Дана Арнаутова – Двойная звезда (страница 98)
– Саймон! – возмутился Дарра. – Ты напугал милую Айлин.
– Я не испугалась, – прошептала Айлин, очень надеясь, что дрожь в ее голосе не заметят ни Саймон, ни Дарра.
А если и заметят, то спишут на холод. Не хватало, чтобы друзья подумали, что она трусиха! Но ведь она вовсе не боится! Разве некромантка может бояться какого-то там мертвого магистра? Пусть даже и Черного…
Ой, кажется, все-таки заметили! Саймон растерянно уставился на нее, а Дарра, бросив на него укоризненный взгляд, осторожно пересел с кровати Иоланды на самый край ее кровати и бережно взял ладонь Айлин обеими руками.
– Никто не сомневается в вашей отваге, но в страхе нет ничего постыдного. Постыдно лишь неумение с ним справиться. Рядом с нами вам ничего не грозит. Кроме того, я всегда считал и продолжаю считать Черного магистра не более чем местной легендой. Преподаватели наверняка придумали ее, чтобы в ночь перед экзаменами адепты спокойно сидели по комнатам и учили свои предметы…
То ли спокойный голос Дарры, то ли жар его ладоней прогнали повисшую после рассказа Саймона тихую жуть, и Айлин даже удивилась сама себе – и чего она испугалась? Конечно же, Дарра прав! Легенда – и все тут! И даже немного жаль!
– Вот бы увидеть его своими глазами, – вздохнула она. – А еще лучше – поймать. Ну, то есть… вдруг это все-таки не легенда? Если бы мы его поймали и отдали мэтру Бастельеро, он, наверное, перестал бы сердиться из-за дракона…
Глаза Саймона округлились, и он уставился на Айлин едва ли не с восторгом.
– Ну ты даешь, Ревенгар! – выдохнул он. – Дарра! И ты еще говоришь, что я ее напугал?! Да она сама кого хочешь… Боевики умрут от зависти!
– Саймон, ты неосторожен, – нахмурился Дарра, не выпуская руки Айлин. – Что, если Черный магистр все же не легенда, а действительно некая посмертная сущность, о которой нам ничего не известно? Кроме того, что это не умертвие и не упырь, так как он не загрызает и не съедает жертв. И не стригой или банши, так как в этом случае жертву нашли бы, пусть и обескровленной. Как и в первых двух случаях. Мы даже примерно не представляем, о чем идет речь!
– Вот именно, не представляем! – горячо подхватил Саймон. – А между прочим, давно пора поймать его и выяснить, что он такое! Мы – лучшие адепты Фиолетового факультета, к тому же у нас есть собственное умертвие! Кому же еще его ловить?! Эй, Ревенгар, ты же возьмешь с собой Пушка?
– К-конечно, – растерянно согласилась она, пораженная скоростью, с которой Саймон взялся воплощать в жизнь ее случайную идею. – Но как же мы его поймаем?
– Бросим «мертвецкую сеть»! – азартно откликнулся Эддерли и даже подпрыгнул на постели. – И притащим в музей, а потом придумаем что-нибудь еще!
– Саймон, ты неосмотрителен, – обреченно вздохнул Дарра. – Если забыл, что по коридорам в ночное время ходят еще и дежурные преподаватели. Не говоря уже о задержавшихся адептах. Если кто-то увидит нас в коридоре в ночное время, не говоря уже о милой Айлин, нас ждут большие неприятности.
– А давайте сами притворимся Черным магистром? – робко спросила она, чувствуя, как идея Саймона – несомненно, странная, но неизъяснимо привлекательная своим безумием – захватывает ее все больше.
– Ревенгар! Да ты гений!
Дарра покачал головой и выпустил ее ладонь.
– В принципе, если наложить два иллюзорных щита один на другой и идти совсем близко друг от друга, то подобный маскарад может оказаться возможным, – нехотя изрек он. – Но прошу вас быть предельно внимательными и осторожными и действовать только по моей команде… если мы и впрямь встретим Черного магистра. И помните – я был против! Но не отпускать же вас одних…
В комнате преподавателей, куда Грегор заглянул только для того, чтобы выпить горячего пряного вина и хоть немного согреться после практического занятия у спецкурса, было непривычно людно и шумно. Магистр Эддерли горячо обсуждал что-то с Кристофом, а Волански, занявший полюбившееся Грегору кресло у окна, потягивал вишневый сок, причем с таким блаженным лицом, словно грезил наяву. Магистр Бреннан неодобрительно поглядывал на всех собравшихся поверх огромного тома «Нервные заболевания и способы их лечения», один осуждающий взгляд достался и Грегору, к его недоуменному возмущению.
– Что здесь происходит? – негромко спросил Грегор у мэтра Ирвинга, замеревшего у книжных полок и восторженно внимающего спору магистров.
Ирвинг посмотрел на него с легким удивлением.
– Разве вы не знаете… О, простите, коллега, я совсем позабыл, что вы работаете недавно! Сегодня ночь Черной Охоты, и милорды магистры спорят, кому поручить это мероприятие…
«Черная Охота? – поразился Грегор. – С каких, интересно, пор забавная легенда Академии превратилась в мероприятие, требующее организации? И почему столько шума?»
