Даниэль Брэйн – Ничего личного, просто развод (страница 7)

Были искры. Те самые, о которых все говорят. Без флирта, без двусмысленностей, без недвусмысленностей. Просто… беги, Форрест, беги. Еще быстрее.

– У меня много дел, – выдавила я, – мне пора. Рада, что смогла вам вернуть паспорт. Если вдруг захотите обратиться в полицию, мой номер вы записали, дам показания, хотя я не уверена, что опознаю воришку. Было темно и он сразу удрал.

Мои законопослушность и обостренное чувство справедливости подведут меня под монастырь. Я забрала рюкзак, повернулась, чтобы снять с вешалки куртку, и услышала в спину:

– Вы как будто не сказали мне что-то, Юлия.

Глава 8

Да какого черта? Раздражение поднялось до критической отметки, но я сдержалась – удивительно.

– Приятно было познакомиться, пусть повод был… не самый подходящий. Всего доброго.

Я покидала ресторан и чувствовала, как на меня пялятся все, от работников кухни до посетителей. И Басов, я была уверена, смотрит мне вслед, и вовсе не потому, что если я сегодня поищу эти проклятые видео, то увижу себя в главной роли.

Что это было? Вот оно: я только что узнала, что для мужа я пустое место. Мне казалось, что это выдумка – после расставания новая прическа, новое платье, новый мужчина, но нет, оказалось, что чистая правда. Пустоту потребовалось чем-то срочно заполнить.

Возможно, я сама того не заметила, но у меня в адрес Басова был заинтересованный взгляд? На мне отныне написано, что я обманутая жена? Без пяти минут разведенка? Я уже на выходе быстро посмотрела на себя в зеркало: вроде бы нет, ничего во мне не изменилось, но не верить же мне в эти флюиды взаимности? Да и была ли взаимность, о чем это я?

И уж, конечно, я не собираюсь менять прическу, да и на платья у меня денег нет. И на капризы и прихоти у меня просто нет времени.

День завертелся как беличье колесо. Я снова наведалась в фотосалон, распечатала квитанцию об оплате госпошлины, узнала, где ближайшая почта, сходила туда, вернулась к машине, открыла сайт объявлений.

Предложений по аренде квартир было множество. Такого я не ждала и сильно сузила поиск, и должно же мне было начать везти: вторые же апартаменты были в доме, где сдавались еще и офисные объекты, так что я кликнула по ссылке и убедилась, что отличная студия предлагается в неплохом жилом комплексе практически в центре города, а на втором этаже этого же здания – прекрасный офис в двадцать квадратов, с мебелью и всем необходимым.

Цена откровенно и бесстыже кусалась, но подарками судьбы негоже разбрасываться, и я позвонила агенту и назначила встречу вот прямо сейчас. Приехала даже раньше, припарковалась и скрепя сердце, пока не успела передумать, запросила у банка рефинансирование кредита.

Что Басов так и не прислал мне вознаграждение, я вспомнила, только когда банк дал согласие. Ура, я получила еще немного денег в свое распоряжение и много-много лет финансовой кабалы. Теперь я доведу свой развод до конца, даже если наступит апокалипсис, иначе мне придется продать себя в рабство.

Никому рабыня за семь миллионов не нужна?

Все мужики козлы, подумала я, разгоняя в себе редкое жлобство. Разница в степени их козлистости. Надо было договариваться с Володей, а хотя этот кадр был уверен, что я отбивала у карманника его кошелек с боем и матюками и все украденное присвоила себе. Куда ни кинь, всюду клин, и может, правда, что я утратила все обаяние? Вот и агент смотрит на меня как на источник дохода, ну что за срань!

Офис можно было снять хоть сегодня, а студию девушка освобождала лишь через неделю – она выходила замуж, и мы с агентом разминулись в дверях с взмыленным курьером, а посреди комнаты красовалось на манекене серебристое свадебное платье. Кто-то там наверху надо мной потешался, хлестал по щекам, изобретательно подсовывал испытания – я крепилась.

Я поздравила девушку, смею надеяться, искренне, осмотрела студию, отметила, что большего мне не требуется… Шкаф, кровать, небольшая кухонная зона, рабочий столик, удобный офисный стул. Заведу кота, вот в тот угол поставлю стойку, в ванную комнату – пластиковый лоток, и начало жизни сильной и независимой будет положено.

Пожелайте мне сорок кошек и доход, чтобы содержать без напряга эту ораву. Все эти традиционные «любовь до гроба» и «женское счастье» – вещи несколько ненадежные. Прах и пепел, дыра в душе.

Я подписала обе сделки, тут же, не тратя времени, перетащила из машины в офис технику и документы, постоянно оглядывалась на себя в зеркала, корча, пока никто не видит, все новые и новые рожи – от гордой и неприступной леди до женщины, готовой на все, и когда ждала лифт, что называется, нарвалась.

– Куда такая красивая девушка и одна? – плотоядно облизывая меня взглядом, спросил какой-то клерк, демонстративно хвастаясь новеньким телефоном.

