Дана Арнаутова – Двойная звезда. Том 1 (СИ) (страница 34)
Да и касаются такие личные королевские приглашения обычно Трех Дюжин, а не верных короне, но все-таки не столь родовитых провинциальных дворян, ничем за последнее время не отличившихся – чем можно отличиться, больше пятнадцати лет проведя в собственном поместье?
«А ведь отец вовсе не удивился такой странной милости, – подумал Аластор. – Только переглянулся с матушкой и велел всем готовиться к балу… И матушка тоже приняла это как должное, хотя дворцовый этикет она знает куда лучше учителя, не зря до свадьбы была фрейлиной! И тот разговор, подслушанный в поместье…»
Мысль оставила странное послевкусие: как будто перед глазами картина, разрезанная на много кусочков, но совместить их и увидеть целое, все никак не получается… Он торопливо провел ладонями по собственному новенькому камзолу, стараясь, чтоб это вышло незаметно, поймал теплый успокаивающий взгляд матушки и улыбнулся ей в ответ. Все будет хорошо, ну конечно!
– Лорд и леди Вальдерон с детьми! – торжественно провозгласил мажордом, распахнув двери бального зала, и Аластору на миг показалось, что он очутился не во дворце, а в их собственном саду, которым так гордилась матушка – яркие наряды дам и девиц превращали их в настоящие цветы!
Пышное убранство зала так и било в глаза, ослепляло, не давало толком рассмотреть ни одного лица, и Аластор не без труда вспомнил, что разглядывать никого и не следует.
Необходимо с достоинством пройти к возвышению у противоположной стены, склониться в большом праздничном поклоне перед королевской четой и дождаться, пока не разрешат выпрямиться. А затем быстро, но неспешно, отступить и смешаться с другими приглашенными. Ох, только бы ничего не напутать! Впрочем, сестрам, наверное, еще страшнее, а ведь их даже подбодрить нельзя… ну да ничего, справятся!
– Не торопись, – тихо сказал отец. – Сначала будут поздравлять мэтра-командора Бастельеро, это бал в его честь.
Ну точно, как он мог забыть! Аластор едва не покраснел от досады и стыда. Ведь это же было в приглашении! Он взглянул в другой конец зала, где на возвышении стоял трон. Фигуры короля и королевы с такого расстояния было сложно рассмотреть, да еще все время их кто-то заслонял, так что Аластор увидел только ярко-голубое и золотое пятна, а рядом с ними – человека в черном мундире с яркими оплечьями. Мэтр-командор! Сам знаменитый лорд Бастельеро, Избранный Претемной Госпожи, герой войны…
Сердце снова сладко захолонуло, ведь отец наверняка найдет случай представить его не только королю. И Аластор увидит вблизи человека, спасшего весь Дорвенант! Ну почему он родился так поздно?! Еще несколько лет, и он обязательно успел бы тоже повоевать под началом мэтра-командора! Пусть он не маг, но простые офицеры в армии тоже нужны! А отец воевал всего пару лет, еще до того, как лорд Бастельеро принял командорский жезл, и о войне говорит скупо, из него слова лишнего не вытянешь. А матушка, вспоминая о том времени, вовсе бледнеет и торопливо благодарит Семерых, что для Вальдеронов все закончилось так быстро.
Ладно, положим, отцу и вправду необходимо было вернуться, чтобы заниматься делами семьи, но Аластор мог бы его сменить, будь он чуть старше! И кто знает, может, его бы тоже чествовали сейчас за что-нибудь героическое! А теперь… он безнадежно упустил свой случай прославиться. Если нет войны, героем не станешь, разве что совершить что-то совсем уж небывалое, например, прикрыть короля от кинжала подлого убийцы… Но это уж совсем глупые детские мечтания: рядом с его величеством всегда столько верных подданных, что случись даже какому-то негодяю оказаться рядом, уж точно обойдутся без Аластора. Не быть ему героем в мирное время, а новой войны все-таки совсем не хочется. Эх, ну почему отец не согласился надеть хотя бы военный мундир вместо камзола! Ведь имеет право!
