Дана Данберг – Ведьма для лорд-канцлера (СИ) (страница 48)

— Какая? — спросила я дрожащим голосом, комкая в пальцах подол платья.

— По всей вероятности, вы свой дар сорвали, сожгли, если хотите. Чтобы такое случилось, нужно сильное магическое и психическое перенапряжение. Например, кто сидел рядом с вами в момент аварии?

— Мама, — я ответила на автомате, не совсем понимая, к чему они ведут. — Она прикрыла меня собой. Постойте, вы думаете, что я пыталась вылечить ее. Но не смогла, да? И сорвала свою силу?

— На самом деле я думаю, что смогли, — тихо проговорил лорд Марентино, переглянувшись с Дереком.

— Но она же... — в глазах уже кипели слезы. Зачем они так со мной, зачем заставляют вспоминать?

— Попытайтесь вспомнить что-то еще, Летиция. Странные звуки уже после аварии, например, вспышки.

— Нет. — Я покачала головой. — Я не помню, кажется, я потеряла сознание.

— Понимаете ли, в чем дело, Летиция, за эти пятнадцать лет почти все, кто был тогда на месте происшествия, умерли. Кто при обычном разбойном нападении, с кем-то несчастный случай случился, кто-то просто от болезней.

— Не понимаю.

— Мы нашли только одного человека, который был тогда стажером в местном отделении шерифа. Его показаниям полностью нельзя доверять по определенным причинам, но он говорит любопытные вещи. Например, что все погибшие получили травмы в результате аварии. Все, кроме одного, точнее, одной — вашей матери.

— Я...

— Дослушайте. Все, что я скажу дальше, больше теория, но вполне логичная. Ваша мать прикрыла вас собой. Но малышка, которую она спасала, была Сорано. И та не могла допустить гибели самого близкого человека и вылечила ее — на пределе сил, срывая дар, отдавая свою жизнь, но вылечила. — Клаус подошел и взял мои дрожащие руки в свои. — А потом малышка Сорано потеряла сознание от перенапряжения, слишком сильного для ее маленького тельца. Именно это вас и спасло, когда убийца добил вашу мать, Летиция. Он думал, что вы мертвы.

Кажется, кто-то вскрикнул. Кажется, это даже была я. Но отметила это отстраненно, потому что сознание парило где-то под потолком, высоко над телом, которое заваливалось на лорда Марентино.

Чудилось, что я даже видела, как с места сорвался Дерек, подскочил к графину с водой, налил стакан. Потом подумал секунду и вместо того, чтобы дать выпить, начал обрызгивать мое лицо.

Клаус сначала что-то говорил, гладил по спине, но это не принесло желаемого эффекта. Тогда он стал похлопывать меня по щекам. Несильно, но это позволило очнуться.

— Летиция, давай, приходи в себя. — Приказной тон лорда подействовал немного отрезвляюще. Не в моей натуре, видимо, слушаться. — Не пугай меня так, девочка.

— А вы правда испугались? — хотела произнести насмешливо, а получилось слабо и жалко. Хотя не могу сказать, чтобы меня не интересовал ответ на этот вопрос.

— Правда. Не хотелось бы опять вызывать к вам целителя, а то он уже что-то не то думает, по-моему.

— А вас, значит, только это волнует?

— Кажется, мне лучше вас оставить, — хмыкнул лорд Каранеро, а я осознала, что нас с Клаусом разделяют считаные миллиметры.

Мужчина стоял передо мной на одном колене, все еще придерживая за плечи, хотя я уже не собиралась никуда падать. От его темного взгляда, который он не отрывал от моих губ, по спине побежали мурашки, а где-то внутри сладко заныло.

Да что со мной? Почему мне хочется растечься лужицей, когда он на меня так смотрит? И ни о чем не думать.

— Да, пожалуй, — ответил Клаус лорду Каранеро.

— А я передумал. — Дерек демонстративно уселся обратно в кресло. — Потом мне сам спасибо скажешь.

Лорд Марентино метнул в заместителя грозный взгляд. И я была с ним абсолютно согласна. Мне до боли в губах хотелось, чтобы он меня поцеловал, прижал к себе и не отпускал, — слишком много всего свалилось, и я, вероятно, окончательно тронулась умом. Своим рассказом о матери Лорд-канцлер будто объемное заклинание у меня в голове взорвал.

А потом мне вдруг пришла одна мысль, от которой я аж содрогнулась:

— Подождите, получается, что все эти люди умерли из-за меня, да? — прошептала немного путано, торопясь высказаться, но Клаус понял.

— Ты не виновата. Ты сделала все, что было в твоих силах. Виноваты те, кто нанял убийц. Это должно было быть похоже на несчастный случай, но случилось, как случилось.

— Но, если хотели убить всю мою семью, почему меня оставили в живых? Пансион практически не охранялся, кто угодно мог добраться до меня. Ведь так?

— Вероятно. — Клаус отстранился, и что-то такое промелькнуло на его лице, что заставило меня интуитивно насторожиться, подобраться.

— Что?

— Этот разговор можно отложить, вы наверняка устали.

— Нет уж! Лорд Марентино, это касается непосредственно меня, и я должна знать!

