Дана Данберг – Принцесса Ангиары (страница 7)

Да, власть меняет, корежит людей, открывает их самые неприглядные стороны.

Неужто испугались, что я захочу претендовать на престол? Положение у брата, конечно, шаткое пока нет наследника, но не настолько же. Или настолько?

Можно было сразу дать понять, что титул меня не интересует, что действительно правда, но… Анастасия разозлила. Очень. Так что пусть понервничают.

А еще эта девочка, Эмма, с огромным, невероятно выразительными омутами глаз. Красивая девочка, только грустная. Пытается, глупая, своей нелепой одеждой скрыть синяки на шее. Наверное, кто другой бы и не заметил, но блузка не по погоде сразу привлекла внимание, а когда девушка поворачивалась, я сразу увидел след от пальцев.

Вот чего не люблю, это когда обижают слабых. Но стоит ли лезть в семейные разборки? Спасибо мне вряд ли скажут. Может, это вообще у них игры такие…

Ладно, пока это оставим, вопрос в другом: какие теперь планы? Нет, приехал я, разумеется, по делу. Просто так не стал бы тратить время на эти крепкие семейные узы. И задерживаться желания нет. Впрочем, на то, что Анастасия не припашет меня к фамильным делам, надежда очень слабая. Вряд ли мне доверят что-то серьезнее, чем стоять и улыбаться прессе, рассказывая о теплом воссоединении монаршей семьи после долгой разлуки, но вот этого как раз и хотелось бы избежать. В конце концов, публичность – это не совсем то, что мне нужно.

С другой стороны, если избежать не удастся, ничего страшного тоже не случится. Просто в планах придется кое-что подкорректировать. Никто же из партнеров не знает, что я из тех самых Йорков, которые короли и королевы Ангиарские.

Нужно сразу, при таком развитии событий, всем дать понять, что им ничего не обломится. Тем более, что я пока не очень представляю местную придворную диспозицию. Нет, кое-какие слухи доходили, что-то я выяснил заранее, но общую картину пока не сложил, и это скверно.

Все оставшееся время до ужина, а пообедал я в своих покоях, ходил по дворцу и предавался воспоминаниям. Да, мне не идут сантименты, но иногда приятно расслабиться, насладиться давно забытой атмосферой, вдохнуть знакомый воздух.

Но чем дольше я ходил, тем больше замечал мелкие странности, царапающие взгляд детали. Например, я почти не видел знакомых слуг. Нужно понимать, что во дворце люди служат династиями, не просто десятилетиями, веками. Должность передается от отца к сыну, затем к его сыну. Это не о придворных, это о тех же садовниках, дворецких, поварах, горничных.

Конечно, на дворе двадцать первый век и мир изменился. Теперь дочь горничной может пойти учиться и стать директором своей компании, таких сословных ограничений как раньше уже нет. Но во все времена служба монарху в нашей стране была более чем почетной. Даже если у кого-то из родителей ребенок не пошел по их стопам, то не у всех же. К тому же из старых слуг тоже никого не наблюдалось, не могли же они все разом уйти на покой? Прошло не пятьдесят, а всего десять лет. Тот же сын главного садовника, около которого я в детстве часто околачивался, тогда только закончил обучение и сейчас должен был бы занять место отца. Но как я узнал, он во дворце больше не работает.

Естественно, я помнил, да и знал в лицо не всех слуг, но я блуждал уже часа три, два из которых лишь с одной единственной целью – найти знакомых. И не находил. Это более чем странно.

Но наконец мне улыбнулась удача, если так можно выразиться.

Его звали Сэмюэль и он когда-то был помощником печника. Да, да, во дворце печное отопление, причем проектировали его еще где-то в начале девятнадцатого века и сохранилось оно еще с тех давних пор. Чтобы обслуживать эту грандиозную систему, а это, разумеется, не только печка и уголь, все в разы сложнее, нужны очень специфические знания, которым не учат на современных курсах. Такое передается из уст в уста, из поколения в поколение.

– Сэм, здравствуй! Как я рад тебя видеть!

– Ваше высочество? – этот уже тридцатипятилетний мужчина, ничем не напоминающий веселого парня, которого я помнил, даже не сразу меня узнал. Да, давно я не была дома. – Я тоже очень рад. Не знал, что вы приехали.

– Как видишь, – я не смог подавить улыбку. – Как приятно видеть здесь хоть кого-то знакомого!

После этих слов Сэм сразу посмурнел, оглянулся, будто пытался понять, не подглядывает ли за нами кто.

Я хотел предложить выпить вместе чаю или взять вечером по пиву. Инкогнито, разумеется. Но после этого передумал.

– Не знаешь, кроме тебя кто-то из старых слуг еще работает? – вместо этого спросил я. Усмехнулся: – Хочу засвидетельствовать почтение, так сказать.

– Кто-то из горничных, насколько я знаю, – как бы нехотя ответил Сэм. – Прошу меня простить, ваше высочество, очень много работы. Ее величество королева Анастасия будет недовольна, если я отстану от графика.

