Дана Делон – Будь моим, Валентин (страница 29)

– Не смотри на меня так, – прошу я. Терпеть не могу это наигранное понимание ситуации. – Работа мне очень нужна, – перехожу я к делу. – Если место действительно вакантно, то я с радостью его займу.

– Не собираешься обговорить детали?

– Зачем?

– Контракт и прочие мелочи?

– Я отыграл трехчасовой сет и просто хочу домой. Пришли мне подробности, хотя сомневаюсь, что там будет хоть что-то, с чем я еще не знаком. – Я направляюсь к двери.

– Устал, значит? – летит мне в спину.

Я не отвечаю.

– Или же все-таки боишься, что она уедет с другим? Неужели ты всерьез бегаешь за этой девчонкой? – Его голос полон веселья.

Я без лишних слов показываю ему средний палец и выхожу за дверь.

– Чувак, да дождется она тебя! – доносится мне вслед.

А я бы не был в этом так уверен. От этой сумасшедшей можно ожидать чего угодно. Назло мне она не просто уедет с кем-то. Она улетит с ним на Луну! Никаких сомнений. Насчет этой ведьмы сложно питать ложные надежды. Едва я выхожу из клуба, как мгновенно ловлю на себе ее недовольный взгляд.

– Я тут уже состарилась, – пыхтит Полин.

Непривычно видеть ее в моей рубашке. Странно, что мне настолько сильно нравится видеть на ней мои вещи. Она засучила рукава рубашки, а ее края завязала бантом на талии. Соблазнительно и небрежно.

– Миленько, – говорю я, играя кончиком бантика. – Ты сегодня чем-то похожа на секси-ботаничку из американских фильмов.

– Серж что, не передал мое послание? – прищурив глаза, допытывается моя спутница.

– Не-а, – вру я и широко улыбаюсь. – Ты передала ему, что жить без меня не можешь?

– Не-а, – передразнивает меня Полин.

– Тогда наверняка сказала, что любишь меня?

– Опять мимо.

– Хм-м, тогда ты призналась ему, что проиграла и протанцевала весь вечер?

– Какой ты недогадливый… И кто сказал, что я проиграла?

– Ты танцевала, я видел, – грожу я ей пальцем.

– Да. – Она кивает головой и сокращает расстояние между нами. – Ты, кроме меня, никого не видел, – самодовольно шепчет она. – Признай, все просто-напросто меркнут на моем фоне.

Я ловлю ее за локоть и притягиваю еще ближе.

– Даже не собираюсь этого отрицать.

Уголки ее губ приподнимаются в дерзкой улыбке.

– И кто из нас проиграл? – шепчет она.

А затем я делаю то, о чем мечтал последние три часа. Я целую эту чертовку.

Глава 17

Полин

Я знала, что он это сделает. Чувствовала исходящее от него напряжение и знала, что свела его с ума. В тот момент, когда он вышел из клуба, свет уличного фонаря осветил фигуру Валентина, и я увидела его глаза. Он хотел видеть лишь меня и испытал облегчение оттого, что я стояла здесь. На старинной брусчатке, уложенной еще римлянами… на одной из самых древних дорог Парижа. Я впервые стояла и ждала парня. Ждала его. Да, именно его. В глубине темных глаз засияла радость. Валентин даже не пытался это скрыть. Я чертовски сильно нравлюсь ему… Но надолго ли? Этот тревожный звоночек появляется в голове впервые, и что-то подсказывает мне: это оттого, что чувства взаимны. Надолго ли? Назойливая и неприятная мысль. Я убегаю от нее, не позволяя ей взять верх. Не сегодня. Все доводы рассудка, трезвость мышления, рациональность… Все это не про сегодняшний вечер. Сегодня верх взяли страсть и ревность, а также азарт. Кто кого? Кто выйдет победителем из этой игры? И игра ли это?..

Возможно, все вышло за пределы глупых споров и желания что-то доказать. Эта партия оказалась куда глубже простой гордыни и самолюбия. И подтверждение тому – наш поцелуй. Не бывает подобных поцелуев у людей, которые играют друг с другом. Не бывает столько противоречивых эмоций и такой уязвимости вперемешку с необузданным желанием у людей, которые относятся друг к другу поверхностно. Я знаю об этом не понаслышке. Наши поцелуи можно описать одним лишь словом: крышесносно. Его щетина приятно покалывает кожу, а вкус заполняет мой рот. От него пахнет морским бризом и свободой. Я хочу раствориться в нем. Поцелуй нарастает, мне не хочется выпускать его из объятий. Напротив, я всецело жажду продолжения. Цепляюсь за него всем своим желанием. Всей той страстью, что разгорелась за последние три часа.

– Стой-стой, – пытаясь притормозить меня и посмеиваясь, шепчет он, но я встаю на носочки и продолжаю захватывать его губы. Какие ощущения они дарят, с какой мягкостью он целует меня в ответ – черт возьми, это самое прекрасное, что мне доводилось испытывать. Умопомрачительно. Чувственно. Соблазнительно.

– Полин. – В коротких паузах он пытается достучаться до моего разума. Но не сегодня. Не в этот вечер. Разум ушел в отпуск и не собирается в ближайшее время выполнять свою работу.

