Даниэль Брэйн – Я — твои неприятности + Бонус (страница 9)

Плакала я минут двадцать, не меньше, закрыв лицо ладонями, все бормотала в свое оправдание, что я не специально, просто у меня все так. И чем больше стараюсь сделать правильно, тем хуже выходит. А еще я боюсь переспрашивать, чтобы не показаться глупой. Да что там переспрашивать, я и спрашивать боюсь. Например, когда пришла в первый день на работу, мне все казались такими умными и опытными, а я даже с офисной техникой никогда сама не работала. Так вот, вместо того чтобы спросить, как пользоваться, я все методом тыка изучала.

Да и здесь бы я не оказалась, если бы на Таню рявкнула и заставила все мне как есть рассказать. Тогда бы точно поймала ее на вранье, а она что — она мою особенность тихо невнятно мявкнуть давно изучила. И воспользовалась.

Голова от слез еще больше разболелась, пришлось выходить из убежища ладошек. Как оказалось, жаловалась я огурцам в банке. Вити в комнате, да и в доме, не было. Наверное, сразу ушел, не захотел нытье мое слушать.

Ни капли сострадания! Черствый сухарь!

С вселенской печалью навела порядок в доме. И, раз уж меня оставили одну, решила маску налепить, чтобы кожа перестала быть такой серой.

— Киса, пойдем по деревне гулять, а то нам твоего минимаркета косметики для существования явно недостаточно… твою мать! — рявкнул Витя. — Ты в курсе, что похожа на убийцу из фильма «Крик»? — явно переигрывая испуг, Витюша обмахивался панамкой бабы Гали, схватив ее с крючка прихожей.

— Невоспитанный хам! — в сердцах крикнула на него и убежала снова к зеркалу в спальне.

— А что, воспитанные хамы тоже бывают? — заржал Витя, но больше ко мне не лез, дождавшись, когда я приведу себя в порядок для променада по улочкам поселка.

— Пройдемся по всем домам, если вдруг у кого свои вещи заметишь, сразу не верещи, тихо мне скажи, — напутствовал меня Витя и неожиданно весело добавил: — Будет с тебя толк, Ленка, и обезьяну под водой курить можно научить! Считай, что ты моя стажерка!

— И стрелять научишь? — обрадовалась я, не знаю, как другим девчонкам, а мне всегда хотелось попробовать!

— Давай в полдень, когда самая жара будет, в лес подальше отойдем, — легко согласился Витя. — Лена, всем говори, что ты моя жена! — строго предупредил Витя.

— Это чтобы меня никто не обидел? — догадалась я и почему-то очень обрадовалась такому вранью.

— Нет. Хочу, чтобы тебе весь день было стыдно, что муж в грязной майке ходит! — развеял мои подозрения, что он обо мне беспокоится, Витюша.

Жители поселка радовали своим колоритом. Особенно дядя Вова-«Нах». Кличку он заслуженно получил, потому что к конце каждой своей фразы добавляет «нах». Вот прям во все. «Здорово, Степаныч, нах! Бабку мою не видел, нах?» И так во всем, но у него это настолько органично звучало, что спустя несколько минут разговора слух уже не резало.

Еще там была то ли ведунья, то ли знахарка какая. Витка ржал и просил ей дать мне настойку от неприятностей. Но женщина оказалась не робкого десятка и, увидев, как я поникла, насмешливо спросила у Вити:

— А тебе что, браток? Пьянки, удачи и лохов побогаче?

— Особенно тех, что этой ночью разбогатели! — разозлился Витька и меня от гадалки уволок.

Мы прошли часть поселка, но вещей не нашли. Не знаю, как определял Слон, что это не встретившиеся нам люди наши тряпки тиснули, я так каждого подозревала. Даже увидев в одном доме набор ножей как у нас, сразу Вите об этом доложила.

— Ты с собой кухонные ножи прихватила? — подозрительно округлил глаза на меня Витя, утащив меня под тень клена, и, нарушая мое личное пространство, допрашивал.

— Ой… нет. Просто такие же, — осознала я свой промах на радость Витеньке. — Я не киллер же! Они же все психи! А у меня справка есть!

Витька мое лицо ладонями обхватил и рассматривал, вроде как размышляя, сразу меня грохнуть или как жара спадет?

— Ленка, ты опять порядок забыла. Сначала думаешь, потом говоришь, — напомнил мне Витя медленно, чтобы дошло, и как будто не поверил про справку.

Но все равно гулять с ним было ужасно приятно. Особенно когда он улыбался или брал меня за руку, обходя домашний скот, пасущийся на улицах.

В местном магазине, купив нам перекус и себе всякие необходимые предметы гигиены, Витя потащил меня в лес, учить стрелять.

— Посмотрю на твои способности, а то вдруг ты зря в своем офисе людей нервируешь. Может, у тебя призвание!

Никакого призвания мне не выдавали, я вообще подозреваю, что когда я родилась, меня сильно недоукомплектовали. Но спорить не стала, наслаждаясь прохладой леса и слонячей фигурой, маячившей шагах в десяти и готовившей мне мишени.

