Даниэль Брэйн – Мой муж — чудовище (страница 5)

– Я не понимаю, – вырвалось у меня. Я и в самом деле терялась в догадках.

То, что он отсылал меня, было крайне плохим знаком.

Со дня свадьбы прошла всего лишь неделя. То, что молодая жена покидает дом мужа, означает одно, и хотя я прекрасно знала, как истолкуют происходящее, спросить прямо я не решалась и теребила косу, а лорд Вейтворт молчал и не желал отвечать на мои полунамеки.

– Милорд, – я набрала в грудь побольше воздуха, – вы говорили, что здесь безопасно, я…

– Здесь небезопасно, миледи, и вам надо уехать. Желательно засветло, а темнеет сейчас рано. Что-то еще?

Он повернулся ко мне, и какое-то время мы оба стояли, смотря друг другу в глаза. Из-за того, что свет из окна падал ему на спину, лицо лорда Вейтворта было в тени и взгляд его не так пугал меня, как ночью, но, может, дело было и в том, что все казалось иначе при свете дня.

Я обязана была сказать что-то в свою защиту.

– Вы покроете меня бесчестьем, милорд.

– Это лучше, чем покрыть ваш растерзанный труп погребальным саваном, – отрезал он и резким жестом указал мне на дверь. – Идите собирайтесь и поторопите вашу горничную.

Это человек уничтожал меня, даже не думая о последствиях. Из дома выгоняют только жену, которая опозорила себя или мужа, и путь у нее после этого один – в убежище Ясных, замаливать грех. Что бы ни случилось, я не уеду отсюда, решила я. Но мне не обязательно не соглашаться и спорить.

Алоиз и поварята вели себя вроде бы как обычно, но что я знала о том, как они себя обычно ведут? Летисия была напугана, мой муж… он показался мне растерянным. Не таким надменным и бездушным, как ночью, словно день смыл с него все нечеловеческое. Он так и не подошел ко мне, даже не угрожал, просто стоял и смотрел, и его нетерпение испепеляло.

Я вышла из кабинета и направилась в малую столовую, твердо решив сначала позавтракать, но там было пусто. Летисия наверняка знала, что нам придется уехать. Не успела сказать мне, или не захотела, или получила приказ молчать, или, может быть, ей было дано распоряжение держать меня в комнате. Или она боялась сама, вне зависимости от страхов, владеющих моим мужем.

– Я голодна, – сказала я, заходя в свою комнату. Летисии не было, я вспомнила, что она должна отнести моему мужу рубашку, и тем не менее на столике уже стоял завтрак. Кто же его принес? Поварятам входить в мою комнату не разрешалось. Для этого дня сделали исключение или Летисия принесла мне поднос сама?

Но это был не тот насущный вопрос, который меня тревожил, хотя я и правда очень хотела есть. И поэтому я набросилась на еду так, как не подобает леди – едва не давясь вкуснейшими булочками, тонко нарезанной ветчиной и запеченным яблоком со взбитыми сливками и перечно-соленой карамелью.

Алоиз был искуснейшим из поваров, бесспорно.

И все это время я старалась не смотреть на пятно. Оно было, как я ни избегала его взглядом, и едва я вошла, я прекрасно его увидела. Может быть, это пятно было причиной того, что лорд Вейтворт практически обрекал меня на заточение в убежище Ясных созданий, потому что… потому что принять меня обратно после такого он просто не мог. Либо жена опозорена и наказана, либо муж опозорен и с этим смирился. Здесь, в глуши, вряд ли кто-то обратил бы внимание на мой отъезд настолько, чтобы не подать лорду Вейтворту больше руки, но он был лордом-рыцарем, и если бы этот поступок стал известен хоть кому-нибудь при дворе…

Что жены бывали неверны до брака, я знала. Не до такой степени я была наивна и несведуща в свои неполные двадцать два года. И поступали с ними по-разному, но чаще всего оставляли позор за дверями спальни. Так было проще для всех.

Я не была ни в чем виновата, если не считать того, что вышла замуж за человека, на землях которого нашли подозрительное мертвое тело. Но несмотря на весь ужас того, что меня ожидало, мне не хотелось даже рыдать. Я тоже вела себя очень странно – не так, как могла бы сама от себя ожидать, так почему же меня смущает поведение остальных в этом доме?

– Миледи?

Чтобы окончательно представить себя не леди, я повернулась и с удовольствием увидела, как в ужасе отшатнулась от меня, довольно облизывающей пальцы, моя чопорная горничная. Насколько ей происхождение позволяло, конечно, быть чопорной, но мне удалось немного сбить с нее спесь.

– Вот это пятно, Летисия.

– Да, миледи. Я видела. Оно не только у вас… Умоляю, не говорите его милости, он сживет меня со свету, если узнает, что я проговорилась вам. Эти пятна по всему дому. Не то чтобы их было много, но их видели все, все… Если бы я знала, заперла бы свою комнату и вам велела бы запереть, миледи, я…

– Летисия, – сказала я очень спокойно. Чего ждать от других, раз сама себя удивляешь раз за разом? – Моя комната была заперта изнутри в эту ночь.