– Хочу еще, – отвечаю я и смотрю ему в глаза. – Еще…

В его взгляде буря.

– Не здесь, – хрипло шепчет он.

Видно, что ему трудно даются эти слова. Мы оба понимаем, что должно последовать дальше. Казалось, происходящее неизбежно шло именно к этому моменту.

– Поехали ко мне? – Едва слышные мои слова тонут в тишине ночи.

Взгляд Валентина сосредоточен и пристален. Я хочу сказать ему, что уверена и что это именно то, чего я хочу. Однако слов нет. Лишь громкое прерывистое дыхание от прерванного поцелуя.

Я тихонько тяну его за рукав футболки и льну к его крепкой груди. Пойми меня без слов, пожалуйста. Я утопаю в твоем тепле, и мне хочется продолжения. Он молча берет меня за руку и ведет в сторону припаркованного мотоцикла. От волнения у меня шумит в ушах. Нежными касаниями Валентин откидывает мои волосы за спину и надевает шлем мне на голову. Как только он застегивает его, наклоняется и нежно целует в нос. Он не произносит ни слова. Слова и не нужны. Я сажусь на байк и обнимаю его. Валентин нежно поглаживает кисти моих рук, а затем резко срывается с места. Я не опустила козырек шлема, отчего ветер с силой бьет в лицо. Но мне нравится это ощущение. Я парю. Рядом с ним у меня за спиной раскрываются крылья. Мы летим по пустому спящему городу и довольно быстро подъезжаем к моему дому. Он паркуется на свободном месте у подъезда и помогает мне слезть с мотоцикла.

– Я все еще могу просто поехать к себе, – тихо говорит Валентин. Я снимаю шлем и смотрю на него во все глаза. Он ласковым движением убирает пряди с моего лба. – Все хорошо, я позвоню тебе завтра и приду на просмотр «Аватара».

– Ты хочешь уйти? – Голос не слушается.

Он качает головой.

– Я хочу сделать так, как будет лучше для тебя, – признается он. Темные глаза светятся теплотой.

Я молча беру его за руку. «Я хочу утонуть в твоей нежности» – вот что мне так отчаянно хочется ему сказать, но от волнения ни за что не получится. Мы входим в подъезд. Заходим в лифт. Я достаю ключи от квартиры. Руки трясутся, и я знаю, что он это видит. Мне все же удается открыть дверь, и мы проходим в темный коридор. Я тяну его дальше. Рука в руке мы пересекаем зал и ступаем на лестницу. Я веду его в свою комнату. Ту самую, на потолке которой висит огромный плакат Аарона Пайпера без майки. Ту самую, по периметру которой разбросаны мои вещи и где повсюду валяется косметика. Я впускаю его в свой мир с незаправленной постелью, и лифчик ярко-красного цвета встречает нас прямо на пороге: он висит на ручке двери, как флаг, обозначающий, что мы перешли в мое королевство девчачьего хаоса. Валентин останавливается в центре моих владений и с любопытством оглядывается. Я закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной.

– Миленько, – с улыбкой произносит он.

Такое ощущение, что у меня сейчас сердце выпрыгнет из груди. Но я делаю громкий вдох и признаюсь:

– Я впервые привожу сюда парня.

Валентин резко поворачивает голову и пристально смотрит на меня. От его взгляда я готова растечься лужицей. Он сглатывает, и у него в глазах вспыхивает что-то опасное, темное, отчего по всему телу бегут мурашки.

Я радуюсь двери за спиной, иначе бы рухнула на пол. Мне нужна хоть какая-то опора. Валентин медленно пересекает комнату, направляясь прямиком ко мне. С каждым его шагом у меня перехватывает дыхание. Когда он нависает надо мной, создается впечатление, будто из комнаты выветрился весь кислород.

Черт бы тебя побрал, мистер V!

– Та девушка в клубе, – тихо шепчу я, – она наверняка тоже звала тебя к себе.

Валентин поднимает ладонь и нежно гладит меня по щеке.

– В этот вечер для меня никого не существовало… кроме тебя.

Комната погружается в тягучее молчание. Мы смотрим друг другу в глаза и понимаем недосказанное. Я встаю на носочки и целую его. Нежно, едва уловимо. А когда отстраняюсь, то вижу, что его глаза закрыты.

– Ты не впервые целуешь меня, – шепчет он. – Но впервые это ощущается так…

Он не договаривает, но ему и не надо. Валентин опускает руки мне на живот и тянет край завязанной рубашки на себя. Узелок расплетается. Он медленным движением стягивает ткань с моих плеч и нежно ведет пальцем по ключице.

– Можно раздеть тебя? – произносит он хрипло, с придыханием, выбивая остатки кислорода из моих легких.

Я киваю:

– Можно.

Ответ повисает в воздухе, предвкушая продолжение. Теплые мужские ладони опускаются мне на талию. Он приподнимает края футболки и аккуратно тянет его вверх. Мне так нравятся его касания. Нравится, что он раздевает меня не торопясь, наслаждаясь процессом. Футболка падает на пол, а его глаза опускаются на мою грудь.

– Снять с тебя оковы патриархата? – с улыбкой спрашивает он и тянется рукой мне за спину, к застежке лифчика.