— Ленка, патроны боевые, постарайся не застрелиться, я лопату не брал, — на полном серьезе попросил меня Витюша, добрая душа, и, встав за моей спиной, обхватил мои руки, вкладывая в них пистолет и поднимая.

Вот это прям райское блаженство, когда тебя обнимают крепкие мужские руки.

— Прицелиться нужно быстро, Киса, в твоем случае. На весу долго не сможешь держать ровно. Руки начнут дрожать. — Слон тихо говорил мне на ушко, и из-за этого мои руки начали дрожать заранее.

Время останавливается, а сердце наоборот начинает ускоренный бег. Он наклоняется еще ближе ко мне, и его дыхание щекочет щеку.

— Видишь цель? Киса, ты меня слышишь? М-м-м?

Слышу. Плохо, но слышу. А вот сказать ничего не могу! Во рту пересохло и голову от его близости кружит. Хорошо ему! Он уверенный в себе, дерзкий, и пусть от него веет опасностью, но он так ласково разговаривает со мной, что я расслабляюсь. Хотя понимаю, что это просто его уловка, чтобы соблазнить меня.

— Лена, давай, девочка. Тебе понравится. Немного адреналина нам не помешает.

Для чего не помешает? Я послушно поднимаю руки и навожу на мишень, как он говорит. Адреналина у меня и от него уже полно. Как только он фиксирует мои руки, сам тут же прижимается к моей спине, одной рукой притягивая меня за талию, а вторую оставляет на моем запястье.

— Стреляй, Киса, — снова тихо командует Витя, но его голос становится совсем хриплым, боже, у меня от него все тело в мурашках! Даже ноги! — Если промажешь, я тебя целую!

— А если попаду?

— То ты меня! — весело хмыкает хитрый Витенька и утыкается в мою шею, кажется, теряя интерес к уроку стрельбы совсем.

Я нажимаю на спусковой крючок, и тут же оружие пропадает из моих рук. Я не знаю, попала я или нет. Единственная мысль в этот момент, что в лес Витенька шел не для стрельбы. Слышу, как пистолет падает на землю, и тут же свободной рукой он разворачивает меня к себе, запуская вторую в волосы. Значит, я промазала, раз спешит тут же получить свою награду.

Витя задерживается в паре сантиметров от моего лица, заглядывая в глаза, и сразу опускает взгляд на губы. Мне моментально хочется их облизать, прикусить, не знаю, что за реакция такая, когда он на них смотрит, но я не успеваю. Губы Вити уже на моих, у меня небольшой опыт поцелуев, и все, с кем я целовалась, были мои ровесники, слюнявые и такие же неопытные, как я, ботаны. Поцелуй Вити совсем другой. Уверенный, умелый, и мне нравится все, что он делает своим напористым языком, нравится легкая шершавость его губ. И мне от него становится жарко, словно прохлада леса больше не спасает от солнца, от его тела и дыхания. От того, что это так волшебно — целоваться с ним в лесу, а вокруг только щебет птиц. Как в сказке.

— Ленка, ну чего ты? Расслабься, мы далеко ушли, — шепчет Витя и обе ладони опускает мне на задницу, притягивая к себе.

И до меня доходит, что это такой язык тела, он вжимается в мой живот своей ширинкой, и я догадываюсь, что у него там происходит и что он так мне говорит, что хочет со мной заняться этим прямо здесь. И пусть меня ругают все на свете, но я боюсь. Боюсь, что если сейчас откажу ему, он больше не захочет. А я ведь уже его выбрала для этой важной миссии и один раз уже его кинула. Возможно, это самый необдуманный мой поступок, но я тихо и уверенно говорю:

— Да, хорошо… хорошо.

Витя стискивает меня сильнее и снова целует, но уже не сдерживаясь, захватывает одной рукой мой затылок, впивается в губы. Поцелуй становится жарким, головокружительным, и у меня подкашиваются ноги от переполняющих чувств, и волнения там не больше, чем желания, так остро пронизывающего тело. Томление внизу живота мне, конечно, уже знакомо, думаю, все одинокие девушки в моем возрасте пробовали хоть какие-то ласки в ванной, и я не исключение. Вот только такого мощного и вытесняющего из головы посторонние мысли еще ни разу не возникало. Так сильно не слабели ноги, но до этого ко мне так откровенно не прижимался ни один мужчина. И, может быть, я ошибаюсь, но мне хотелось думать, что он так нетерпелив, потому что я ему очень нравлюсь как женщина. По крайней мере, его глаза стали другими, темными, манящими, и в них нет привычной насмешки.

Чувствую жесткие ладони на талии, на обнаженной коже, и моя футболка ползет вверх, Витя отстраняется, раздевая меня и рассматривая, бюстгальтер улетает вслед за футболкой, прятать грудь, наверное, глупо, но он мне и не дает, перехватывая мои запястья, его взгляд скользит по ключицам и останавливается на груди. Под его взглядом кожу словно озноб охватывает, соски некрасиво торчат, но ему это нравится, так что он тут же перемещает руки, сжимая в пальцах соски. Че-е-ерт! Это как рубильник запускает электричество по телу! С ума сойти!