Дана Мюллер-Браун – Падшее королевство. Свет в твоей душе (страница 15)

Темные тени текут у меня по венам прямо в сердце, и в нем опять становится немного темнее. Но это не я. Не я.

– Твой свет сильнее, Навиен. Я в этом уверен. Иначе я бы тебе всего этого не рассказал.

– Но могу ли я что-нибудь изменить?

– Что ж, ты можешь стать правителем светлой страны.

Он улыбается. Наверное, чтобы подбодрить меня. Хотя здесь наверняка есть и другой подтекст. Но я тут же говорю себе, что так думать наивно.

В конце концов, зачем Лирану нужны сведения о том, как попасть в мир света? Конечно, не для чего-то хорошего. И чтобы их получить, он использует меня. Почему бы и нет? Как-никак, я – предвестница зла. Наступления апокалипсиса. Если только я не повернусь лицом к свету. Но как? Во мне все больше и больше преобладает тьма. И просто бороться с ней будет недостаточно. Ведь пророчества – это только сообщения о том, что можно предвидеть, но и изменить их тоже можно. Ни одно из этих предсказаний может на самом деле не сбыться. Ни хорошее, ни плохое.

– Наверное, экскурсию по замку мы устроим завтра, – тихо произносит Марви, протягивая мне книгу, которая все это время лежала на столе, но я не замечала ее. Или он скрывал ее от меня своей магией.

Это апокриф в золотом переплете с чудесными украшениями. На нем что-то написано на незнакомом языке. Но постепенно из надписи складывается слово. Нет. Имя. Марви. Вот почему он скрывал эту книгу. Потому что никто не должен узнать его имя.

– То, что касается тебя, ты найдешь на странице триста шестьдесят семь. – С этими словами он встает и выходит из комнаты.

Внезапно треск поленьев кажется мне оглушительным. Почему они так долго скрывали все это от меня? Боялись, что тогда мною полностью завладеет моя темная демоническая сторона? Но разве на самом деле речь не шла лишь о том, чтобы освободить героев и свергнуть князей?

Почему вдруг мир света становится для них важен, и почему они хотят, чтобы подземный мир пробудился? Или они этого, наоборот, не хотят… И поэтому скрывали от меня все? Да. Наверняка так и есть. Конечно, они хотят, чтобы я обратилась к свету.

Очень медленно я кладу пальцы на переплет. Глажу выбитое на нем имя Марви, прикрываю глаза, а потом решаюсь и открываю их и книгу.

Я смотрю на страницу, сосредоточиваюсь на буквах. Они начинают двигаться, и я понимаю написанное.

На мне лежит проклятие. Сначала это был мой отец, который впал в немилость и бросил меня. И вот уже несколько дней я чувствую связь с моим вторым «я». Она становится все сильнее и сильнее. И не дает мне покоя. Я вижу образы. То, что еще не произошло. Я чувствую ее боль. Ее беспокойный дух. Я так хотел бы освободить ее от этой боли. Но дело не только в этом. Ее страдания связаны с темнотой, и это может означать только одно. Она – порождение подземного мира. Демон. Полный греха еще до своего рождения.

Я глубоко вздыхаю. На глаза наворачиваются слезы. Он очень точно все описал. Это очень больно.

Но этот грех существует только у нее в голове. Он разъедает ее изнутри. При этом в ней есть нечто большее. Она – создание света. Так же как и я. Нет, не как я, а как мой отец и другие падшие ангелы. В них существует не только зло.

У меня перехватывает дыхание, потому что эти слова напоминают мне историю, которую я когда-то прочитала в апокрифах. О демонах, которые были ангелами и продолжали нести в себе добро, несмотря на свое падение.

Я рассказывала об этом Лирану, назвав это своей любимой историей. Ее тоже написал Марви? Получается, наши судьбы действительно так тесно связаны?

Серра говорит, чтобы я не искал способ избавить ее от боли. Но она не понимает. У нее никогда не будет второго «я». Она не может чувствовать то, что чувствую я к этому существу. Кроме того, внезапно я ощутил это пророчество. Я еще никому о нем не говорил, хотя должен сообщать обо всех пророчествах, которые я получаю благодаря светлой магии.

Родившийся первым второго спасет. Их души едины, их боль не убьет. Смерть будет искать тебя, но не найдет. Правление света тебя уже ждет. Родившийся первым избранником стал. Избравший навеки с ним сердце связал. И примет он тени его на себя, Ему лишь сиянье оставит любя.

У меня в легких словно разгорается огонь. Я понимаю, что под этим подразумевает Марви; осознаю, что это значит. Я могу изменить свою судьбу. Но только если он примет на себя мою тьму.

Именно так говорится в этом пророчестве. «И примет он тени его на себя». У меня становится тяжело на сердце. Так вот чего хочет Марви? Вот почему он хотел, чтобы я оказалась здесь, для этого? Чтобы взять на себя мои тени?

Но что они с ним сделают? Он – существо света. Он не сможет нести эти тени вместо меня. Я сжимаю губы и продолжаю читать в надежде, что дальше он может объяснять все это как-то иначе.

