Дана Мюллер-Браун – Грех в твоей крови (страница 14)

– Я…

– Ты должна вернуться. Мы обязательно встретимся снова.

С этими словами он кивает семье героев и уходит. Они следуют за ним. Я остаюсь одна, и все мое тело сотрясает дрожь.

Проходит почти вечность, прежде чем я наконец прихожу в себя и ухожу. Я хочу забыть то, что я только что чувствовала. Хотя это было всего лишь слабостью. Что-то пробудилось во мне. Не сегодня, еще раньше. Тогда, когда душа Авиелл отделилась от моей. У меня появились собственные чувства, какими бы слабыми они ни были. Я что-то чувствую. Хотя я демон.

Глава 5

– Госпожа, вам нужно одеться для празднования помолвки, – раздается голос Мирал из-за двери ванной.

Я вздыхаю, потому что больше всего на свете мне хотелось бы вечно оставаться в этой теплой, приятно пахнущей воде. Хотя бы просто для того, чтобы не встречаться с князьями. Ни с одним из них, особенно с Тароном. После того как он меня ударил, он всю прошлую неделю вел себя так, будто ничего не произошло. Мне приходилось примерять платья, выбирать украшения и думать, как рассаживать гостей, хотя я не знаю никого из них, кроме Тарона и Лирана. Причем их я тоже толком не знаю. Да и не хочу узнавать.

Но Тарон был не единственным, кто делал вид, что ничего не произошло. Я сама будто прятала от себя воспоминания о том, что видела, а главное, чувствовала в тот вечер в лесу. Если честно, еще я старалась забыть этого безымянного парня, который на самом деле меня чем-то напугал. Даже мне, опытному герою, трудно кого-то убить. Он же убивал людей в лесу, будто они не были живыми существами.

Я отгоняю тревожные мысли, выхожу из ванны и приглашаю Мирал. С завтрашнего дня начинается мое путешествие по княжествам. Однако моя радость от того, что у меня наверняка появится больше свободы, омрачена тем, что, кроме вылазки в лес, у меня не было возможности тщательно поискать Ави здесь, недалеко от нашего княжества, где ее похитили. Рядом с людьми, которые приносят в жертву героев… при этом напавшие на дворец Истины и Ка искали именно меня. Что, если все это как-то связано?

Мирал одевает меня, завязывает мне волосы и накладывает макияж. Но при этом она, как обычно, внимательно следит за тем, чтобы я по-прежнему оставалась собой и не выглядела как кукла. Я благодарна ей за это. И еще за то, что она никому не говорит, кто я такая на самом деле. Она не обсуждает это не только с остальными обитателями замка, но даже со мной.

Когда я в очередном белом платье вхожу в празднично украшенный тронный зал, на меня обрушивается шум множества голосов и музыки. Я начинаю нервничать. Будучи героем, у нас в замке я постоянно слышала такой шум и сквозь него должна была сосредоточиваться на том, что происходит в моем сознании. Чтобы слышать, что сообщают другие герои. Но теперь я должна поддерживать барьер в сознании и одновременно справляться с этим внешним шумом.

Князья рассаживаются за стоящим на некотором возвышении праздничным столом. Но на этот раз в центре стола стоят два трона: один для Тарона и один для меня. Внутри меня все сжимается. Помимо того, что я не хочу выходить за него замуж, тем более в качестве Авиелл, я не хочу, чтобы на меня обрушился его гнев, когда мне постоянно придется придумывать причины не играть свадьбу немедленно. Он уже говорит о ней, и, по его мнению, она должна состояться сразу после моего путешествия по княжествам.

Я делаю глубокий вдох, подхожу к столу и сажусь на меньший трон. Вдруг я чувствую на себе взгляд Лирана и тут же вижу его. Он медленно подходит ко мне со своей снисходительной улыбкой.

– Красивый трон, – бурчит он, проходя мимо, и садится рядом со мной на один из обычных стульев.

Я чувствую, как у меня напрягается все тело. В его присутствии мне будто не хватает воздуха. Словно я в ловушке. Он тихо смеется.

– Что вас так забавляет, ваша светлость? – осведомляюсь я, подняв подбородок. Я не хочу, чтобы он понял, насколько мне страшно в его присутствии.

– Я не могу решить, что меня больше развеселило – что Тарон приготовил для себя более высокий трон, несмотря на то что вы, Авиелл, правительница княжества Истины, или что вы выбрали меньший трон как само собой разумеющееся.

– Рада, что вам весело, – холодно отвечаю я, не удостоив его взглядом. Вместо этого я смотрю в пустоту и одновременно в толпу дворян. Что в принципе почти одно и то же.

– С завтрашнего дня у нас с вами появится намного больше совместных удовольствий, княжна, – шепчет он голосом обольстителя.

Но на меня подобное не действует. Чего он ожидает? Что героя внезапно охватит плотская страсть и он сможет меня соблазнить? Этого точно не произойдет.

– Что вы понимаете под удовольствием, ваша светлость?

– Это зависит от того, кто спрашивает.

