Даниэль Лори – Сладкое забвение (страница 69)

— Не надо приукрашивать, Селия. Он был просто грубым.

— Если ты скажешь своему отцу, что тебе не нравится Руссо, возможно, он передумает.

Я сглотнула. Разве я не была счастлива? Не сегодня.

— Даже если Сальваторе и передумает, — сказала бабушка, — Уверена, она уже залетела, как и твоя вторая дочь.

Мама поморщилась.

— Не будь вульгарной, Надя.

— Ох, Мадонна, спаси, сохрани. Интересно, как у тебя вообще родилось трое детей? Ты брезглива, как девственница.

Головная боль расцвела у меня за глазами, и я встала.

— Уверяю тебя, бабушка, я не беременна. Я уже много лет принимаю таблетки.

Бабуля бросила на маму быстрый взгляд.

— Неудивительно, что твои дочери маленькие шлюшки. Ты практически поощряешь их!

— Лучше быть шлюхой, чем дряхлой, — пробормотала мама, когда я вышла из комнаты.

Шторы были задернуты, будто кто-то нёс траур. Из-под спутанных одеял на кровати показался комочек. Небольшая по размерам и мотив песни — Seven Nation Army. Я приподняла одеяло и забралась, прежде чем натянуть его на голову. Мы лежали на боку лицом друг к другу, а айпод Адрианы играл музыку между нами.

Когда песня закончилась, я нажала на паузу в ее плейлисте.

— Что сказала одна сестра другой?

Она попыталась закатить глаза, но уголок ее рта приподнялся.

— Что?

— Ты будешь моей подружкой невесты?

Она выжидательно поджала губы, будто это было трудное решение.

— Твой жених отправил Райана в больницу.

Еще неделю назад он был ее женихом, но теперь, когда он стал моим, она быстро заставила меня отвечать за его поступки.

— Знаю, или предполагала. Прости меня, Адриана.

— Я думала, они собираются убить его. — ее голос задрожал от облегчения.

Часть моего сердца распалась на кусочки, оставив после себя пустую боль.

— Но они этого не сделали.

— Нет. — она провела пальцем по краям своего айпода. — Знаю, это из-за тебя. Ты всегда знаешь, что делать.

В горле у меня образовался комок. Если бы только это было правдой. Боже, иногда мне казалось, что я застряла на плоту в море. Сегодня был один из таких дней.

— Ты действительно любишь его, не так ли?

— Да.

Мои глаза горели.

— На что это похоже?

Ее взгляд встретился с моим, брови нахмурились.

— Что ты имеешь в виду?

— Быть влюблённой.

— Но… — она моргнула, взглянув на мою левую руку.

Понимание поразило меня. Конечно, она думала, что я влюблена. В глубине души я была романтиком и даже не могла лгать миру, не говоря уже о себе. Я не была девушкой для случайного секса, и все это знали.

Я покрутила кольцо на пальце, и горький смех вырвался у меня.

— Я даже не знала его имени, Адриана. Я не знаю, как его зовут.

— Тогда почему ты сбежала? — она нахмурилась. — Я думала, ты где-то встретила его, влюбилась и уехала к нему.

Чувство вины пронзило мою грудь. Я была ужасной сестрой. Я не доверяла ей, и страстно желала ее жениха. Если я умру, не успев исповедаться, то наверняка попаду в ад.

Я отвела взгляд.

— Помнишь ту маленькую музыкальную карусель, которую я проигрывала снова и снова, когда мы были маленькими?

— Да, она была розовой.

Я улыбнулась.

— Да. Ну, бабушка подарила мне ее на Рождество, если ты помнишь. С тех пор мне всегда хотелось увидеть карусель в реальной жизни. Глупая детская мечта, наверное. Но этого не произошло… ты же знаешь, как занят отец. — я прочистила горло. — В общем, в ту ночь я сбежала… Наверное, не выдержала ожиданий. Все казалось слишком. Оскар Перес, и мысль о том, что кто-то вроде него станет моим будущим. Пришлось заставить себя улыбаться. Втиснуть в себя этого человека, думая, что я больше не смогу ею быть. Все началось внезапно; мои легкие закрылись, и я не могла дышать. В тот момент я верила только в то, что если не выберусь из дома, то умру. Карусель просто стояла на моем комоде, дразня меня причудливыми воображениями. Я хотела, чтобы одно из них сбылось, пусть даже самое банальное. Поэтому я улизнула, села в автобус…

Ее глаза расширились, и я рассмеялась.

— Я даже не подумала, что зима и не будет никакого карнавала. Предположила, что карусель будет припорошена небольшим количеством снега. Так или иначе, он работал охранником в торговом центре неподалеку и остановился, чтобы посмотреть, почему я стою на пустой парковке в одиночестве. И не знаю… это началось оттуда. Я сказала ему, что не имею понятия, что делаю, что у меня нет ни денег, ни жилья, и он повел меня к себе домой, чтобы что-то выяснить.

— Он, наверное, пытался переспать с тобой, — пробормотала Адриана.

Я рассмеялась.

— Возможно. Хотя, он казался милым и искренним. Он был очарователен, и мне он нравился… но я никогда его не любила.

В пространстве между нами воцарилась тишина, и с моих плеч свалился тяжелый груз. До сих пор я не понимала, как сильно мне необходимо было поделиться этим с кем-то.

— Я буду твоей подружкой невесты, — тихо сказала она.

— Слава Богу. — я с облегчением положила руку на грудь. — Иначе мне пришлось бы просить Софию, и можешь себе представить эту речь?

Ее смех был легким, прежде чем затихнуть.

— У меня сегодня прием у врача.

— Да?

— Да.

Я улыбнулась.

— Не могу поверить, что стану тетей.

Она судорожно сглотнула.

— Елена, я боялась, что они убьют его, если узнают… — я знала, что она пытается объяснить причину, по которой так много выпила. — А теперь я еще больше боюсь, что причинила вред ребенку.

— Все будет хорошо. — я потянула ее за волосы. — Абелли сильнее всего этого. Ты можешь себе представить, как причинить боль Тони несколькими рюмками водки?

Она улыбнулась.

— Пуля не ранит Тони. Бенито, конечно, любит ныть по этому поводу.

Мы рассмеялись с легкостью, которая уже некоторое время отсутствовала между нами. Веселье перешло в легкую тишину.