Дана Арнаутова – Обрученные луной (страница 2)
Если до достижения двадцати лет у Лестаны не получится обернуться, клеймо неполноценной ляжет на нее окончательно. Тогда ей не то что за сына вождя не выйти – даже не всякий оборотень из простых согласится взять ее в жены, рискуя будущим потомством…
«Я не буду думать об этом сейчас, – оборвала себя Лестана, беспомощно и противно холодея изнутри. – Все обойдется! У меня еще больше месяца до двадцатого дня рождения. Я смогу, я справлюсь! И никто не будет фыркать мне вслед, как этот его наглый братец, упаси Мать-Рысь от таких родственников!»
– Надо же, какие разные, – шепнула Кайса, когда Брангард проехал вперед, показывая дорогу. – Леста, а нельзя обоих взять? Одного будешь наряжать и косы ему плести, а на втором – на охоту ездить. Верхом. А что, такой лосище запросто под седло сгодится.
– Кайса! – прошипел Ивар, а Лестана с трудом удержалась, чтоб не рассмеяться, и на сердце у нее – спасибо умнице-подруге – немного полегчало.
* * *
Поселение Черных Волков ей не понравилось. Настоящим большим городом, как у Медведей, Лис или Волков Серых, его назвать было нельзя, но дело даже не в размере. Арзин, город Рысей, прославился не величиной, а красотой и умелым сочетанием удобства с тщательно сбереженными и прирученными лесами вокруг. Здесь же все было как-то… дико!
Улицы – кривые, пыльные и шумные. Дома стоят вразброс, без всякого плана, зато заборы высокие и крепкие, так что из-за них видны только верхушки крыш да кудрявая тугая зелень деревьев. Некоторые калитки были распахнуты, и Лестана, стараясь вертеть головой как можно незаметнее, видела, что почти в каждом дворе играют дети. Полно их было и на улицах, визжа и азартно щелкая зубами, Волчата гонялись друг за другом, иногда меняя обличье прямо на бегу, дрались, играли в какие-то непонятные игры, стреляли из луков и фехтовали палками… Бешеная стая!
Нет, Рысята тоже не самые кроткие в мире создания, все-таки охота у них в крови, но… Обычай рысей, в человеческом облике или зверином, учит тихо выследить добычу, а потом бесшумной смертью метнуться на нее сверху или из засады. Лестана только вздохнула, когда очередной вопящий клубок выкатился почти под копыта ее кобылки, так что пришлось натянуть повод и сдержать перепуганную лошадь.
Едущий рядом Брангард и ухом не повел, только бросил пару слов – и разновозрастные Волчата прыснули во все стороны, освобождая всадникам улицу и провожая их любопытными взглядами.
Да, здесь все было не таким, как дома… И дворец вождя оказался гораздо меньше, коридоры и комнаты – темнее и теснее, а отделка – гораздо проще. На полу звериные шкуры вместо ковров, узкие окна похожи на бойницы, а грубая каменная кладка не везде прикрыта хотя бы побелкой, не говоря уж о гобеленах и деревянной обшивке.
– Наш город родился совсем недавно, – сказал сопровождающий их Брангард, видимо, заметив ее взгляды вокруг. – Дворец еще не так богат и красив, как жилища вождей в старых поселениях, но мы верим, что все впереди.
Лестана покраснела: неужели она была настолько невежлива, что позволила заметить пренебрежение?
Как нехорошо вышло.
– Он и сейчас чудесен! – поторопилась она исправить впечатление. – Здесь очень уютно! Столько охотничьих трофеев… А вы любите охоту, господин Брангард?
И снова глупость! Разве может Волк не любить охоту, если это его сущность? Или нет? Ну почему она такая неловкая, а горячая кровь из щек бросилась уже в уши, и они тоже наверняка покраснели! Хорошо, что коридор такой темный…
– Я чаще остаюсь дома, чтобы помочь отцу, – ответил на ее мысли Брангард. – Славный охотник у нас Хольм. Вы его уже видели там, у ворот.
О да, еще как… видела. И предпочла бы на этом знакомство со старшим наследником Волков закончить.
– Вот ваши покои, госпожа, – указал Брангард на грубо отполированную деревянную дверь. – Ваша спутница останется с вами или найти ей другую комнату?
– Нет-нет, Кайса будет жить со мной, – торопливо откликнулась Лестана и шмыгнула в дверь, чувствуя, что если немедленно не снимет опостылевшую дорожную одежду и не вымоется, то взвоет не хуже любой волчицы. – Благодарю, господин Брангард…
– Зовите меня просто по имени, – донеслось из-за двери. – Торжественный ужин в честь вашего прибытия начнется на закате, а пока отдыхайте, госпожа Лестана, я сейчас пришлю служанок. Господин Ивар, прошу следовать за мной…
Шаги Брангарда и остальных Рысей раздались дальше по коридору, а Лестана со стоном опустилась на широкую низкую кровать, застеленную цветным покрывалом, и огляделась. На полу лежит все тот же вездесущий мех, на этот раз медвежий. Обычного зверя, разумеется, не оборотня. На стенах – ковры из заячьих шкурок, подобранных по цвету в нехитрый узор. Сундук в углу, умывальник… Мать-Рысь, какое же здесь все… дикое!