Я смотрю на него.

– Вы же знаете, кто спрашивает. Я сижу рядом с вами.

Я горжусь, что мой голос звучит почти так же высокомерно, как и его. Он приподнимает уголок рта, а потом подвигается ко мне ближе. Я чувствую его запах, такой особенный. Но в то же время знакомый. Как сама тьма.

– Между теми удовольствиями, которые я получил бы с Авиелл, и с теми, которые получатся с тобой, герой, есть огромная разница

– Вы ее даже не знаете! – гневно шиплю я. Не потому, что он так явно дает мне понять, что я не подхожу ему физически, нет. А потому, что он демонстрирует, с каким вожделением относится к человеку, с которым даже не знаком.

– О, Навиен. Боюсь, что на самом деле это ты не знаешь Авиелл.

Он произносит это без улыбки. Будто только что сказал чистую правду. Но это невозможно.

– Что вы имеете в виду? – спрашиваю я дрожащим голосом.

– Я имею в виду, моя дорогая, что я очень хорошо знаю Авиелл. И вам об этом явно ничего не известно.

Меня приводит в ярость, с каким совершенством он чередует «ты» и «вы», чтобы придать каждой своей фразе соответствующий смысл. Это последнее вежливое обращение будто создает дистанцию между мной и тем, о чем он сказал. Эти слова исключают меня из этой истории, делая меня чужой по отношению к собственной сестре.

– Вы лжете, – говорю я уверенно, потому что хочу, чтобы оказалось именно так. Да, я хочу, чтобы это было ложью.

– Вы уверены? – возражает он.

Я ненавижу его. Ненавижу его высокомерие и то, как ему удается вытаскивать на поверхность мои истинные чувства. Тем не менее следующие слова я произношу тихо, одними губами, потому что чувствую, что он говорит правду. Именно сейчас я поняла, что Ави действительно что-то скрывала от меня.

– Откуда вы можете знать друг друга?

– Мы переписывались.

– Вот как? Переписка? – спрашиваю я, снисходительно усмехаясь, допивая вино и отворачиваясь в сторону других князей.

Я слышу их разговоры о нападениях повстанцев и о том, что они связаны с атакой на мое княжество. Как только они замечают, что я их слушаю, они замолкают.

Точно так же поступил бы и князь Истины. Ведь считается, что женщины не должны слышать ничего подобного. Я наслаждаюсь тишиной, потому что скоро подадут ужин и мне придется сидеть рядом с Тароном.

Сидеть и улыбаться, пока он приветствует наших гостей, при этом исключая меня из всего происходящего. Больше всего мне хотелось бы немедленно сбежать. Как я часто и делала.

– Мы переписываемся друг с другом уже год.

Я поперхнулась вином, закашлялась, а руки у меня сжались в кулаки.

– Зачем?

Лиран хрипло рассмеялся:

– А об этом обязательно спрашивать?

Он откидывается назад и смотрит на меня, как хищник на добычу. Небрежно положив ногу на ногу и постукивая пальцами по спинке стула.

– Хотите сказать, вы любите друг друга? – уточняю я, не совсем понимая, что я такое говорю. Будто за меня говорит кто-то другой.

И тут Лиран кивает. Он… кивает.

– Не думала, что вы способны кого-то любить, – выпаливаю я, сразу понимая, что просто уязвлена. Я внезапно становлюсь строптивым ребенком, обиженным на то, что от него все скрывают. Добавляю еще и язвительный комментарий: – Или вы только заставили ее поверить в то, что ее любите, чтобы заполучить царство Истины?

Лиран наклоняется и хватает меня за плечо. Он груб, но это совсем не такая жестокость, как у Тарона. Заметно, что он контролирует гнев и ярость, чтобы не сделать мне больно. Однако его жест достигает нужного эффекта. У меня появляется скверное чувство. Мне стыдно, будто я понимаю, что я его очень ранила.

– Никогда больше не сомневайтесь в моей любви к вашей сестре! – рычит он.

Впервые он так открыто называет Ави моей сестрой. Это еще один удар для меня. Он мастер риторики. Я хочу выбежать отсюда. Хочу кричать. Плакать. Погрязнуть в жалости к себе, потому что Ави скрыла от меня, что она кого-то любит.

Лиран смотрит мне в глаза, будто внимательно следя за каждой моей мыслью. Его взгляд как бы проверяет во мне что-то. Предостерегает меня. При этом он очень высокомерный. Тогда я понимаю, что не ложь Авиелл выводит меня из себя. Это зависть. Я завидую, потому что ее любят просто так. Только за ее душу, потому что больше Лиран о ней ничего не знает. Он полюбил ее, лишь читая ее письма. Я не понимаю, как выразить свои ощущения. Не про себя и свою ситуацию и не про то, что я вдруг почувствовала, что я такая же, как они. Как все они.

Я тоже хочу, чтобы меня любили. Так же, как те два героя в лесу любили друг друга. Любили настолько, что подвергли себя смертельной опасности только ради того, чтобы иметь возможность быть вместе.