Мужчина поднялся и отошел к окну, отвернулся, нахмурившись.

— Вас это уже не касается. В пансион вы в любом случае не вернетесь.

— Почему это? Нет, я, конечно, вас просила и не то чтобы не рада, но...

— Я предоставлю вам возможность сдать экзамен в городе — это не проблема. — Лорд Марентино повернулся, и было в его взгляде что-то, будто он и не здесь вовсе. Суровая отстраненность, наверное, решительность. — Поверьте, вам не стоит возвращаться. Что касается вашего дара, то, когда закончится отбор, я постараюсь организовать вашу встречу с нужными специалистами. Возможно, они смогут помочь.

— Почему вы все это делаете?

— Вы спасли мне жизнь, помните? — немного безразлично ответил Клаус, а у меня сердце сжалось от невнятного недовольства пополам с горечью. Значит, это только благодарность?

— Вы не должны. Не стоит утруждаться, — пролепетала я. Попытка придать голосу твердости провалилась в зародыше.

— Мне это несложно, — пожал плечами мужчина. — Летиция, послушайте, вам не стоит возвращаться в пансион. Это не для вас. Вы заслуживаете гораздо большего — и сами по себе, и как Сорано.

— Почему-то раньше это никого не волновало.

— Наверное, потому что вас, единственную наследницу богатств рода, умудрились запихнуть в самый дальний приют так, чтобы об этом никто не узнал.

— Не хотите же вы сказать, что в убийстве моей семьи виноват кто-то из родственников?

— Я не могу утверждать наверняка, но очень в этом сомневаюсь. Если бы они хотели вас убить, у них была такая возможность, и не одна. Гораздо проще запихнуть в приют и забыть на веки вечные.

— Но я ведь повзрослела и могу отсудить...

— Вы можете попробовать, но на тяжбу уйдет несколько лет и много денег, которых у вас нет. Да и, я навел справки, не так уж и много осталось от вашего состояния.

— И убийц моей семьи тоже не поймали?

— Вероятно, официально никакого убийства и не было.

— Как?! Вы же сказали...

— Леди Сорано, — впервые за долгое время голос подал лорд Каранеро, — как я уже сказал раньше, документы потерялись, а учитывая, что копий не сохранилось ни в управлении шерифа, ни в суде, дело было закрыто как несчастный случай. Скорее всего, имел место подкуп или шантаж. Сейчас это уже не так важно.

— Значит, никто не наказан?

— Мне жаль, Летиция. Мы даже не представляем, каков может быть мотив убийства, почему это произошло, не говоря о подробностях. — Лорд-канцлер опять подошел, уже протянул руку, чтобы дотронуться до моей щеки, но в последний момент передумал и убрал ладонь за спину, будто боясь не сдержаться, позволить себе лишнего. А я бы сейчас не отказалась от крепких объятий или такого вот невинного жеста поддержки. До дрожи в руках захотелось кого-нибудь обнять. Клауса, например. Обычно мне не нравится тактильный контакт, но сейчас я в этом нуждалась. Очень. — Расследование прекращено, леди Сорано. — Дерек смотрел с жалостью, и за это захотелось его ударить. — Если мы сможем что-то еще найти — возобновим. Но пока... Не стоит на это рассчитывать, пока у нас нет фактических доказательств, только наши умозаключения, основанные на вашем предполагаемом срыве дара да пьянице бывшем стажере.

— Я понимаю, — низко наклонила голову, чтобы скрыть выступившие на глазах слезы. И нет, я не понимала, не хотела понимать!

— Летиция, вам нужно отдохнуть. — Лорд Марентино все же попытался меня успокаивающе погладить по голове, но я уклонилась.

— Я могу идти? — получилось приглушенно, но тем не менее твердо, уверенно. Нет, раскиснуть я имею право только в своей комнате и ни секундой раньше. Я же Сорано!

— Идите, — кивнул Клаус. — Летиция, если вам что-то понадобится...

— Спасибо, — кивнула в ответ, про себя решив, что, пожалуй, справлюсь сама. По крайней мере, с эмоциями и разными мыслями. Надо тщательно все обдумать и уж тогда принимать решения. Одно знаю точно: сделаю все возможное, что разорить всех моих так называемых «родственничков». И нет, это не месть — справедливость.

Глава 37

Клаус

— Я понимаю, — отвечает хрупкая девушка, сжавшись в кресле и низко опустив голову, видимо, чтобы скрыть подступающие к ярким зеленым глазам слезы.

У Клауса непроизвольно сжались кулаки, когда он посмотрел на нее, такую маленькую, несчастную, растерянную. Ему хотелось подбодрить, утешить, дотронуться, только чтобы она опять улыбнулась. Перекинуть через плечо и унести в спальню.

— Летиция, вам нужно отдохнуть. — Мужчина с трудом подавил порыв обнять ее и прижать к себе, но рука все равно потянулась к волосам. Как же хотелось пропустить эти локоны сквозь пальцы, слегка потянуть и приникнуть к пухлым губам, раздвинуть их языком, углублять поцелуй до тех пор, пока им обоим будет нечем дышать!