Дана Блэк – Девочка бандита (страница 52)

Придвинулась и носом уткнулась в подголовник, тяжело дышу и слушаю, как рвано дышит он, и чувствую, каждой клеточкой, как он заполняет меня, растягивает.

— Надя, — Хаз резко опустил меня на себя, до упора вошел.

Схватилась за его плечи и застонала.

Господи. Это повторяется. Так же ярко, как в первый раз. Сижу на нем и боюсь шевельнуться, привыкаю и всхлипываю, он ладонями ведет по моей спине, выше.

— Я тоже о тебе думал, — сказал он, не дождавшись моего ответа. Надавил на плечи, вдавливая меня в себя.

И начал двигаться.

Он во мне.

Я каждым мигом наслаждаюсь, от этих ощущений, новых, горячих, таких приятных кружится голова и шумит кровь. Держусь за спинку кресла и послушно поднимаю бедра, опускаюсь на него и выгибаюсь в спине.

Он жадно целует шею, губы, сжимает меня и тянет за волосы, заглядывая в лицо.

Чувствую, как внутри меня ускоряется.

И мычу ему в ладонь, когда Хаз закрывает мне рот.

Наши тела сталкиваются с нежными негромкими шлепками, и они звучат чаще, громче, меня подбрасывает…

— Еще, — прошу сама, я не в себе будто, безумна…

Он с размаху врезается. Вбивается в меня, и кричать хочется, я не сдерживаюсь, я переполнена, на лицо падают спутанные волосы и кожаное кресло под нами скрипит, словно сломается.

— Ты моя, куколка, — Хаз схватил меня за подбородок, заставляя смотреть на него. — Помни.

Я помню. И от этой мысли мои стоны тишину разрывают одним непрерывным потоком, в воздухе висит запах нашего секса.

И когда мужские пальцы пробираются между нами, начинают поглаживать клитор…

Я за секунду взрываюсь огнями.

Глава 43

— Хаз, — шепчу, прижимаясь к мужчине ближе. — Нил.

— Что, куколка?

Я помотала головой, не нашла слов.

Всё так странно, так непредсказуемо.

По новостям говорят, что он голыми руками свернул кому-то шею. А сейчас Хаз этими руками гладит мою спину. Проводит по шее, убирает волосы в сторону.

Говорят, если видишь сбежавшего преступника — нужно бежать от него и скорее звонить в полицию. Но вместо этого я сжимаю пальцами его плечи, забираюсь под водолазку.

Говорят…

Господи, о Хазе только и говорят. А он сейчас рядом со мной. Сжимает мои бедра, не позволяя отстраниться. Лоном я упираюсь в его член, тот крепнет, словно готовится к новому раунду.

— Разве тебя не ищут все? — снова спросила глупость, по глазам мужчины поняла. Но мне важно знать. — Тебе не опасно здесь быть?

— Жить вообще опасно, Надя.

Я зажмурилась на секунду.

Впитала то, как он моё имя произнёс.

Даже тон его голоса поменялся, тише стал, нежнее.

Я вскрикнула, вцепившись в мужчину, когда он стал резко наклоняться. Вместе со мной. Потянулся за брошенной пачкой сигарет, приоткрыл окно.

Холодный воздух скользнул в салон машины, разбавляя спертый запах секса.

Жаль, что так просто не смыть ту истому, что растеклась по телу.

Меня все ещё потряхивало от пережитого.

Слабость притаилась внутри, рядышком с желанием, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось.

Хаз закурил, обволакивая меня дымом и морозным ветром.

Нужно было слезть с него, спрятаться на своем сидении. Одеться и подождать, когда мужчина отвезёт домой. Тем более, не вдыхать горьковатый запах табака.

Моя сестра врач, я всё знаю о том, как сигареты вредны.

Но вместо этого не сдвинулась с места. Ловила то, как вздымалась грудная клетка Нила, наполняясь дымом.

Осмелела, когда мужчины высунул руку в окно, стряхивая пепел. Потянула край водолазки вверх, пытаясь стянуть. Хаз хмыкнул, но помог мне. Вручил тлеющую сигарету, сам принялся стягивать с себя одежду.

Я поерзала на его бедрах, отодвигаясь.

Чуть сильнее сжала фильтр сигареты, чувствуя там отпечаток губ мужчины.

Не понимаю, зачем Хаз постоянно курит?

Разве это приятно, когда горечь во рту?

Многие в университете тоже постоянно бегали на курилку, да и сегодня на вечеринке… Через одного дымили, переговаривались.

Что в этом такого привлекательного?

Опустила взгляд на фильтр, задумалась.

— Только рискни, — кинул угрозу, забирая у меня сигарету. — Если хоть раз попробуешь…

— То что?

— Снова вы*бу твой рот. У твоих губ только две функции должно быть: целовать и отсасывать. Никаких сигарет. Поняла меня?

— Это было грубо.

Выпалила, стараясь отвернуться и спрятать то, как у меня горят щеки.

Смущением, обидой, возбуждением.

Так много чувств Хаз вызывает во мне, я совсем не умею с ними справляться.

Только этот разговор напоминает, каким мужчина может быть.

Как жестко он воспользовался мной. В том заснеженном доме, на полу ванной.

Просто взял меня и ушел, оставляя на всю ночь.

— А тебе нужен нежный мальчик? — Нил усмехнулся, сжимая мои ягодицы. Подтянул ближе, скользя пальцами по моему лону.

— А если и так?

— Хреново тогда, Надь. Потому что его не будет. Помнишь, сколько костей в теле?

— Двести шесть, — отозвалась послушно, не понимая зачем снова об этом говорить. — И ты их все поломаешь…

— Тому, кто посмеет тебя коснуться. Подумай хорошо, стоит ли так рисковать. Ты моя, куколка. Нежные и порядочные идут нах*й. Уяснила?

— Уяснила.