реклама
Бургер менюБургер меню

Даниэль Лори – Безумная одержимость (страница 22)

18px

Мое горло сжалось, и паника сжала вены.

Он поднял глаза. Его глаза были такими холодными, что я чуть не замёрзла.

— Нет, — выдохнула я.

Но было уже слишком поздно.

Он толкнул дверь, и его ленивый, бессердечный взгляд нашёл Чарминга. Приглушенный выстрел ударил мне в уши. Кровь брызнула на стойку и шкафчики. Белый порошок рассыпался в воздухе, когда Чарминг упал на пол, мутно-голубые глаза широко распахнулись, во лбу зияла дыра от пули.

Желчь подступила к горлу, и я сгорбилась, прикрывая рот.

Я посмотрела на дверь и увидела, как Аллистер с мрачным безразличием отвернул глушитель и сунул его в карман.

Его апатия наполнила меня таким глубоким гневом, что я покраснела.

Figlio di puttana! (прим.пер: Сукин сын!)— сплюнула я. 

Сукин сын!

Когда он повернулся к двери, холодная паника вспыхнула в моей груди.

— Подожди, — взмолилась я. — Пожалуйста, не оставляй меня с этим! Аллистер!

Он даже не оглянулся.

🖤 🖤 🖤

— Туз... он мертв. — моя рука дрожала вокруг одноразового телефона, который я должна была использовать для подобных вопросов. — Действительно мертв.

— Кто?

— Чарминг, — пробормотала я, разглядывая тело на полу.

В моих словах не было никакого смысла, но кровь вот-вот впитается в мой коврик.

— Где ты?

— В своей квартире.

Иисус, — пробормотал он. — Какого черта ты устроила?

Я прошлась по гостиной.

— Я ничего не устроила! Аллистер застрелил его, а потом просто ушел!

Долгая пауза.

— Черт возьми.

— У меня вся кухня в крови, — заныла я.

Я слышала, как Нико с кем-то разговаривает, и пока он это делал, кровь добралась до моего старинного коврика.

— Я убью его, — спокойно призналась я.

— Ты скажешь ему спасибо, а потом закроешь свой чертов рот.

— Я лучше сброшусь с балкона.

— Если ты трахнешь мои отношения с Аллистером, Джианна...

Я нахмурилась.

— Что ты имеешь в виду? Я думала, он просто один из твоих людей.

Он рассмеялся.

— Он сам себе хозяин. Моему отцу потребовалось много времени, чтобы убедить его работать с нами, и если ты все испортила, я задушу тебя.

Ох. Неудивительно, что Аллистер всегда смотрел на меня как на простодушную, когда я разговаривала с ним, будто он был помощником. Я сглотнула.

— Я всего лишь жалкая девчонка. Что я могла сделать, чтобы испортить твои отношения с грязным федералом?

Он хмыкнул.

— Ты «жалкая» только тогда, когда тебе удобно. Никуда не уходи. Ты меня поняла?

— Но его глаза открыты...

— Никуда, Джианна.

— Прекрасно.

Я повесила трубку и бросила телефон на диван.

Двадцать минут спустя Лоренцо и Лука вошли в квартиру. Лоренцо присвистнул, пнув Чарминга ногой.

— Он мертв, это точно.

Я поморщилась.

— Можешь не пинать мёртвого человека?

Лука опустился на корточки рядом с телом.

— Джианна, я хочу знать, почему этот придурок оказался в твоей квартире?

Я пыталась одержать победу в игре... и так жестко проиграла.

— Нет, — вздохнула я.

Лоренцо тер десны остатком порошка с кухонного островка.

— Я знаю этого мужчину, — сказал он. — Кажется, Нокс. Настоящий скользкий мудак, которого пару раз навещали наши силовики за карточные долги. Все еще должен немного денег.

— Не думаю, что ты получишь это от него сейчас, — пробормотала я, направляясь в свою комнату.

Я приняла душ, высушила волосы феном и подняла их вверх. Оделась, как Дейзи Дьюк (прим.пер: Дейзи Дьюк — вымышленный персонаж из американского телесериала «Герцоги Хаззарда». Часто скудно одетая изгой-южанка), топ с открытыми плечами, демонстрировавший несколько сантиметров моего живота. Когда я вернулась, тело исчезло, но кровь все еще покрывала каждую поверхность моей кухни. Гнев схватил меня за горло и сдавил.

Лоренцо и Лука вошли в парадную дверь, смеясь над какой-то шуткой.

— Где живет Аллистер? — спросила я, не в силах совладать с ядом в голосе.

Лука фыркнул.

— Что ты собираешься с ним сделать?

Лоренцо покачал головой.

— Он не из тех, с кем можно трахаться, Джианна.

— Где. Он. Живет?

Лука пожал плечами.

— Иногда маленьким девочкам нужно выучить один-два урока.

Я стиснула зубы от его ответа, но забыла о вендетте, как только он произнес название многоквартирного дома.