Дана Стар – Отдана в долг (страница 5)
До потемнения перед глазами!
Он нажал пальцем на клитор и толкнулся языком глубже, сделав это одновременно.
Я опять издала хриплый стон, в этот раз выгнулась вообще дугой, прикусив нижнюю губу. До крови…
Демьян начал медленно, но властно, слизывать мою влагу. Погрузил указательный палец в лоно, вместе с ним скользнул языком, усиливая сумасшествие, скрутившее меня будто в жгут.
– Раскрой мне свой секрет, девочка.
– А-а-а-х! – я не могу говорить. Могу лишь мычать и стонать.
Меня рвет на части, сжигает заживо!
Я такого безумия ещё не испытывала никогда.
И вообще не знала, что такое возможно!
– Скажи это! Ты кончала когда-нибудь?!
– Нет… Никогда! Я ещё никогда не кончала…
– Чистая, ждала только меня?
Быстро-быстро закивала, сжав ягодицы, ведь он снова и снова вбивал в меня язык, а затем отстранялся, когда я начала чувствовать напирающие спазмы.
Когда мои стеночки лона сжимались до боли, каменели, словно намеревались лопнуть, но мужчина останавливался, как будто за что-то наказывал.
Он пытал меня.
Восхитительный мерзавец!
Так жестоко даже в тюрьмах не пытают…
Я хотела уже выругаться на него, ведь было уже слишком мучительно теперь эти сладкие муки, но возбуждение, похоже, превратило Алаева в зверя.
Без предупреждения, он просто набросился на меня сверху, одним рывком перевернул меня животом на матрас, поставив на четвереньки. Коленом растолкал ноги шире, надавил на поясницу.
– Прогнись, попу на меня оттопырь. Покрути ей немножко. Соблазни…
Я попыталась это сделать, но мои щеки ужасно сильно горели.
Подвигала тазом, повиляла попкой. Делала, как умела. Действовала чисто по наитию, ломая в себе стыд и робкость. Я до сих пор просто внушала себе, что всё, что со мной происходит – просто сон.
Глянув через плечо, я замечаю, что Демьян подготавливает свой член. Он усердно работает по нему рукой, стимулируя эрекцию. Смачивает его слюной, разминая перед стартом. Что-то внутри меня кричит, что нас ждет очень долгий и выматывающий секс-марафон.
Я слышу влажные шлепки его члена в ладонь и у меня внутри всё замирает.
Сердце пропускает удар… Когда его сочная и влажная головка прижимается к моей заднице.
Проводит ею вниз по ложбинке, нагоняя волнение.
Я вся сжимаюсь, выпуская рваный вздох из горла.
– Всё ещё ужасно мокрая! – радуется Алаев с довольной смешинкой в грозном голосе. – Потрись о него сама.
Я трусь, виляя попкой, будто сама подзываю его в меня войти, тем самым ещё больше возбуждаю и распаляю желание голодного зверя.
Мучительные волны жара сжимают низ живота так сильно, что хочется скулить от боли ожидания. Я готова душу собственную отдать за то, чтобы немедленно унять эту чертову боль…
Дальше происходило то, чего я никак не ожидала!
Демьян добавляет перчинки в наш акт. Он хлестко бьет меня по ягодице, заставляя вскрикнуть! И быстро впивается пальцами в бедра, оставляя отметины.
Сжимает сильно, тянет на себя.
Головка полового гиганта очень плотно прижимается к влажной, узкой дырочке.
Я задерживаю дыхания, понимая, что сейчас это случится.
– Теперь настала очередь лишить тебя девственности.
Под сдавленный стон Алаев делает первый, глубокий толчок…
Глава 3
– Аврора, это правда ты? Ты так неотразима…
Оборачиваюсь и вижу улыбающегося папу. Он смотрит на меня с восторгом и широкой улыбкой на добродушном лице, а я стою напротив зеркала и любуюсь своим новым образом, созданным для сегодняшнего незабываемого и такого волнительного вечера.
