Даниэль Лори – Безумная одержимость (страница 39)

Его глаза сузились, глядя на меня.

— Кто сегодня утром помочился в твои отруби с изюмом?

Он отпустил мое запястье, поправил галстук и оглядел комнату так, словно был охранником.

— Я нахожу твоё присутствие неприятным. Иди и найди себе другое место.

— Прекрасно. Мне нужно побольше узнать о Себастьяне.

Я сделала шаг в ту сторону, но он снова схватил меня за запястье. Я нахмурилась, глядя на то место, где он держал меня.

— Я в замешательстве. Думаю, это называется смешанными сигналами?

Что-то мелькнуло в его глазах, словно он собирался выплеснуть какую-то другую нелепую команду, но затем мускул на его челюсти напрягся, и он отпустил меня и пошел прочь.

Поскольку он явно этого не хотел, я последовала за ним.

— Не ожидала, что ты будешь отмечать любовь, — сказала я.

— Ни по этой причине я здесь.

— Да ну? Тебя наняли присматривать за детьми?

— Скорее, за взрослыми.

— Ох, я тебя умоляю. У нас все отлично.

— Похоже на то, — сказал он, оглядывая комнату, полную такого напряжения, что одно неверное движение могло взорвать бомбу.

Мы остановились у короткой очереди к бару. Официанты бегали туда-сюда, но, похоже, их было недостаточно, чтобы удовлетворить потребность каждого в алкоголе.

Мое плечо наткнулось на руку Кристиана, вставая рядом с ним. Его тело напряглось, но, очевидно, он все еще предпочитал игнорировать мое присутствие. Легкое прикосновение зажгло во мне огонь, и я боролась с невидимым притяжением, чтобы подойти к нему ближе. Я скрестила руки на груди, приняв свою лучшую позу допроса.

— Где ты находился примерно в три часа ночи в прошлую пятницу?

Его взгляд скользнул ко мне, оценивая мою позу.

— Дома. Спал.

— Видишь.... я просто не верю тебе.

— Почему это? — протянул он.

— Люцифер никогда не спит.

Он выглядел почти удивленным, но я не могла быть уверена, потому что он схватил свой напиток у бармена и оставил меня стоять, в одиночестве.

Я вздохнула и повернулась на каблуках, чтобы последовать за ним.

— Ты собираешься вызвать у девушки комплекс.

— Другой комплекс может быть именно тем, что тебе необходимо.

— Ха-ха, очень смешно. Но шутки в сторону — ты отвез меня домой той ночью?

— Нет.

— Твой добрый близнец отвез меня?

Он издал вздох веселья.

Теперь он шел по коридору, выходящему из бального зала, но я не собиралась следовать за ним в темный коридор. Неважно, находилась ли там дверь с надписью «охрана» в конце. Я остановилась, и мое разочарование от его уклончивости, наконец, выплеснулось на поверхность и в мой голос.

— Что ты со мной сделал, Аллистер?

Он остановился и повернулся ко мне.

— Ты думаешь, я что-то сделал с тобой? — он мрачно рассмеялся. — Трогал тебя, пока ты была без сознания?

Ну, нет. Это даже не приходило мне в голову, но почему он отвез меня домой? У него должен иметься скрытый мотив.

— Ты рылся в моем ящике с нижним бельем? Знаешь, в наши дни в интернете можно купить подержанные за шестьдесят долларов (прим.пер: 4432 рубля). Ты не должен был отвозить меня домой просто, чтобы получить свою дозу.

Он выглядел так, будто хотел задушить меня.

— Я, блядь, не прикасался ни к тебе, ни к твоему дерьму. Я думал, мы уже это обсуждали? — его глаза вспыхнули. — Я там уже бывал. Меня это не впечатлило.

Это было так больно, словно он дал мне пощечину. Гнев высосал воздух из моих легких, и мои когти мгновенно обнажились.

Я схватила стакан в его руке с намерением выплеснуть содержимое ему в лицо, но прежде чем успела это сделать, он вырвал стакан из моих рук и швырнул его на пол. Я посмотрела на свою неудавшуюся месть, разбитую вдребезги о мрамор, но не видела ничего, кроме ярости. Я хотела причинить ему такую же боль, какую причинили мне его слова.

Я толкнула его, и когда он не ответил, то сделала это снова. Затем ударила его в грудь и попыталась врезать коленом в пах.

Когда с него было достаточно, он развернул меня, притянул к своей груди и прижал мои руки одной из своих.

— Успокойся, — приказал он.

— Иди к черту.

Моя грудь вздымалась и опускалась, когда я пыталась вырваться из его хватки.

Его хватка усилилась, и я втянула в себя воздух. Я прислонилась к нему и впилась ногтями в его предплечье, поняв, что это единственное, что я могу сделать.

Волосы на затылке встали дыбом, когда его сердитые, насмешливые слова коснулись моего уха.

— Вся твоя семья в конце коридора. Что бы подумал твой муж, увидев тебя в таком компрометирующем положении?

Ярость потускнела под жаром его тела, прижатого к моему. Его рука крепко обнимала мое плечо. Запах его фирменного одеколона. А потом последовало неоспоримое давление его эрекции на мою поясницу. Этот ублюдок хотел поставить меня на место. Хотя, независимо от обстоятельств, одна только мысль о том, что он тверд, послала тяжелый груз между моих ног. Я обмякла рядом с ним, не в силах набрать достаточно воздуха в легкие.

— Он дома с медсестрой. У него воспаление легких.

— Ах, слышал, это убийственно для такого старика, как он.

Его хватка ослабла, и его рука, очень медленно, скользнула от моей талии к бедру. Прикосновение обжигало мою кожу, заставляя сердце потрескивать, как искры.

— Кто следующий в списке твоих мужей на этот раз?

Он повернул меня, притянул мою грудь к своей, жар от этого стал ошеломляющим отвлечением. Но потом я напомнила себе, что он мне сказал. Положив ладони ему на живот, я скользнула ими вверх по его груди и поднялась на цыпочки. Он смотрел на меня глазами, слишком темными, чтобы прочитать.

Мы стояли так близко, что я почувствовала запах его лосьона после бритья, посчитала его ресницы. Между нашими губами находился едва заметный сантиметр. Это было слишком легко заполнить — невозможно не сделать — и я позволила расстоянию сократиться, мои губы скользнули по его, когда я сказала:

— До тех пор, пока они трахают меня с чуть большей страстью, чем ты.

Я попыталась отстраниться, но его рука скользнула вверх по моей шее, сжала в кулаке мои волосы и продолжила касаться его губ. Он шагнул ближе, прижимая меня спиной к стене.

— Ты, кажется, забываешь, что я тебя не трахал.

Каждое прикосновение его губ было каплей бензина, горящего внутри меня. Туманной волной внутри моего сознания. Расточительное дыхание, которое я не могла вдохнуть. Я повернула голову в сторону, чтобы найти в себе силы заговорить.

— Все, что было в ту ночь, было забыто. Как ты думаешь, почему я тебе не позвонила? — сочувствие наполнило мой голос. — Кажется, я не слушала. — мы оба знали, что я имею в виду то, что он сказал мне той ночью: — Ты меня не забудешь.

Мое сердце билось в ушах, и я ненавидела себя за то, что почувствовала укол сожаления.

Его глаза были темными и пугающими; отражение небес, освещенных дымом и огнем. Его губы прижались к моему уху, слова были грубыми и угрожающими.

— Беги домой к своему мужу, пока я не сделал его вдовцом.

Глава 13