– Каждый год милорды выбирают Черного магистра, – объяснил Ирвинг, весело глядя на недоумевающего Грегора. – Выбранный дважды за ночь обходит общежитие, скрипит дверями, открывает окна, демонически смеется – в общем, на что хватает фантазии. В прошлом году Черным магистром был милорд Кристоф, а сейчас, как видите, был выбран милорд Эддерли, но он отнекивается. Говорит, у магистра красных уже солидный опыт, следовательно, он сыграет эту роль куда лучше! А магистр Бреннан недоволен: в прошлом году в больничное крыло попали сразу две девицы, имевшие несчастье столкнуться в коридоре с магистром Кристофом. Обе – с нервными припадками.
– И обе так и не ответили на простой вопрос, что они делали в крыле преподавателей в пятом часу утра и по какому поводу увлеченно драли друг друга за косы! – брюзгливо сообщил Кристоф, бросив выразительный взгляд на кресло у камина, занятое, кто бы сомневался, Роверстаном.
– Ужасное падение нравов, – безмятежно согласился разумник. – Должен признать, коллега, ваше своевременное появление оказало огромный воспитательный эффект. Хватило почти на год!
– Какая невероятная глупость, – искренне сказал Грегор. – В этом маскараде нет ровно никакого смысла!
В повисшей после слов разумника тишине его слова прозвучали особенно громко и вызывающе, и магистры-спорщики тут же обернулись к нему.
– Это не глупость, а традиция, мой мальчик! – наставительно сообщил Эддерли. – Не забывайте, что мы растим будущих магов, а главное для любого мага – вера в непостижимое разумом чудо. В чудо, которое нельзя разложить на заклинания и арканы! Пусть даже оно будет неразумным или страшным. Да признайтесь, Грегор, разве у вас самого не замирало сердце, когда вы, будучи адептом, слушали легенду о Черном магистре?
«Пожалуй, Эддерли прав, – неохотно согласился Грегор, вспоминая, как когда-то – кажется, еще на пятом курсе – они с Диланом пытались найти тайный проход в “самое глубокое подземелье” и обшарили каждый камень в башне. – Детям нужно чудо. Даже такое… нелепое. И как, однако, азартно спорят магистры!»
– Я не хочу больше выслушивать упреки коллеги Бреннана! – вернулся к прерванной было дискуссии Кристоф. – Эддерли, имейте же совесть, изобразите этого проклятого магистра сами! В конце концов, вам лучше знать, как должны себя вести умертвия! В прошлый раз надо мной смеялся весь Совет…
– И правильно делали, – благодушно сообщил из своего кресла Роверстан, и Грегор возмущенно фыркнул: что бы этот разумник понимал в умертвиях! И виданное ли дело – издеваться над собственным коллегой? Неужели у этого самодовольного мерзавца нет ни капли уважения хотя бы к возрасту, если не к заслугам и происхождению?! – Нет-нет, я вовсе не утверждаю, что являюсь знатоком умертвий, милорд Кристоф, но что-то подсказывает мне, что ни одно умертвие не способно заявить, что оно… как же это звучало? Ах да, «ужас, летящий на крыльях ночи»! Впрочем, демоническое пламя вокруг вашей фигуры выглядело, несомненно, весьма внушительно. Весьма!
– Роверстан, если вы сию же минуту не замолчите!.. – возмутился Кристоф, а Эддерли торопливо отвернулся, скрывая улыбку.
– Молчу-молчу, – поднял ладони разумник. – А почему бы вам, милорд Эддерли, не предложить эту честь мэтру Бастельеро? Ведь мэтр, если мне не изменяет память, ваш любимый ученик? Кроме того, ему даже не придется менять гардероб! Все равно там нет ничего, кроме черного.
– Что?! – выдохнул Грегор, не веря собственным ушам. Да что он себе позволяет, этот змей?! Сначала тот позорный спор, теперь это?! – Как вы смеете?..
– О, я ни на секунду не сомневаюсь в вашем таланте! – так горячо заверил Роверстан, что Грегор скрипнул зубами. – Уверен, если кто-то повстречает вас ночью в темном коридоре, то несомненно примет за нашу… знаменитую легенду. И уж вы-то, несомненно, знаете, как именно должно вести себя образцовое умертвие!
– Прекрасная идея! – воодушевился Эддерли, пока Грегор изо всех сил боролся с жутким искушением превратить мерзавца разумника в самое образцовое из всех возможных умертвий и отправить бродить по коридорам Академии бессрочно. – В самом деле, дорогой Грегор, вы ведь не откажете мне в этой маленькой любезности, не правда ли? Ведь у вас, насколько мне известно, завтра нет занятий? Сможете выспаться…
– Не откажу, – процедил Грегор, с ненавистью глядя на нагло-безмятежную физиономию Белого магистра и проклиная тот момент, когда ему в голову пришла идея отдохнуть после занятия и выпить горячего вина.