Дана Стар – Тайная дочь президента (litres) (страница 13)
– Что, напугала? Хочешь обратно на вокзал?
– Нет. Я справлюсь.
Тётя подошла ко мне и внезапно обняла.
– Я не хочу, чтобы с тобой что-то нехорошее случилось. Обещай, что будешь тише мыши? Будешь работать, когда хозяина рядом не будет, не мельтешить перед его глазами. Я правда не хочу, чтобы он положил на тебя глаз…
– Обещаю.
Тётя вздыхает.
– Наверно всё же зря я тебя сюда позвала. Это был спонтанный поступок, пойти к главному, и… – она вдруг сделала паузу, побледнела. – Замолвить за тебя слово.
– Нет! Мои предыдущие работы были в разы хуже, поверь.
Я работала в баре уборщицей. Во время потасовки, меня едва не пырнули ножом. Только слегка поцарапали – я чудом успела увернуться.
– Ладно, Поля, тогда иди работай. Хотя бы временно. Пока не подыщем для тебя что-то другое. Безопасное…
Безопасное?
Что она имела в виду?
Неужели в доме Власова действительно хуже, чем в том замызганном байкерском баре, в котором на меня за вечер два раза напали?
Первый рабочий день идёт неплохо. Я хорошо справляюсь с поставленными целями. Мебель блестит, на окружающих предметах ни пылинки! Я пока только с холлом справилась и с гостиной, впереди ещё куча дел, потому что комнат здесь не счесть. Вообще можно запутаться в коридорах современного замка, с первого раза, где что находится, запомнить невозможно.
Холл вообще как музей. Здесь высоченные потолки, а под ними хрустальные люстры. Белая, широкая лестница, застеленная красным ковром, царская фурнитура из натуральной кожи и редких сортов дерева, резные часы в самом центре хором – до чего же богатый, раритетный интерьер. Вкус у чиновника нескромный. Страшно к вещам прикасаться, когда вытираешь пыль, потому что ты понимаешь, что они стоят дороже твоей жизни.
Я уже немного успела познакомиться с другими девушками, они отнеслись ко мне нейтрально. Как я поняла, из-за того, что у них большая текучка, новые лица в коллективе персонала – обычное дело.
По телу пробежал опасный холодок. Тётя говорила со мной такими загадками, таким нагнетающим тоном, как говорят в фильме ужасов. Может поэтому отток прислуги не спроста? Неужели тут обращаются с персоналом как в жутком средневековье? А это вообще законно в наше время?
Перестань, Поля, хватит себя накручивать! По крайне мере, девочки хоть и безрадостными выглядели на лицо, но ни о чем таком не говорили. Ни синяков, ни ссадин на лице, руках я не увидела.
Поменьше нужно было книг читать в детстве и юности. А я этим грешила! Через дорогу от детского дома была библиотека, мне разрешали её посещать. Мне кажется, я прочитала там все книги, до единой. А некоторые по второму, даже по третьему разу – самые любимые.
Я протирала картину под лестницей, как вдруг увидела объёмную тень – кто-то спустился по лестнице, направляясь в сторону обеденной залы.
Шаги были важными, неторопливыми. А воздух напитался шлейфом мужских духов. Тяжёлых, игристых. У меня в миг закружилась голова. Быстро спряталась за лестницей, потому что догадалась, что это может быть Власов собственной персоной.
Он благополучно прошёл мимо меня и скрылся в дверях обеденной залы. Закончив здесь, я направилась в другие комнаты. Спустя минут двадцать, примерно, вернулась за тележкой, которую оставила под лестницей, как вдруг услышала галдёж девушек-прислужниц.
Выглянула из-за угла, увидев небольшую группу девушек в такой же форме, как и у меня, столпившуюся возле дверей обеденной залы. Они о чём-то яро спорили. У кого-то были красные лица, у кого-то белее бумаги. Направилась к ним, чтобы полюбопытствовать, в чем дело?
– Что такое? Ты чего вся трясешься? – паникует высокая брюнетка, приобняв свою подругу – рыжеволосую, хрупкую девушку, примерно моего возраста.
– Да там этот… явился вчера… сынок хозяйский! Урод самый настоящий! То слишком горячее блюдо подали, то холодное. То не солёное ему, то не острое!
– То тарелка недостаточно красивая!
– То ложка золотая недостаточно блестит!
Подхватили другие коллеги по несчастью.
– Да уж точно, ещё один царёк на наши головы свалился, давно его здесь не видели…
– Из Европы пожаловало Его святейшество, – брюнетка присела в реверансе. – Слышала, только учёбу закончил, притащил очередной красный диплом, чтобы перед папенькой похвастаться.