Глава пятая

Побелев как полотно, Летисия отшатнулась. Конечно, ее напугала не я, а сам факт, может, еще и мое спокойствие. И я находила объяснения тому, откуда могло взяться пятно.

Кто-то мог невзлюбить меня до такой степени, что не побоялся воспользоваться ситуацией. Полиция считает, что это оборотень? Напугаем приезжую дурочку, которую никто здесь не ждал, и заставим лорда Вейтворта сделать так, что она навсегда исчезнет. После того, как он отошлет ее в безопасное место – подвергнет себя возможному позору, если примет ее обратно под крышу своего дома. Почему бы не дать ему шанс?

Но кто меня мог невзлюбить, я не знала. Допускала, что муж мог иметь любовницу – родственницу любого из слуг, живущих здесь… Все равно мое предположение звучало неправдоподобно. Лорды не женятся на простолюдинках – никогда.

Возможность накапать кровью была. Есть, в конце концов, кухня, есть скотный двор. Никто не проверит, человеческая ли кровь, это ведь невозможно.

И комната моя была заперта.

– Это чья-то шутка, Летисия. Я никуда не поеду.

– Я понимаю, миледи, – быстро заговорила она. – О, я понимаю, но…

– И кто сказал, что я буду в безопасности в другом месте.

– Его милость приказал вам уехать, – почти простонала Летисия. – Он не мог не подумать о том, как это истолкуют, но он хочет как лучше.

– Или нет, – заметила я.

Что же мне делать?

Я отошла и села на кровать. Летисия отмерла наконец, позволила себе съесть оставшуюся булочку, вытерла руки небольшой салфеточкой – наверное, как укор мне: вот что подобает сделать после завтрака леди, – и стала собирать мои вещи. Я наблюдала за ней и поняла все не сразу.

– Зачем ты берешь столько вещей? – спросила я, когда увидела, что Летисия накидала на кровать рядом со мной кучу платьев и, пыхтя, выдвигает из стенной ниши огромный сундук. – О…

Жена приходит в дом мужа, почти ничего не имея. Если она покидает дом мужа с вещами, которые приобрела в браке, никто не решит, что муж ее выгнал.

Особенно если заставить кого-нибудь посмотреть на этот огромный багаж.

– Милорд приказал собрать вас как положено, – ответила Летисия. – Он несколько раз повторил мне приказ, миледи, как будто я кажусь дурочкой. Да что я, не понимаю, как следует вас отправить? И он понимает.

Да, отстраненно подумала я. Мне хочется выглядеть умной в своих собственных глазах, но я не могу догадаться об очевидных вещах.

Я поднялась и начала сворачивать платья. До этого момента у меня не было даже желания их рассмотреть, а сейчас, аккуратно складывая их, я отметила, что Летисия достала всю мою зимнюю одежду – и видят Ясные, та была превосходна! Тонкие ткани, отличный пошив, изысканная отделка. С меня снимали мерки перед свадьбой, как полагается, но я не мечтала о подобном изобилии. Лорд Вейтворт был, несомненно, богат, возможно, даже богаче, чем я о нем думала.

Следом за платьями я занялась бельем. Я привыкла донашивать все за сестрами, даже рубашки и белье, но чаще – за мачехой, потому что мы были одинакового телосложения. Вот только семья не могла похвастать богатством, и прежде чем надевать рубашку, мне приходилось ее зашивать. Сейчас все вещи у меня были новыми.

Так чем же мне придется заплатить за свой удачный брак?

– Летисия, – не выдержала я, – мой муж не похож на мужей моих сестер, правда?

Ее удивил мой вопрос, так что она чуть не выронила шкатулку – в ней было всего два украшения, но раньше я не имела и этого, – а потом повернулась ко мне и нахмурилась.

– Вы живете в своем доме, миледи, в теплой комнате, у вас много одежды и вкусной еды, вам не приходится ухаживать за тремя малолетними детьми, как леди Эмилии, или зашивать камзол мужа, как леди Элизабет. В отличие от леди Джулии я не вижу на вас синяков от побоев, – сказала Летисия. Она успела подойти к туалетному столику и убрать в шкатулку мою диадему, и мне показалось, она специально тянула время, чтобы хорошенько обдумать свои слова, прежде чем мне ответить.

– Он молод, хорош собой, крепок здоровьем, иначе бы не был лордом-рыцарем, и по этой же причине, наверное, очень неглуп, – заметила я. – Но я спрашиваю тебя не об этом.

– Что еще желать леди? – пожала плечами Летисия. – Внимания? Уверяю, он не привык к вам так же, как вы к нему. Пройдет время, и вы все получите.

– Что может быть с ним не так?

Летисия в сердцах бросила шкатулку в сундук поверх нарядов, подхватила лежащие рядом ночные платья и принялась их быстро сворачивать.

– Меньше думайте об этом, миледи, вот мой вам совет. Я вдова, насмотрелась на всякое в этой жизни. На сестер ваших, на мачеху, да и прочих. Ищете добра от добра. – Она опять швырнула платья в сундук – ее явно этот разговор расстраивал. – Давайте я вас переодену, не надо медлить, темнеет рано.