую крупицу порошка со столешницы, и я поморщилась от этого зрелища.

Скрипнула дверь, и мой взгляд зацепился за кого-то, зашедшего в коридор. Черный костюм. Широкие плечи. Прямые линии. Мое сердце похолодело и покрылось коркой льда. Аллистер смотрел вниз, на свои руки, прикручивающие глушитель к стволу пистолета.

Горло сдавило, накатила паника.

Он поднял взгляд. Его глаза были такие холодные, что от них можно было словить обморожение.

– Нет, – выдохнула я.

Но было уже поздно.

Он распахнул дверь, неторопливым взглядом нашел Очаровашку. Раздался приглушенный хлопок. Кровь забрызгала столешницу и кухонные тумбы. В облаке белого порошка Очаровашка рухнул на пол с широко распахнутыми мутно-голубыми глазами и дырой во лбу.

Желчь подступила к горлу, и я согнулась, прижав руку ко рту.

Посмотрев на дверь, я столкнулась со взглядом, полным мрачного безразличия. Аллистер отвинтил глушитель и убрал его в карман.

От его апатии во мне вспыхнула такая злость, что в глазах все стало красным.

– Figlio di puttana! – выплюнула я. «Сукин ты сын».

Он развернулся к двери, и в моей груди вспыхнула ледяная паника.

– Стой, – умоляюще воскликнула я. – Не оставляй меня одну с этим! Аллистер!

Он даже не обернулся.

– Туз… он мертвый. – Моя рука тряслась, сжимая одноразовый телефон, которым полагалось пользоваться в подобных случаях. – Совсем мертвый.

– Кто?

– Очаровашка, – пробормотала я, разглядывая тело на полу. Звучало так, словно я бредила, но лужа крови была близка к тому, чтобы впитаться в коврик.

– Где ты?

– В своей квартире.

– Господи, – пробормотал он. – Какого хрена ты натворила?

Я начала метаться по комнате.

– Да ничего я не делала! Аллистер его застрелил, а потом просто ушел!

Последовала длинная пауза.

– Да твою ж мать.

– У меня вся кухня теперь в крови, – всхлипнула я. Нико отвлекся, чтобы с кем-то переговорить, и в этот момент кровь дотекла до моего винтажного ковра. – Я его убью, – спокойным тоном заявила я.

– Ты его поблагодаришь, а потом захлопнешь варежку.

– Да я скорее с балкона выброшусь.

– Джианна, если ты испортишь мои отношения с Аллистером…

Я нахмурилась.

– В смысле? Я думала, он один из твоих?

Нико засмеялся.

– Он свой собственный. Моему отцу потребовалось много времени, чтобы уговорить его с нами работать, так что если ты умудрилась все испортить, то я лично тебя придушу.

Оу. Теперь понятно, почему Аллистер всегда смотрел на меня, как на слабоумную, когда я обращалась к нему, как к подчиненному. Я сглотнула.

– Я маленькая скромная девочка, как я могу испортить твои отношения с продажным федералом?

Он фыркнул.

– Ты «скромная» только тогда, когда тебе это нужно. Никуда не уходи, поняла меня?

– Но у него глаза открыты…

– Никуда, Джианна.

– Ладно.

Я завершила разговор и швырнула телефон на диван.

Спустя двадцать минут в квартиру вошли Лоренцо и Лука. Присвистнув, Лоренцо пнул ногу Очаровашки.

– Да уж, мертвее некуда.

Я поморщилась.

– А можно не пинать мертвых, пожалуйста?

Лука присел на корточки возле тела.

– Джианна, хочу ли я знать, что этот мудак делал в твоей квартире?

«Я пыталась выиграть… и потерпела сокрушительное поражение».

– Не хочешь, – вздохнула я.

Лоренцо втер в десны немного порошка с кухонной тумбы.

– Я знаю этого парня, – сказал он. – Нокс, кажется. Скользкий тип, наши ребята не раз к нему наведывались из-за игорных долгов. Какую-то сумму он до сих пор торчит.