Очень хотелось узнать, что же это за график, и почему Сэмюэль так спешит выполнить работу, учитывая то, что сейчас только середина лета и до первых заморозков можно успеть до Азии ползком, не то что перебрать каждый винтик и кирпичик в системе отопления.

Но я опять же сдержал любопытство и не стал давить. Похоже, от моих вопросов печник сильно занервничал. Все это странно и требует подробного прояснения, но Сэм прав, уж точно не здесь. А я уж найду, где и как с ним пересечься.

Глянув на часы, я быстро распрощался с работником и отправился переодеваться для торжественного ужина в честь моего прибытия. Подозреваю, тетушка не оценит, если я приду как есть, в джинсах и футболке, или опаздаю.

Не то чтобы мне не все равно, но хотелось бы избежать скандала и выяснения отношений. Тем более, что вечером у меня еще есть дела.

Глава 8

К счастью, Вильяма от попытки вывихнуть мне руку отвлек телефонный звонок, и пока он разговаривал, я успела унести ноги. Еще одной разборки мне сегодня не выдержать. Да и было бы с чего! Я этого Ричарда не сильно и поощряла, скорее мы сошлись на том, что правящую семейку приятно злить. Делал парень это виртуозно – чувствуется опыт.

На сегодня никаких дел у меня запланировано не было, так что я решила ненадолго сбежать из дворца. С территории я, конечно, не уйду, ведь это определенно заметит охрана, но например могу побродить по закрытой для посетителей части сада. Сюда я выхожу редко, точнее, один раз всего была, но сейчас мне нужно это уединенное спокойное место, где, скорее всего, меня не будут искать.

Я шла по дорожкам парка, все углубляясь в него. Территория была не то чтобы очень большой, но кое-где даже создавалось впечатление, что ты в лесу. Понятное дело, что это всего лишь подделка, специально организованная садовниками, но мне в принципе нравилось.

Если все вокруг подделка, то нужно выбрать хоть что-то по душе.

По-дороге никто не встретился, даже садовников не было видно. Все же уже за полдень и в такую погоду жариться на солнце желающих немного, тем более под ним работать. Мне тоже было ужасно жарко в этой безобразной блузке, так что когда я убедилась, что осталась одна, расстегнула несколько пуговиц. Следы никто не увидит, так почему бы и нет?

Присев на лавочку в тени раскидистого дерева, я просто постаралась выкинуть из головы все мысли и насладиться теплым ветерком, жужжанием пчел и трелями птиц. Сама не заметила, как уснула, ведь всю предыдущую ночь я не сомкнула глаз.

Проснувшись, сначала даже не поняла, где нахожусь и почему так неудобно. Все тело затекло, болела рука, на которую во сне я прилегла. Оказалось, умудрилась свернуться клубочком на лавочке – не самое удобное место, но хоть никто не потревожил.

Солнце уже клонилось к закату и вокруг стояла просто одуряющая влажная жара, как в каких-нибудь тропических странах. Даже днем было прохладнее. Глянула на часы, оказалось, что проспала я не меньше четырех часов. Подумать только! Мне что сюда теперь спать приходить, чтобы выспаться?

Но долго здесь засиживаться тоже нельзя. Во-первых, найдут. А во-вторых, сегодня торжественный ужин, к которому нужно подготовиться. И до него осталось не так уж много времени, каких-то два часа.

Так что я в темпе вскочила с лавочки и… про себя помянула добрым словом мужа до седьмого колена, потому что именно из-за него я теперь сплю на деревянных скамейках. Оказалось, что затекла не только рука, но и нога, и когда я на нее встала, чуть тут же и не свалилась. Адски больно!

Закусив губу, я кое-как разработала пострадавшую конечность и попыталась встать еще раз. Надо спешить.

В саду по прежнему никого не было, поэтому я без происшествий почти добралась до роскошного входа в заднюю часть дворца. Оставалось преодолеть буквально ярдов пятьдесят, от лестницы меня отделяла только стена вьющихся роз, пущенных по фигурно извивающимся металлическим прутьям, когда я заметила идущего наперерез мужчину.

Встречаться мне ни с кем не хотелось, поэтому я спряталась за импровизированным ограждением из цветов и не сразу поняла, кого вижу.

Ричард шел целеустремленно куда-то вглубь сада, он хмурился и сжимал и разжимал кулак, будто пытался так успокоиться. По нему не было очень заметно, но кажется он сильно злился.

Готова спорить, пообщался с кем-то из венценосной семейки. Только они на окружающих так действуют.

Очень хотелось посмотреть, куда это он направляется, ведь в той стороне вроде бы и нет ничего кроме домика садовника, но разум на этот раз взял верх. Во-первых, у меня осталось совсем мало времени. Во-вторых, это не мое дело. Ну и в-третьих, следить – это просто неприлично. Хотя когда меня останавливали такие мелочи? А вот то, что я его просто не догоню – уже ближе к правде.