Дана Делон – Под небом Парижа (страница 13)

– Не знаю, что тебе ответить, – пожимаю я плечами.

Он кивает:

– Я лишь хотел сказать, что между нами не должно быть ругани. Мы же взрослые люди, давай начнем с чистого листа?

– Как скажешь, – единственное, что я могу выдавить из себя.

Нет ни малейшего желания обсуждать с ним наши отношения. Я поднимаюсь с места, хватаю свою сумочку и останавливаюсь около него. Он все так же продолжает сидеть на моем столе. Бедром я задеваю его бедро, встаю лицом к лицу:

– Надеюсь, ты готов смотреть на то, как я продолжаю жить без тебя, Алекс. Потому что это будет зрелищно.

Я разворачиваюсь и шагаю на своих огромных каблуках к выходу. Спиной ощущаю его горячий взгляд и хочу обернуться, но держу себя в руках. Больше никогда в жизни. Нет. Я не оглядываюсь на прошлое.

Валентин, как истинный плейбой, облокотился о свой крутой мотоцикл и с сигаретой в зубах провожает кокетливым взглядом мадемуазелей.

– Какой же ты типичный… – начинаю я и подхожу к нему ближе.

Он с наглой ухмылкой выдыхает дым:

– Типичный красавчик?

– Типичный плейбой.

– Почему у меня такое ощущение, что ты не сделала мне комплимент, а скорее назвала тупым идиотом?

– Потому что так и есть.

Он ловит меня за руку и тянет на себя:

– К слову, очень круто, что ты теперь в Париже и мне нужно ехать всего двадцать минут, чтобы увидеться с тобой.

– Только не зачасти со встречами, а то придется начать избегать тебя.

Валентин усмехается:

– Тогда составим расписание!

– Да-да, будешь записываться ко мне на встречи.

Вал кладет руку мне на плечо и чмокает в волосы:

– Ты единственная, к кому я готов записываться куда угодно, на что угодно.

– Просто на заметку: я не испытываю подобных чувств по отношению к тебе, – язвлю я.

Он хохочет в голос:

– Кстати, подруга, Тот-Чье-Имя-Нельзя-Называть стоит около окна и смотрит на нас.

– Да? Ну, пусть любуется.

– Вид у него довольно печальный.

– Не верю. Этот человек не способен на чувства.

– Не знаю, не знаю…

– Докуривай и пошли обедать, я очень голодная.

Валентин тут же тушит сигарету:

– Я давно не ел в этом районе. Вообще не знаю, где вкусно…

– Тогда пошли в то кафе, которое ближе всего.

Мимо нас проходит Себастьян, но делает вид, что не замечает меня. Он так отчаянно старается не смотреть в мою сторону, что опять спотыкается.

– Кажется, кто-то на меня обиделся, – замечаю я, провожая его взглядом.

Мы направляемся в сторону ближайшего кафе на углу. Перед входом надеваем на лицо маски и дезинфицируем руки.

– Добрый день! Столик на двоих, на террасе, пожалуйста, – говорит Вал официанту, и нас сажают в конец террасы за милый круглый столик с плетеными стульчиками. – Это был тот айтишник?

– Ага, его зовут Себастьян.

– Ну, вообще, айтишники умные. Думаю, он знал, что у него нет никаких шансов с тобой.

– Почему это?

– Да брось, рядом с таким Себастьяном ты покроешься плесенью от скуки.

– Да, мой вариант – взрослый сводный брат, которому чихать на меня. Я точно создана для счастья! – с сарказмом произношу я.

Валентин хмыкает:

– Я бы не сказал, что ему чихать на тебя.

– Абсолютно, иначе бы он никогда не поступил со мной так, как поступил.

– Может, в его голове это было единственным правильным решением?

– А может, он просто чертов трус?

– Это тоже… Но ему абсолютно точно есть до тебя дело.

– Вал, ты бы видел, как вчера он пытался сказать нет моей стажировке! Сопротивлялся из последних сил.

– Это говорит о том, что ему не пофиг, – заявляет мой друг и замолкает.

К нам подходит официант с меню. Валентин его даже не открывает:

– Стейк и картошку, пожалуйста. Ты что будешь? Салат и стейк?

– Да. И принесите, пожалуйста, воды.

– Конечно, мадемуазель.

Официант забирает меню и удаляется. А Валентин стаскивает с себя толстовку и продолжает:

– Если бы ему было все равно, он бы сказал: «Конечно, Марион. Приходи ко мне на стажировку! Ведь это меня нисколечко не колышет». А он рвал и метал, да?

– Да…

– Все потому, что видеть тебя каждый день в такой юбочке и с такими ножками довольно сложно.

– Я купаюсь в его злости, – признаюсь я и смотрю Валентину в глаза. – Мне так нравится его бесить. Ничего не могу с собой поделать.

– Получай удовольствие, детка.

Нам приносят воду и корзинку с хлебом. Я хватаю кусочек хрустящего багета и с наслаждением ломаю его пополам.

– Когда ты вообще втюрилась в него? – неожиданно спрашивает Вал. – Я имею в виду, когда осознала свои чувства? Я никогда не спрашивал, но мне стало интересно, как долго это длится.

Я задумываюсь… Любовь к Алексу расцветала в моем сердце постепенно.

– Знаешь, Вал, не было такого, что я увидела его, и во мне сразу проснулась любовь… вовсе нет… – Я замолкаю, стараясь проанализировать свою жизнь. – Я живу очень долго с этой любовью, но она точно не случилась со мной в нашу первую встречу. Эстель часто говорила, что Алекс красавчик. И куда бы он ни пошел, что бы ни сделал, красавчиком его назовут везде и всюду. И я с ней полностью согласна. Первый раз я увидела его в ресторане. Антуан пригласил нас с мамой на ужин, на котором, по классике жанра, они объявили о своем решении связать себя узами брака.

Валентин разливает воду в наши стаканы и внимательно меня слушает.