Дана Арнаутова – Обрученные луной (страница 8)

Есть расхотелось окончательно. Хольм склонил голову над тарелкой, не замечая ничего вокруг, и вскинулся только, когда рыженькая Рысь, сидящая рядом, ловко выскользнула из-за стола. За Брангардом мелькнула зелень платья – Лестана тоже выходила. Чуткий слух Волка уловил девичье шушуканье. Ну, понятно, дело житейское…

Теперь, когда их не разделяла подруга Лестаны, Брангард кинул на Хольма испытующий взгляд. Наткнулся на его – мрачно-предупреждающий – и досадливо поморщился.

– Не вздумай ничего устроить, – сказал ему почти беззвучно одними губами и так же быстрым взглядом указал на полный зал гостей.

Само собой, перед чужаками нельзя показать даже тени сомнения, что семья вождя не едина! Мог бы и не напоминать… наследничек…

Хольм в ответ раздраженно повел плечом, но больше ничего себе не позволил – и вправду не время. Однако это он понимал рассудком, а внутренний волк бесновался, просясь на волю и требуя догнать Лестану. Он ничего не сделает плохого, просто принюхается поближе! Лизнет нежную белую кожу запястья, почувствовав не только запах, но и вкус, ткнется носом в обтянутые замшевыми штанами колени… Впрочем, нет, сейчас она в платье! И это еще хуже, потому что мягкий бархат облегает ее так, что скулы сводит от желания провести по нему ладонями, чувствуя каждый изгиб стройного тела…

«Хватит! – прикрикнул сам на себя Хольм. – Ты ничего о ней не знаешь! Да, она красотка. И пахнет так, что голову сносит с плеч. И… И она не для тебя. Ее встречал Брангард! И она, только увидев его, расцвела, как весеннее дерево, а на тебя и тогда смотрела, и сейчас продолжает глядеть, как на дохлую жабу. Так что забудь и порадуйся за брата, слышишь?»

Но радоваться его волк не хотел. Он упрямо хотел только одного: прямо сейчас пойти по следу, такому явному и четкому следу дивного аромата. А найдя его источник, собирался пометить и присвоить, чтоб никто другой даже след лапы рядом оставить не посмел. Хоть в человеческом облике, хоть в зверином. Никто другой? Хольм вдруг заметил, что за столом не хватает еще нескольких гостей. Нахмурился, вспоминая, кто где сидел… Тренированная память услужливо подсунула образы, и его волк предупреждающе зарычал.

– Пойду прогуляюсь, – тихо сказал Хольм, вставая из-за стола. – Нет, Бран, я сам. Да успокойся ты, – добавил он, стараясь выглядеть не более мрачным, чем обычно – а то ведь его хорошее настроение насторожит братца еще быстрее, чем злость. – Просто воздухом подышу.

Он спокойно вышел из зала, но, оказавшись в коридоре, добавил шагу, ловя едва уловимую тень запаха Лестаны среди сотен других: знакомых и незнакомых оборотней, слуг-людей, вина и еды, горячего масла от светильников… Может быть, он ошибается и готов облаять ветер, словно глупый щенок, но лучше он побудет дураком, чем позволит случиться какой-нибудь гадости!

Глава. Между Волком и Медведем

– Простите, мы не знакомы, – сказала Лестана как можно спокойнее, но едва сдерживаясь, чтобы не кинуться наутек.

Бесполезно – догонит. Будь она в мягких охотничьих ботинках, можно было бы попробовать, но каблуки, длинное платье… А еще – Кайса, что вот-вот выйдет из уборной. Да и вообще, с какой стати убегать от незнакомца, пусть даже и Медведя? Ну и что, если у Рысей с ними давняя вражда, они ведь здесь тоже в гостях, не будет Медведь позориться на чужих землях неподобающим поведением, верно? Или… будет?

Он шагнул к ней еще раз, и Лестана поняла, что парень пьян. Не до такой степени, чтобы плохо стоять на ногах, но в самую опасную меру: когда тело еще слушается, горячая кровь требует охоты или драки, а вот разум… разум уже спит, он ведь у пьяных всегда засыпает первым – так учил ее отец.

– Значит, познакомимся, киска, – белозубо усмехнулся Медведь, медленно, напоказ протягивая к ней огромную ручищу.

Какой же он был здоровенный! Массивный, но не толстый, а весь бугрящийся мускулами. Светлая шелковая рубашка, залитая на груди вином, не скрывала их, а только сильнее подчеркивала, и Лестана показалась себе крошечной рядом с этим гигантом. Он же выше головы на две! И плечи – как у… у медведя, вот именно! У Лестаны перехватило горло от ужаса, и теперь она даже на помощь не смогла бы позвать! Огромное тело Медведя заслонило спасительный вход во дворец, и теперь уже точно не выйдет ни увернуться, ни убежать…

– Я тебя не обижу, – насмешливо сказал он, жадно шаря по ней наглым взглядом, так что Лестана почти чувствовала мерзкие липкие прикосновения. – Все вы, Кошки, гордые, носы задираете… А прижмешь тебя покрепче, так ласковая станешь, а? Ну, помурлыкай мне, лапочка! Ух, какая ты светленькая, мягонькая…

– Не смей… – все-таки выдавила Лестана, не веря, что это происходит именно с ней. – Я… я дочь Рассимора, наследница Рысей. Тронешь меня…

– И что? – расхохотался вдруг Медведь. – Кошка дурная, ты же сюда приехала замуж выходить, верно? Или ты женихам расскажешь, как в первый же день кинулась на заднем дворе с кем попало зажиматься? Кто тебе поверит, что ты не сама меня сюда позвала? Ну давай, не упрямься! Расцелуй меня хорошенько, обними, а я никому не скажу…

– Отстань от нее! – послышался возмущенный голос Кайсы, и подружка оказалась рядом с Лестаной, пытаясь прикрыть ее собой. – Мы – гости Волков. Да они с тебя шкуру спустят, если в их доме…

Огромная рука Медведя с обманчивой легкостью поднялась лишь раз – и Кайса, вскрикнув, отлетела на траву.