– Сколько там у Его святейшества уже дипломов?
– Ой, больно мне это надо! Это ж понты богатых! Сначала университет в Эмиратах закончил, потом Стэнфорд, и вот Кембридж, я так полагаю. При том, что уже успешно управляет заграничным филиалом нефтяной компании, которым ему отец дал поиграться.
– А я вообще слышала, что Владимир в десять лет школу закончил. В двенадцать в МГУ поступил, потом уже по заграницам…
Не верю в то, что слышу.
Он что вундеркиндом был?
Что это там за персона такая важная, которую они обсуждают?
– Ага, представляете, к нему с года уже начали на «вы» обращаться няньки и преподаватели, вот смехота. Владимир Николаевич, на горшок не желаете сходить? – покривлялась служанка. – Пхааа! Не поймёшь этих богатых! Двинутые какие-то!
– Ты сумасшедшая? Потише говори, услышат – язык отрежут.
Девчонка быстро рот ладошкой накрыла.
– Здравствуйте… что случилось? – решила подойти к воркушкам ближе.
– О, и тебе привет, новенькая! Да вот сынка хозяйского обсуждаем, который вернулся из-за границы на днях. Демон он невыносимый! Ирод бездушный! Тошнит уже всех от его высокомерия! Бывают же люди, слушай…
– Надеюсь, очень скоро опять в свой Лондон свалит или в Абу-Даби, где он там новый бизнес промышляет. А то мы для него не люди, а рабы без чувств! Скот бездушный!
– Хватит уже трындеть! Монстр ждёт! Решайте же кто пойдёт, быстрей!!! – запаниковала одна из служанок. Мне показалось, она сейчас упадёт в обморок.
Голова разболелась от их шума, я поняла, что этот конфликт никогда не кончится. Девушки так и не решили, кто подаст сынку Власова блюдо. Передавали его из рук в руки, как пиликающую бомбу с таймером, а до взрыва осталось десять секунд!
– Не пойду! Я уже была там! В том пекле! Очередь Кати!
– Он меня вообще не выносит из-за моей короткой стрижки. Мальчиком обзывает, сказал, уволит, если ещё раз на глаза попадусь.
– А я для него слишком толстая, видите ли! Его бесят полные люди!
– Хватит, девушки! – я не выдержала, выхватив поднос. Иначе они доспорятся, что опрокинут, тогда влетит всем. – Успокойтесь. Я… Я пойду!
Повисла пауза.
Судя по лицам, они восхитились моей смелостью, пропуская вперёд. Взяв поднос, поправив на себе косынку, я толкнула дверь обеденной залы и вошла.
Ну посмотрим, что там у нас за Царёк такой.
Глава 7
Вошла и на пару секунд застыла. В глаза моментально бросилась мощная спина с широким разворотом плеч, которая показалась мне знакомой. И затылок, со смоляными, волосами средней длины, которые сейчас были уложены в стильную причёску.
В зале больше не было никого. Только он… Величественно восседающий за огромным десятиметровым столом, застеленным белой скатертью, тоже в белом.
Стол накрыли только и специально для него. Чем ближе я подходила, тем больше мне казалось, что мы уже где-то встречались. И вот, оказавшись в двух шагах от мужчины, я застыла как льдинка, а мои внутренности скрутило в жгут. Я начала понимать, что Владимир Власов, о котором сплетничали девочки, которого так не переносили, но больше, судя по всему, боялись, и был тот горячий «Робинзон» у бассейна.
Которого я поцеловала, а потом столкнула с бортика в воду.
– Ползёшь как черепаха! Прикажу садовнику, чтобы одуванчиков тебе нарвал на ужин, раз ты у нас черепаха. За свою медлительность нормальной еды сегодня не получишь!
Услышала его низкий, наполненный холодом голос, почувствовала, как пульс забился до предела.
Он был похож на шум океанских волн во время шторма, которые безжалостно разбивали берега и топили корабли.
Я еле-еле сдержалась. Но руки так чесались, так чесались, чтобы долбануть этого монстра отвратительного подносом по затылку, а потом жаркое ему на голову вылить, так, чтобы овощи тушёные на ушах повисли!
Вот уж хам.
Девочки были правы.
Исчадие ада прибыло!
Только благодаря словам тёти, которые я постоянно прокручивала в голове, я представила себя куском закалённой стали, которую невозможно было ничем пробить, особенно гадкими, насмешливыми словами, и сдержалась.
С подноса сняла тарелку и перед ним с грохотом поставила, не поднимая глаз выше уровня локтя.