Даниэль Клугер – Тысяча лет в долг (страница 25)
Он медленно повернулся и пошел к реке. Пластина тотчас вспыхнула. Свет становился ярче, по мере того как Семен приближался к реке.
Он обреченно вздохнул и спрятал пластину. Теперь он стоял прямо напротив чудовища.
— Что уставился? — спросил тираннопотам. Семен пожат плечами. Вряд ли он сумеет убедить огромного демона отойти в сторону и дать ему пройти. Да и как убедить, когда слова произнести не можешь? Он оглянулся и некоторое время разглядывал черный поблескивающий овал на склоне оврага. «Похоже на классную доску», — рассеянно подумал Семен. Неожиданная и, как ему показалось, удачная мысль пришла ему в голову. Подобрав красноватый камешек, он подбежал к овалу. Немного помедлил, провел камешком по гладкой поверхности. Камешек оставлял четкий красно-коричневый след. Тогда Семен нацарапал свое имя: «Шимон». Оглянувшись на демона, внимательно следившего за непонятными действиями пришельца, Семен ткнул пальцем в надпись.
— Ши-мон, — прочитал гигант. — И что же?
Семен указал на себя.
— А-а, — догадался демон. — Это твое имя? Тебя зовут Шимон? — Он оживился. — Хорошо придумано. Меня зовут Шабрири.
Семен вновь повернулся к «доске» и написал огромными буквами: «Шабрири» — и вопросительно посмотрел на демона.
— Ша-бри-ри... — прочитал тот и закивал головой. — Верно, так меня зовут. А что ты тут делаешь? Напиши!
«Гуляю, — написал Семен. — А ты?»
— Сам не знаю, — признался Шабрири. — Велели стоять здесь и никуда не ходить. Вот и стою... — Он коротко хохотнул. — Интересный у нас с тобой разговор получается, верно?
Семен кивнул. И написал: «Разговор беззвучный».
— Точно, беззвучный разговор. — Шабрири, тяжело отдуваясь, поднялся на задние лапы. Лапы, как у прочих демонов, напоминали птичьи. Теперь Шабрири меньше походил на гиппопотама, зато сходство с кровожадным гигантским ящером усилилось. Это Семену не очень понравилось. А когда Шабрири, переваливаясь на ходу, подошел вплотную к воде, настроение Семена испортилось окончательно. Он поспешно повернулся к «доске», чтобы посоветовать демону оставаться на прежнем месте.
Да так и застыл, открыв рот. «Беззвучный разговор». Это же...
Семен озадаченно взглянул на огромного демона и чуть не охнул от неожиданности.
На шее Шабрири слабо светился какой-то предмет. Светился таким же светом, что и пластина Семена. Ашмодей выбрал очень удачное место для хранения скрижали.
Шабрири между тем вошел в реку. Теперь отчетливо видны были его острые треугольные клыки и огромные, лишенные белков глаза. Между острыми звериными ушами пучками торчала короткая густая грива. Семен осторожно отступил к склону. Шабрири явно собирался познакомиться с ним поближе и теперь оценивал на глаз ширину водного потока. «Ч-черт, что же они тогда бормотали? — с отчаянием подумал Семен, не отрывая глаз от демона. — Отнимешь имя — получишь букву... Нет-нет, кажется: отнимешь букву — имя в пустоту превратится. Точно, точно... И насчет тела что-то... Тело в прах обратится... Беззвучный разговор... Останется от бедняги пыль да сор... — Он сжал руками виски. — Дурацкие стишки! Что же они означают?!»
Демон вновь опустился на четвереньки, то ли принюхиваясь к воде, то ли к чему-то прислушиваясь. Потом вдруг поднялся и явно изготовился к прыжку.
«Тело в прах обратится... Буква к букве... Отнимешь букву... — лихорадочно повторял про себя Семен. В поисках спасения его взгляд потерянно скользил по исписанному камню. — Отнимешь букву... Стоп-стоп-стоп...» Мысль еще не сформулировалась с достаточной четкостью, а Семен уже поднял руку к написанному имени демона. Когда его пальцы коснулись гладкой поверхности, он испытал короткий чувствительный укол — будто ударило током.
Толи этот удар, то ли обострившееся чувство опасности — он словно слышал за спиной шумное дыхание приближающегося демона, — но Семен внезапно, в считанные доли секунды, понял смысл дурашливых стишков, прочтенных ему Кафцифани и Мехитбаэль.
И с решимостью отчаяния стер первую букву — букву «шин». Ответом на это действие стал оглушительный рев, раздавшийся за спиной. Семен осторожно повернулся. Морда Шабрири — вернее, уже Абрири — была искажена гримасой ярости. Так и не прыгнув, он застыл в нелепой позе — передние лапы разведены в стороны, правая нога в воздухе.
— Эй, ты! — рявкнул он. — Немедленно исправь! — И, не удержавшись, упал, подняв клубы горячего пара и водяных брызг.
Семен быстро закивал, словно соглашаясь. «Разбежался», — злорадно подумал он. И тут же стер следующую букву.