– Ты очень сильно похожа на свою мать.
Поправляя бабочку на шее, папа подходит ближе. Его глаза буквально искрятся от радости, в то время как на моих щеках вспыхивает лёгкий румянец.
– Аврора немного нервничает, сегодня у неё состоится первый серьёзный выход в свет, – торжественно произносит мама, показываясь из-за моей спины.
Счастливая, она помогает мне справиться с платьем, а затем, осторожно перебросив мои пышные кудри волос на левое плечо, надевает на мою шею тонкую золотую цепочку с небольшой подвеской из небесно-синего сапфира.
– Спасибо, мама.
– Идеально к твоим глазам подходит. Что платье, что подвеска, – нежно целует в щеку. Мне кажется, что она сейчас расплачется.
Ведь её любимая принцесса стала взрослой…
Я сделала ещё один поворот вокруг своей оси – шёлковая ткань дорогого, вечернего наряда с легкостью взметнулась в воздух, заиграв на свету пышными, иссиня-тёмными волнами. Почти как океан.
Это платье мы шили на заказ у французского дизайнера, специально для сегодняшнего вечера. Безупречное в своей простоте и женственности платье из легкого струящегося шелка сделает меня особенной. Шикарный разрез по ножке распахивается при ходьбе, изысканный запах по груди подчёркивает линию декольте, а широкий съемный пояс выделяет талию. Я чувствую себя почти Золушкой, которая готовится отправится на бал. Правда современной.
– Вот только не слишком ли откровенно? Эти обнажённые плечи? И разрез…
– О, перестань, Артур, – мама махнула рукой, – нашей старшей дочке уже исполнилось восемнадцать, она не монашка в конце концов. Пора бы уже и о кавалере задуматься. К тому же современная светская мода диктует свои правила, мы не можем ей не подчиниться, иначе нашу семью посчитают старомодной, что негативно отразится на нашей репутации.
На слове «кавалер» я ещё гуще раскраснелась.
– Да уж, не то слово, как дети быстро растут! – усмехается отец. Его мягкая ладонь опускается на мою щеку, ласково поглаживая. Сколько же тепла прячется в этих добрых, насыщенно-синих глазах. – Как будто только вчера сам лично вынес тебя на руках из роддома, завёрнутую в крохотное одеяльце. Ты была как две мои ладони. Чисто куколка!
У моего отца очень добрые глаза и мягкие черты лица, несмотря на его волевой характер. Друзья и знакомые говорят, что красотой я пошла в маму, а вот глазами… в папу. Я взяла всё самое лучшее от своих родителей. Я сейчас говорю не только о внешности, но и о характере конечно же тоже.
– Спасибо, папа, это так трогательно. Спасибо вам, что заботитесь обо мне и о сестре, даёте нам всё самое лучшее.
– Моя маленькая, я хочу, чтобы ты всегда была счастлива!
Отец протягивает вперёд руку, я замечаю, как в ней что-то блеснуло. Понимаю, что папа бережно крепит мне на платье, на область сердца, золотую ажурную брошь в виде цветка, с редким драгоценным камнем в самом его центре. Тоже сапфир.
Я догадываюсь, что брошь и подвеска – из одного комплекта.
Оба родителя сделали мне подарок.
Они и без того часто балуют нас с Таей подарками, но в этот раз я на каком-то душевном уровне почувствовала, что эти подарки станут для меня самыми ценными из всех, которые они дарили прежде.
– Это подарок, от нас с мамой, – произносит он, вкладывая в эти слова всю свою любовь, после чего коротко целует в лоб.
Они меня балуют! Даже неловко становится. Недавно вот машину подарили, а теперь дорогостоящую брошь и подвеску.
Мы все втроём крепко-крепко обнимаемся. Я благодарю бога за то, что он подарил мне такую идеальную семью. Мне очень повезло родиться в семье Миляевых и гордо носить эту фамилию.
– Это бабушкина. Семейная реликвия, так сказать. Ты подаришь её своей дочке… В будущем, – поясняет мама.