Как там – бойтесь своих желаний?

– К следователю на допрос. А что, под конвоем было бы лучше?

Клерк побледнел, но не сдался. Это был пикапер со стажем, но двоечник.

– Да не может быть! – притворно всплеснул руками он, но я уже отказалась от платья, стрижки и какого-либо романа. Все, мироздание, я верю, что со мной все хорошо, это Марк козел, убедило.

– Вот и я говорю, что не может. А следователь заладил – ваши отпечатки на топоре, вы мужа убили…

А хороший способ отвязаться, надо запомнить.

И как замечательно, что люди юридически безграмотны.

День закончился поздним ужином. Деньги есть, гулять так гулять, а Басов та еще дрянь, причем я у него ничего не просила, он сам предложил! Я лопала нисуаз и размышляла, что я за человек, если после предательства мужа, на грани развода, я страдаю из-за того, что мне не выплатили обещанное вознаграждение, и прикидываю, как долго я протяну на имеющиеся у меня деньги.

Разбирая себя по косточкам, я воткнула машину на свободное место, скормила коту-охраннику заранее купленный в магазине паштет, обошла здание и толкнула новогоднюю дверь.

Девушка за стойкой, увидев меня, подскочила, и я решила, что вышла накладка с чемоданами. Но сегодня, если не считать Басова, у меня складывалось все так хорошо, что еще одна неприятность должна была мое везение уравновесить.

– Вы Юлия? – мне навстречу шла женщина. – Вы Юлия Самарина?

Я помотала головой, потому что не брала фамилию мужа. Женщина осмотрела меня с ног до головы, я – ее. Красивая, хотя немного замученная, и одета вроде бы дорого, но безвкусно и будто с чужого плеча. Клиентка? Не может быть, как бы она меня нашла?

– Что вы врете? – простонала она. – Я же вас видела! На фотографии. Мне Марк показывал. – Она ткнула мне в грудь наманикюренным пальцем, я успела отскочить – что-то это начинает входить у меня в привычку. – Вы с ним разводитесь? Вот и разводитесь. Только учтите, что у вас ничего не выйдет. Я вам клянусь, я вас в тюрьму посажу.

Глава 9

Мироздание, мне все предельно ясно. Однажды я в сердцах сказала: «Муж козел, детей нет, денег нет, все паршиво» – ты именно так и исполняешь. Это были не желания, это нытье. Я все уяснила, я исправлюсь.

Понимая, что дамочка не в себе и еще одно скандальное видео с моим участием за сегодня будет перебором, я указала ей в глубину лобби. Там под растением, смахивающим на всесезонную елку, радостно сияла гирлянда и было полутемно.

– Вы извините, что я вот так сразу, – сказала я, когда женщина заозиралась, прикидывая, куда сесть так, чтобы было, если что, удобнее вцепиться мне в волосы. – Как вас зовут, как вы меня нашли, кто вам сказал, что за намерение развестись сажают? Вы в следующий раз внимательно читайте, о какой стране написана статья, а лучше вообще не читайте ничего в интернете…

Женщина хлопнула наращенными ресницами и поджала губы, сразу став лет на десять старше. Это что, и меня так портит недовольная физиономия?

– Мне Лариса сказала, где вас искать, – морщась еще сильнее, произнесла она. – Я села в такси и сообщила водителю, что буду сопровождать ваши вещи. – Она подумала. – Я вам это рассказала, чтобы вы в полицию не пошли. Вам не поможет.

У меня зачесалась рука – то ли влепить себе самой фейспалм, то ли дать этой дуре по морде. Как ни странно, но я, поняв, что передо мной любовница мужа, причем беременная любовница мужа, не испытала к ней ничего, кроме равнодушной брезгливости.

– Откуда вы знаете Ларису?

Морщины на лице моей счастливой соперницы растеклись в надменное выражение, и выглядеть она стала еще старше.

– Я из «Кэпитал клининг». Я не один раз была у вас в доме, Юлия! Я вывозила ваше дерьмо, чистила и переглаживала ваши понтовые шмотки. Больше того, ребенка я зачала в вашей кровати…

Я слушала ее монолог – с плохо скрываемыми торжеством и злорадством – и думала о том, что ощущаю я. Ненависть? Злобу? Отчаяние? Пустоту? Казалось, то, что я узнала только что, должно меня прикончить, но нет, я получила ответ и он сделал меня сильнее.

Марк спутался с сотрудницей клининговой компании. Это пока я бегала по судам и разводила клиентов. В какой же момент Марк оказался дома, а я – нет? Да в любой, если эта безымянная до сих пор… стерва задержалась, Марк приехал, а я, как это часто бывало, встречалась с клиентом после его работы.

Вот почему Марк так уверенно заявлял, что заплатит этой женщине копейки. Вот почему он был убежден, что уговорит ее отказаться от ребенка. Он посчитал, что любовницу при ее уровне жизни устроит то, что он распланировал, но вот ее собственные амбиции не учел.