Дана Герман – Запретная для Беса (страница 3)

Боже, какой позор!

Лицо горело так, будто я сунула его в печь.

Я закрылась в подсобке и прислонилась спиной к двери, стараясь отдышаться. Губы горели, волосы саднили у корней, между ног какая-то непонятная пульсация, будто там кипел вулкан.

Господи, да что со мной не так?

Я глубоко вдохнула, медленно выдохнула, подошла к зеркалу и ужаснулась – на губах и подбородке размазана его кровь!

– Дура! – разозлилась на себя. – Какая же я дура! Нужно было поставить стакан и бежать оттуда, а не выполнять его абсурдных приказов! Так мне и надо, в следующий раз буду умнее.

Хотя нет, не будет никакого следующего раза!

Я быстро всё смыла, причесалась, трясущимися руками привела себя в порядок, мысленно заставляя себя успокоиться, а потом отправилась на поиски Геннадия. Нашла его в курилке. Он спокойно посасывал вейп и смотрел на экран телефона.

Ну надо же, само спокойствие, мать его!

– Я отказываюсь обслуживать этот блядушник! – я рявкнула на своего начальника так, что он подпрыгнул на месте и от неожиданности чуть не выронил свою соску. – Если вас что-то не устраивает, я прямо сейчас переодеваюсь и сваливаю отсюда, понятно?

Глава 4

На удивление Геннадий без лишних уточняющих вопросов согласился с моей претензией, сказав, что стажерке действительно не место в випках, а он просто хотел как лучше, но если я не хочу денег, то и стажироваться я буду на первом этаже. Зато столов мне придется взять больше.

Можно подумать, я расстроилась.

Лучше я буду в мыле скакать с подносом по первому этажу, чем вот это всё безобразие. Даже если бы я знала, что мне оставят сто тысяч на чай, я бы не стала обслуживать Беса и его гремучую компашку. Неизвестно, чего от них ожидать, если всё, что я успела увидеть, у них в пределах нормы.

Пусть девчонки поопытней ими занимаются, а я не такая!

У меня, вообще-то, Костя есть, а после того, что устроил Бес, я чувствую себя предательницей. До сих пор во рту ощущаю его вкус, будто своим языком во мне корни пустил, извращенец.

Но целуется он, конечно, зачётно. Меня ещё никогда так не целовали. До мурашек просто. Но об этом он, естественно, никогда не узнает.

Ни-ког-да.

Мне, по-хорошему, нужно опять как-то вытравливать из памяти этого человека. В идеале вычеркнуть и больше никогда не встречать на своём пути. Надеюсь, что так и будет, а сейчас мне пора работать.

Всю ночь я носилась по первому этажу как угорелая. Разносила коктейли, собирала пустую посуду, улыбалась гостям и принимала новые заказы. Казалось, что вся эта круговерть никогда не закончится. К утру уже ноги гудели, спина болела, но я подписалась выполнять эту работу, хоть и временно. К пяти утра зал постепенно опустел. Час назад диджей отыграл свой последний сет и покинул клуб. Теперь из колонок играла не настолько ритмичная музыка. И это хорошо, потому что от басов я устала, мне бы сейчас вообще где-нибудь посидеть в тишине.

На танцполе осталось несколько стойких девушек, но и этих пора грузить в такси и развозить по домам. Вообще, в этом клубе странный контингент, тут были и мажоры, и ребята попроще, и какие-то люди из криминальных кругов. Бес и компания не в счёт, эти небожители обитали в випках, я имею в виду общий зал. И на фанатов приглашенного диджея последние не были похожи.

Я вытирала опустевший столик в углу, собирала пивные бокалы, и краем глаза заметила ту компанию мужчин, к которым у меня возникли вопросики. За столом их восемь человек, они пили, что-то бурно обсуждали, я уже замучилась таскать им вискарь, лёд и колу, ну и «соображать им что-нибудь пожрать» тоже.

Слава богу, никто из них меня не трогал, но к их столику подходить всё равно было страшновато. Успокаивало только одно, что здесь на первом я на виду у охраны клуба, тут не в закрытой випке, и если что-то шло не так, что охрана тут же вмешивалась и выпроваживала неадекватных гостей.

В данный момент я чувствовала на себе пристальные взгляды с «криминального стола», но старательно их не замечала, а выполняла свою работу.

– Варь, – окликнул меня один из них, – у меня лёд закончился. Принесёшь?