– Кайса! – закричала Лестана вдруг пробившимся голосом и кинулась к подруге, но Медведь перехватил ее, прижал к себе, подняв, словно куклу, и прижался мерзким слюнявым ртом к ее щеке рядом с губами.

Кайса, перевернувшись, вскочила на ноги, одной рукой подбирая подол, а второй сжимая толстый короткий сук.

– Нет! – отчаянно крикнула Лестана, понимая, что храброй, но маленькой и тонкой подружке хватит еще одного удара, чтобы… – Беги! Позови…

Вонючая лапища зажала ей рот, Лестана яростно ее укусила, забыв про брезгливость и исступленно молясь, чтобы вот сейчас, прямо в этот миг суметь призвать зверя. Рысь ее спасла бы! Крепкие клыки, страшные когти – она бы вонзила их все в ненавистного врага, рвала его, кусала, и плевать на брезгливость! Вторая рука мяла ей грудь – Лестану никто никогда там не трогал! Стоило подумать, что она останется с Медведем наедине еще хоть несколько мгновений, пока Кайса не вернется с помощью… Ее чуть не вырвало, желудок сжался и подскочил к самому горлу…

Медведь, что-то рявкнув, убрал руку с ее лица, и Лестана почувствовала во рту соленый вкус чужой крови.

– Вот паскуда… – протянул он нехорошим голосом, не отпуская ее второй рукой, но тут Лестане показалось, что на нее сверху рухнул вихрь.

Тяжелый, плотный, мощный порыв ветра, что вырвал ее из мерзкого подобия объятий, но не отбросил, а мягко толкнул в сторону, позволив удержаться на ногах. Подскочившая Кайса оттащила ее еще на несколько шагов, обняла… А в нескольких шагах перед ними на траве катался огромный ком, в котором с трудом угадывались очертания двух тел! Вот он распался – противники оказались на ногах.

Один – огромный, страшный, с яростно раскрытым ртом. Он был так жуток, что у Лестаны снова перехватило дыхание, голос пропал, и она стиснула руку Кайсы, не в силах ни бежать, ни кричать.

Второй… Он был немного ниже Медведя и уже в плечах. Зато гораздо быстрее, потому что удары, которыми Медведь осыпал воздух, ни разу не достигли соперника. Тот словно танцевал перед верзилой, легко уклоняясь, а потом ринулся вперед – и оказался прямо перед ним. От удара в челюсть Медведь покачнулся и тут же получил второй – ногой в живот. Согнулся, коротко и хрипло рыкнув, а противник беспощадно добавил ему кулаком по лицу – уже с другой стороны. Снова рыкнув, почти захрипев, Медведь повалился на землю, встал на четвереньки… Лестана услышала хруст, когда тот, второй, пнул Медведя по ребрам. И еще…

– Хватит… – всхлипнула она, испугавшись, что вот сейчас на ее глазах пьяного дурака и мерзавца просто забьют до смерти.

И пусть он заслужил наказание, но не такое же?!

– Пор-рву… – рыкнул ее спаситель жутким голосом, в котором ничего человеческого не было. – Гор-рло выр-рву… Тварр-р-рь…

– Хватит! – крикнула рядом с ней Кайса, но ее тоже не услышали.

Маленький двор вдруг заполнился шумом голосов, кто-то подскочил, принялся оттаскивать победителя от жертвы, и лишь тогда жуткое чудовище, что избивало поверженного Медведя, остановилось.

– Ну хватит, хватит… – спокойно повторял Брангард, придерживая его за плечи.

Оборотень раздраженно сбросил его руки и сделал шаг в сторону от скорчившегося на траве тела. На миг он замер, не оборачиваясь к ним, но похолодевшая от ужаса Лестана уже знала, чье лицо вот-вот увидит. Черные волосы, связанные в хвост, но растрепавшиеся в драке, синяя рубашка, рост…

Хольм все-таки повернулся к ним одним плавным звериным движением, и Лестана съежилась, так был страшен старший сын вождя Черных Волков. Горящие жутким желтым огнем глаза, в которых ничего не осталось от прежней синевы, искаженное оскаленными зубами лицо… Не лицо – почти морда… Лестана никогда не боялась зверей, ни диких, ни своих собратьев в истинном облике, но этот полузвериный-получеловеческий вид испугал ее до темноты в глазах.

Он был страшнее Медведя! Тот – пьяный, наглый, мерзкий, но при взгляде на него Лестане не хотелось взлететь одним прыжком на вершину вяза и замереть там, вцепившись в ветку. Сердце ее стучало, вырываясь из груди, руки свело странной судорогой, она замотала головой в ответ на недоуменный взгляд Брангарда и бешеный, все еще звериный – Хольма.