— Ты!.. Червяк безъязыкий!.. — закричал Брири, гневно сверкая глазами. — Да я тебя... Да я... — Он вновь поднялся и шагнул вперед с явным намерением расправиться с коварным собеседником.
Пару секунд назад ему бы вполне удалось перешагнуть через ручей. Вернее, это вполне удалось бы пятиметровому Шабрири.
И даже четырехметровому Абрири.
Но трехметровый Брири с размаху шлепнулся прямо в середину Черного ручья, подняв новый фонтан — поменьше предыдущего. С некоторым разочарованием Семен отметил, что на температуру воды демон никак не реагирует, и затер еще одну букву.
— Ай!.. — взвизгнул Рири, с трудом удерживаясь в вертикальном положении. — Не смей!..
Черная вода теперь доходила ему почти до самой выпяченной нижней челюсти. Нелепо барахтаясь, он все-таки добрел до берега и с трудом, но вылез на ближайший камень.
— Я... — пропищал Ири. — С тобой... — Голосок Ри уже почти не слышался. — Разделаюсь... — почти беззвучно шепнул уродливый карлик И.
На мгновение его крохотная фигурка заколебалась, словно под порывом ветра. Мини-демон слабо взмахнул когтистыми лапками и исчез.
На берегу осталась лежать голубовато-мерцающая пластина.
Семен бессильно опустился на корточки и вытер со лба испарину. Руки его дрожали, а в голове была полная пустота. Только дурацкие, как вначале казалось, стишки крутились снова и снова.
Будто испорченная пластинка.
— Имя в пустоту превратится... — Семен беззвучно шевелил губами. — Тело в прах обратится... Беззвучный разговор... Останутся пыль да сор... — Он вдруг захохотал — по-прежнему неслышно, но так, что даже слезы на глаза выступили. — Ни черта от черта не осталось. Даже сора и пыли...
Сейчас он испытывал странную эйфорию, связанную, видимо, с сильным напряжением последних дней. Все вдруг показалось ему легким и достижимым. И местность вокруг перестала выглядеть пугающе. Даже духота немного смягчилась.
Семен снова посмотрел на то место, где недавно приплясывал крохотный демон. Действительно, никаких следов. Семен перевел взгляд на плавно текущий ручей. И вытаращил глаза от неожиданности. Черный цвет исчез. Вода обрела вполне естественный цвет — по крайней мере, для этих мест. Семен подошел к ручью и осторожно — кончиками пальцев — коснулся поверхности воды. Никакого жара не чувствовалось. Тут он вспомнил о черной жидкости, стекавшей с клыков Шабрири-Абрири... и так далее. Вне всякого сомнения, и температуру, и цвет вода приобретав именно по милости исчезнувшего демона.
Семен зачерпнул воды, уже не опасаясь, и с наслаждением напился. Вкус оказался вполне сносным, если не считать слабого запаха серы.
Он вытер мокрую ладонь об одежду, сделал новую повязку на обожженную руку. И вновь посмотрел на противоположный берег. Дорога, которую перекрывал Шабрири, тянулась ровной отчетливой лентой прямо к Туманной стене.
«Как только демоны проигрывают, они тотчас исчезают, — подумал Семен. — И оборотни, и этот. Лопаются, будто мыльные пузыри. Интересно, почему? И куда они деваются после своей гибели? Надо бы спросить у кого-нибудь...»
На какое-то время этот вопрос заинтересовал его настолько, что он даже не сразу сообразил: второй осколок скрижали теперь у него. Семен подобрал пластину, недавно еще висевшую на шее тираннопотама, спешно извлек из чехла полученную от Сатана и приложил одну к другой. Края совпали с удивительной точностью.
Так же как в первый раз, на сапфировой поверхности проступили глубоко врезанные буквы. Он прочитал: «Кабель ринат амеха, сагбену тахарейну нора». «Прими молитву народа своего, укрепи и очисти нас, Грозный Владыка!» — повторил он мысленно.
Некоторое время надпись была четкой. Потом буквы медленно расплылись и исчезли. И одновременно одна часть скрижали словно перетекла в другую. Свет ярко вспыхнул и погас. В руках Семена вновь оказалась каменная прямоугольная пластина. Нисколько не изменившаяся в размерах, но существенно потяжелевшая.
Он бережно убрал ее в чехол. Пора было возвращаться. Или, вернее сказать, пора было покидать негостеприимную Страну Безмолвия. Семен задумался. О возвращении прежним путем не могло быть и речи: приближенные Ашмодея вполне могли хватиться беглеца, тогда его достаточно долгое отсутствие покажется подозрительным. Семен совсем не был уверен, что Сатан в таком случае вступится за него.
Оставалась дорога, до недавнего времени перекрывавшаяся благополучно исчезнувшим Шабрири. Сейчас эта дорога вполне четко рисовалась на противоположном берегу, пролегая между двумя одинаковыми остроконечными холмами и упираясь прямо в Туманный купол.
Семен спустился к ручью, прыгнул на выступавший из воды плоский камень, потом на следующий. Через короткое время он добрался до берега и решительно зашагал по дороге.