Я кивнула, не глядя, забрала посуду и пошла к барной стойке.

По пути у меня возникла идея, которую тоже желательно озвучить менеджеру – наши настоящие имена на бейджиках заменить на выдуманные. Мало ли где я могу столкнуться с одним из этих бандюганов, например, а по имени они поймут, что ошиблись и приняли меня за кого-то другого.

Бармен насыпал в стакан лёд, я забрала и понесла его гостям, надеясь, что они сейчас допьют и свалят по домам.

– Ваш лёд, – я поставила стакан на стол. – Приятного отдыха.

– Слышь, красавица, – один из них перехватил меня за локоть. – А ты ничего. Почему мы тебя раньше не видели?

– Я стажёрка, – осторожно отняла руку. – Всего вторую смену работаю.

– Стажёрка, значит, – он ухмыльнулся. – И как тебе здесь? Нравится?

– Нормально, – я шагнула назад. – мне пора идти.

– А ты не можешь остаться? – он потянулся ко мне. – Мы заплатим.

– Извините, у меня другие столики, – я развернулась и пошла, чувствуя спиной его взгляд.

Отлично. Просто отлично.

И здесь мне нет покоя. В первую смену всё было нормально, а сегодня, будто маршрутка с моральными уродами перевернулась у дверей клуба.

Что за невезение?

Я носилась по залу ещё час. К утру гостей почти не осталось. Музыка играла тихо, свет приглушён, и я почти расслабилась – смена скоро закончится, Геннадий уже ушёл, осталась только старшая смены и пара официанток.

– Варь, ты свободна, – кивает мне Ленка, та, кто ночью ногу на каблуках подвернула. – Иди переодевайся. Чаевые за тот стол, – она кивком указала на тех мужиков, – получишь вечером.

Я выдохнула, сгрузила поднос на стойку и пошла в подсобку. Сегодня мне удалось заработать три тысячи с хвостиком. Неплохо я считаю. В раздевалке я скинула туфли и некоторое время простояла с наслаждением, впиваясь пальцами в плоский пол.

Как можно к каблукам привыкнуть? Это же кошмар! Нет, с Геннадием я обязательно поговорю.

Когда ноги более-менее привыкли к плоской поверхности и перестали ломить, я стянула форменную юбку, натянула джинсы, футболку и кроссовки.

Всё. Я почти на свободе.

Осталось только добраться до дома, а там горячий душ, мягкая кровать и сладкий сон, пока не высплюсь. К счастью, сегодня воскресенье, бежать на пары не нужно, а вот завтра нужно, и я себе в страшном сне не представляю, как после ночной смены пойду на лекции. Но это будет завтра.

Ко мне зашла Наташа, на её лице читалось лёгкое недоумение, но она подошла ко мне:

– Слушай, Варь, а ты знаешь тех типов из випки? – её вопрос прозвучал с нотками претензии и страха одновременно.

И это выглядело как минимум странно.

– Почему ты спрашиваешь? – уточнила я.

– Потому что я всю ночь обслуживала их стол и получила на чай пять тысяч, а тебе тот урод, который к тебе пристал, приказал передать вот… – она протянула мне три оранжевых купюры, и у меня глаза моментально округлились.

Бес приказал мне передать пятнадцать тысяч? На чай? Мне?

Он охренел? Решил купить моё молчание?

Дошло, наконец, что я могу всё Яну рассказать?

– Приказал? – я зацепилась за слово, которое меня особенно взбесило.

– Да, – кивнула она, – если я тебе их не передам, то у меня будут проблемы. Забери, пожалуйста.

– И он, конечно же, просчитал, что я их не возьму, – вслух предположила я, скрестив руки на груди.

Нет, мне, конечно, нужны деньги, но не от этого извращуги.

На чай он мне решил оставить.

Пошёл он!

Наташа вскинула на меня тревожный взгляд и подошла ближе. Нижняя губа у неё внезапно задрожала, и мне показалось, что она вот-вот расплачется.

– Варь, мне не нужны проблемы. С одной стороны, я считаю, что это несправедливо, всё-таки я с ними работала всю ночь и получила меньше, но с другой стороны, то, как он с тобой поступил… Наверное, совесть замучила.

Кого? Беса? Я тебя умоляю!

Но вслух попросила о другом:

– О том, что там произошло, никому не говори, ладно?

Не хочу, чтобы среди персонала обо мне поползли грязные слухи. Мне ещё тут работать.