Даниэль Клугер – "Млечный Путь, XXI век", No 2 (39), 2022 (страница 38)
Бомжи усаживаются на пол, пускают бутылку по кругу.
Присоединишься?
ТЕСЕЙ.
Нет, спасибо.
1-й БОМЖ.
Вольному - волю, первому - слава. Твое здоровье, мальчик (отпивает из бутылки).
2-й БОМЖ.
Первому - слава, последнему - цепи. Твое здоровье, мальчик (отпивает из бутылки).
3-й БОМЖ.
Последнему - цепи, а монстру - обед. Твое здоровье, мальчик (отпивает из бутылки).
Группа Бомжей погружается в темноту, некоторое время Тесей - один. Ритмичный плеск весел, звук флейты и барабана немного усиливается.
Входит Корабельщик.
КОРАБЕЛЬЩИК.
Не спишь, парень? А почему? Смотри, утро скоро, поспать не дадут. Сейчас - самое время.
ТЕСЕЙ.
Не хочу.
Корабельщик садится на веревочную лестницу. Скорее всего, ему надоело держать рулевое весло и, не отрываясь, смотреть вперед. Он передал руль помощнику и теперь не прочь поболтать, покачиваясь на лестнице, словно в гамаке.
КОРАБЕЛЬЩИК.
Сколько я таких перевез! Наверное, больше меня - разве что Харон.
ТЕСЕЙ.
Харон - перевозчик мертвых. А ты - живых, но приговоренных к жуткой смерти.
КОРАБЕЛЬЩИК.
Ах, да какая разница? Главное ведь одно и то же - никто назад не возвращается.
ТЕСЕЙ.
Никто?
КОРАБЕЛЬЩИК.
Никто и никогда. У меня уговор с царем Афин - Эгеем. Ежели кто-то уцелеет, то я, при возвращении, подниму на мачте белый парус. А если нет - черный. И знаешь, что я тебе скажу? По секрету, между нами? На моем корабле вообще нет белого паруса. Зачем он мне? Я ведь точно знаю - никто не возвращается. У Минотавра аппетит отличный, дай ему бог здоровья.
ТЕСЕЙ.
Здоровья? Ты желаешь здоровья этому кровожадному чудовищу?!
КОРАБЕЛЬЩИК.
Это он для тебя чудовище. И вот для них (кивает на спящих афинских юношей и девушек). А для меня - ничуть. Для меня он - благодетель.
ТЕСЕЙ.
Как так?
КОРАБЕЛЬЩИК.
А так. Вот ты сам рассуди: смог бы я выдать замуж трех дочерей, дать за каждой приданое? Смог бы я открыть меняльную лавку? То-то. За каждый рейд я получаю приличную плату. Причем, что интересно, от обоих царей. Минос мне платит за доставку продовольствия к Лабиринту - вас, стало быть. А Эгей платит за то, чтобы я вам обеспечил комфорт. Чтоб вы плыли не в душном и вонючем трюме, а на палубе, с ветерком. Ну, и авансом - за то, чтобы я поднял белый парус, в случае чего. Но это я уже говорил - такого не будет.
ТЕСЕЙ.
За что ж ты берешь аванс, если знаешь, что такого не будет?
КОРАБЕЛЬЩИК.
Все по-честному. Я предупредил Эгея, что вот лично я в такой исход не верю. Но он сказал: "Неважно. А вдруг?" И правда. Человек предполагает, а Мойра располагает. Мало ли - вдруг она вытащит счастливый жребий для кого-то? Или еще проще: вдруг Минотавр не захочет жрать человечину? Это вряд ли, конечно, человечье мясо ему очень даже по вкусу. Как-то, говорят, принесли ему говядину - и что же? Все растоптал ногами, да еще подавальщика убил и съел. Так что - вряд ли, конечно, но - а вдруг?
ТЕСЕЙ.
Понятно. И вот ради денег, ради богатства ты готов смириться с тем, что чудовищный людоед пожирает цвет Афин, и мало того - ты желаешь ему здоровья?!
КОРАБЕЛЬЩИК.
И ради денег тоже. Но не только.
(Торжественно, нараспев).
Спаситель наш, великий Минотавр,
Которого боятся все соседи.
Мы кормим Минотавра, но зато
Никто и никогда не нападет
На наше царство. Никогда. Никто.
Ты понял, парень? Он - спаситель наш.
Когда бы не боялись, в самом деле,
Афины ваши нашего быка,
давно б завоевали Крит прекрасный,
разграбили богатства и сожгли
дома, дворцы, амбары, мастерские.
А нас продали бы на рынках Финикии.
Ты понимаешь, юноша? Вот так.
(После паузы).
Скажи-ка, юноша, ты слышал о Тесее?
ТЕСЕЙ.
Слышал. А что?
КОРАБЕЛЬЩИК.
Болтают, будто он поклялся убить нашего защитника. Будто он - непобедимый воин и непревзойденный боец. И будто бы он собирается, если не в этом году, то уж на будущий год точно приплыть на Крит и задать жару Минотавру. Что там у вас говорят? Правда?
ТЕСЕЙ.
Такого не слыхал.