– Хм, а ничего так, уютненько, – тоже оглядевшись, протянула Кайса, стаскивая сапоги и снимая куртку. – Не замерзнем, пожалуй. Даже зимой.
– Какая зима?! – все-таки взвыла Лестана. – Я уже хочу домой! Кайса, они же варвары! Целый город невоспитанных, диких, нахальных Волков…
Опомнившись, она снизила на последних словах голос, не столько из опаски, что будет услышана, сколько из вежливости. Дочь вождя должна быть учтива всегда и со всеми. Но…
– Это ты про красавчика Брангарда? – лукаво уточнила Кайса, опускаясь на колено и помогая Лестане снять узкие сапожки. – Не такой уж он и дикий! А вот насколько ручной – надо еще посмотреть. Зато брат у него так и напрашивается на строгий ошейник, верно? И поводок покороче?
– Даже не говори мне о его брате, – мрачно отозвалась Лестана. – Я лучше за медведя-шатуна выйду, чем за этого!
Откинувшись на кучу подушек, она позволила себе полежать, пока более крепкая Кайса распихивала по сундукам содержимое их сумок и отправляла появившихся служанок за горячей водой. Через некоторое время в комнате как по волшебству оказалась деревянная бадья, а в ней – несколько ведер воды, исходящей душистым паром.
– О, можжевеловую хвою заварили, – принюхавшись, одобрила Кайса. – Давай, Леста, полезай скорее. Нам еще волосы тебе сушить и укладывать.
Упрашивать Лестану не пришлось. Скинув все, она опустилась в ароматную воду и блаженно зажмурилась. Это, конечно, не мраморная купальня у них дома, куда горячая и холодная вода течет по трубам, но все равно счастье! Еще бы ноги вытянуть, но не в бадье, увы.
Мгновенно договорившись со служанками, Кайса достала мешочек с ее любимым земляничным мылом и прочими снадобьями, вооружилась шерстяной мочалкой и ковшом… Через час Лестана, оттертая до скрипа, сидела на кровати, вытирая волосы, служанки меняли воду в бадье, а Кайса деловито перебирала привезенные с собой наряды.
– Зеленое или синее, как думаешь? Для красного вроде рановато, слишком уж оно… торжественное, – рассуждала она вслух. – Пир будет вечером, а при свечах синее слишком темное. Леста?
– А? – опомнилась Лестана. – Зеленое, наверное. Или синее…
– Все с тобой ясно, – подытожила Кайса. – Значит, зеленое. Иди сюда, пушистая моя! Хватит мечтать о Брангарде, будем его очаровывать.
– Кайса! – возмутилась Лестана, снова отчаянно покраснев и глянув на служанку, высокую крепкую девушку, что как раз вытирала разлитую вокруг бадьи воду.
Девица, обычный человек, не оборотень, опустила голову, безуспешно стараясь скрыть улыбку.
– А что, не о Брангарде? – изумилась насмешница Кайса, подступая к Лестане с платьем. – Ну и правильно! Очаруем всех, а потом выберем, кто приглянется. Руки подними!
Еще примерно через час Лестана придирчиво разглядывала себя в небольшом зеркале, которое двигала перед ней Кайса. Она и без того прекрасно знала, как выглядит в этом платье, как и в любом другом из своих нарядов, но сегодня… Сегодня ей нужно быть безупречной! На ужине в честь посольства наверняка будут самые знатные Волки и Волчицы, не дай Мать-Рысь опозориться!
Она провела ладонями по талии и бедрам. Бархат цвета летней травы послушно облегал каждый изгиб тела, квадратный вырез, отделанный серебряной тесьмой, подчеркивал небольшую высокую грудь, а шнурованный корсаж делал Лестану стройнее. Широкая юбка в пол, носки парчовых, тоже серебряных туфелек с высокими каблучками чуть выглядывают наружу из-под подола. Рукава расширяются от локтя и фигурно вырезаны, а изнутри подбиты серебряным же кружевом…
Высохшие и тщательно расчесанные волосы Кайса заплела ей в толстую косу и уложила на затылке в красивый высокий узел, выпустив несколько прядок на виски, чтобы обрамляли лицо. В полумраке комнаты, освещенной парой масляных ламп, лицо Лестаны в зеркале светилось, как жемчуг, и только упрямо сжатый рот портил впечатление нежности. Но все остальное – хорошо. Неужели ему не понравится? Ему?
Лестана подошла к оставшемуся ведру и решительно плеснула в лицо чистой холодной водой. Хватит уже краснеть! Не лицо, а спелая земляника…
– С ума сошла! – возмутилась Кайса. – Платье забрызгаешь.
Сама она быстро ополоснулась и переоделась так стремительно, что Лестана невольно позавидовала проворству. Кайса-Молния, так ее звали дома молодые Коты, желая угодить. Кайса на столь грубую лесть неизменно отвечала язвительными насмешками. Как хорошо, что она рядом! Будет не так страшно на ужине.
В дверь постучали. Служанки уже ушли, в комнате остались только Лестана с Кайсой, и обе вскинулись, переглянувшись. До заката еще час, не меньше.