Я уже сейчас чувствую, что ее свет может спасти меня, но может и поглотить. Что я в нем утону, а в ней больше не останется никакой тьмы. И странно, что этот образ кажется таким прекрасным. Хотя это означает, что я собираюсь отдаться тьме, теням. Так же, как и мой отец. Может быть, это у меня в крови. Может быть, поэтому она и является моей противоположностью. И, может быть, когда-нибудь мне удастся сделать ее противоположностью себя. Чтобы она осталась жить… и чтобы выжил мир света. Это мое задание. Это то, что говорит мне пророчество. Но там есть и другой вариант. Другое решение. Ее свет может перейти ко мне и стать моим, я заберу его у нее. Но этого я не допущу.

После этих слов у меня пропадает всякая надежда. Я начинаю думать. Мне придется принимать решение раньше, чем я рассчитывала. Должна ли я продолжать за ним шпионить? Или этим я подтолкну себя к пропасти? Может, мне нужно его предать, чтобы ему никогда не пришлось брать на себя мою тьму?

Только я собираюсь закрыть книгу, как мой взгляд падает на последние страницы. Они пусты, и я ищу последнюю запись. Когда я понимаю, что это будут уже другие заметки, я на какой-то момент замираю в нерешительности. Да, он сам дал мне книгу, но не говорил, что я могу прочитать все. Решившись, я продолжаю листать, пока не вижу слова «подземный мир».

Подземный мир содрогается. Я знаю, что это значит, но не могу испытывать радости. Я чувствую ее. Ее свет пробудился. Но это сопряжено с такой болью. В ней что-то разрушилось. Думаю, это ее связь с сестрой. В ней так много боли. Серра заставляет меня отправиться к ней. Мы свободны. Благодаря ей.

Следующая запись выглядит смазанной, словно он писал второпях.

Нам уже удалось спасти несколько семей героев. На этот раз путь ведет меня в княжество Гнева. Я знаю, что она там. У Тарона. Если он хоть отдаленно напоминает своего предка Сатану, то я не хочу, чтобы она там была.

Потом пустое место, затем следующая запись.

Она была там. Мне пришлось немного активировать нашу связь, но она не совсем поняла, что означает возникшее у нее чувство, и приняла его за одиночество. Но это была наша связь. Именно я заставил ее услышать плач героев. Было неправильно подвергать ее такой опасности, но я должен был ее увидеть. В ней нет ничего темного или злого. В ней есть смелость и бескорыстие. И любовь, которая еще теплится внутри, несмотря на то, что в нее вкладывали и чему учили.

Я закрываю полные слез глаза. Я помню это. Помню, как шла по лесу и меня охватило незнакомое мне чувство. Это был он. Это был Марви, и я его почувствовала. Тоска по кому-то, кого я не знала.

Я читаю следующую запись.

Я хотел забрать ее с собой. Даже показал ей свои крылья. И мои воины тоже. Эсп был единственным, кто согласился сделать это не протестуя. Ведь он так гордится своими крыльями. Но уйти со мной она не захотела. Я постарался сделать так, чтобы теневой двойник Лирана не смог нас подслушать. И я позволил им ее схватить. Если бы я мог предугадать такой исход, никогда бы этого не сделал. Они арестовали ее и так жестоко с ней обращались. Я не помню, убивал ли я когда-нибудь с такой жестокостью. Я просто оторвал голову одному из ее охранников. Они это заслужили. И ведь никто не пришел ей на помощь. Она оказалась совсем одна, оставленная всеми. Ее боль, особенно в ее душе, была такой огромной. Меня тоже разрывало от этой боли. Я буду убивать любого, кто причинит ей такую боль.

В сознании у меня что-то болезненно зашевелилось, и я чувствую, что где-то во мне есть воспоминания об этом. Проплывают образы. Ангелы. Я сижу на лошади. Со мной Миел. Но что Марви имеет в виду, когда пишет что-то о теневой стороне Лирана? Мне становится нехорошо. Особенно когда передо мной всплывает образ обезглавленного охранника.

Я был неосторожен. Мне не следовало идти на эту свадьбу. Но я должен был там оказаться. Мне нужно было ее как-то отвлечь. Хотя теперь она ненавидит меня больше, чем раньше. Но она хотя бы не показывала, как это было для нее мучительно. Они этого не заслужили. Ни Лиран, ни Авиелл. И хотя я хочу позволить ей самой принимать решения, сегодня вечером все должно закончиться. Я должен сделать так, чтобы Лиран и его люди потеряли власть. Иначе у мира света не останется ни единого шанса.

На этом рассказы Марви заканчиваются. По крайней мере те, которые он записал. И, как ни странно, мне кажется, что я припоминаю, что было потом. Помню человека, который пытался вырезать метку у меня на коже, и Марви, который был там и остановил его. Где-то в глубине души я знаю, я помню, что в тот момент я приняла решение ему доверять. Даже более того. Это был момент, когда я перешла на его сторону.