«Сынок, ну какой из меня военный? – снова прозвучал в ушах Аластора добродушный голос отца. – Оставим эту честь тем, кто ее действительно заслужил. Запомни, Вальдероны не наряжаются ради почестей, нужно быть, а не казаться. Истинные твои заслуги у тебя никто никогда не отнимет, потому что они – награда сами по себе…»
Церемониймейстер зачитывал поздравления от королевской семьи и Ордена, Аластор жадно рассматривал тех, кто подходил к трону, уже не смущаясь, потому что рядом все занимались тем же, а отец тихо подсказывал:
– Его королевское высочество Криспин…
По наследному принцу Аластор только мазнул взглядом. Подумаешь, принц! Обычный мальчишка, светловолосый, долговязый, ровно ничем не выделяющийся. Сними с него камзол королевских цветов и гербовую цепь – от самого Аластора ничем не отличишь! Интересно, ему тоже хотелось на войну? Наверное, да, но королевскому наследнику это и вовсе не светит, еще меньше, чем наследнику Вальдеронов.
– Магистр Красной гильдии, лорд Кристоф…
На лорда с таким именем Аластор глянул внимательнее и слегка смутился. Кристоф – одно из традиционных имен Дорвеннов, королевской семьи. И то, что кто-то носит его вместо родового имени, означает, что этот кто-то – королевский бастард. Надо же, а на короля совсем не похож, невысокий и сухощавый. Зато глава магов-боевиков!
Дальше пошли обычные придворные, большинство имен – из Трех дюжин, и их Аластор знал, разумеется, как всякий дворянин. Он даже смог опознать нескольких человек раньше, чем их назвал церемониймейстер, вспомнив родовые признаки знатнейших семей и их гербовые цвета. Вот этот высокий пожилой лорд с длинными волосами бледно-золотого цвета и холодным лицом, словно изваянным из мрамора, явно Аранвен. И одет, разумеется, в серое с серебром.
– Лорд-канцлер Аранвен, – подтвердил рядом отец. – Второй человек в королевстве после короля.
Как – второй? А мэтр-командор Бастельеро?!
Толпа, постепенно продвигающаяся к трону, уверенно несла их с собой, словно поток воды, подхвативший игрушечный кораблик – Аластор до сих пор любил вырезать такие и пускать по ручью, текущему у них в поместье. Вот еще несколько шагов… и еще…
Наконец, подножье трона оказалось перед ними, и сердце Аластора заколотилось часто-часто, а руки захотелось спрятать за спину, но рядом был отец, матушка и сестры, не мог же он опозорить их неподобающим поведением!
Глава 3. Бал мэтра-командора
Поклон вышел безупречно. Даже учитель этикета не нашел бы, к чему придраться.
– Поднимитесь, – прозвучал над самой головой глубокий властный голос, и Аластор затаил дыхание.
Сейчас, вот сейчас он увидит самого короля! И королеву, которую все называют прекраснейшей из женщин Дорвенанта!
Он промедлил еще секунду и медленно выпрямился, стараясь сделать это ни в коем случае не быстрее родителей.
И едва подавил разочарованный… нет, конечно, не возглас. Всего лишь вздох.
Король был совершенно не похож на короля! В детстве Аластор любил разглядывать золотые флорины, на аверсе которых красовался чеканный профиль: высокий лоб, решительный подбородок, твердый рот… Величественное лицо – и никто не назвал бы его иначе!
Король представлялся ему высоким статным воином, таким же могучим, как все великие предки-Дорвенны…
Мужчина же напротив, рослый, но грузный, с коротко обрезанными – всего на какие-то два пальца ниже ушей! – светлыми волосами, разодетый в голубой бархат – походил, скорее, на состоятельного провинциального дворянина, дни славы которого – если они вообще были – остались далеко в прошлом.
Вот разве что голос… Голосу хотелось подчиняться, не задумываясь! А взгляд…
Взгляд короля – отчаянный, как показалось Аластору, ищущий взгляд, – был прикован к лицу матушки и только изредка соскальзывал вправо, на него самого!
– Я рад вас видеть, Вальдерон, друг мой, – проговорил король, и сердце Аластора замерло. Их не просто представили, но и удостоили беседы! Первое разочарование исчезло, как разметанный ветром пепел, остался один только восторг, пьянящий не меньше молодого вина. – И вас, и вашу леди, и ваших детей. Не так ли, дорогая моя?
– Несомненно, дорогой супруг, – услышал Аластор столь же звучный, но куда более мягкий грудной голос, в котором едва сквозил итлийский акцент.
Он наконец набрался смелости – и взглянул на королеву.
От восхищения перехватило дыхание. Если бальная зала и напоминала цветник, то ее величество в этом цветнике была розой! Не белой фраганской, а итлийской алой – пышной и великолепной, томительно, чарующе прекрасной!
Мерцала в свете магических светильников золотая ткань ее платья, оттеняя черные, как ночь, волосы, живым огнем горели рубины на нежно-золотистой, самую малость смугловатой коже запястий, на гордой шее… Центральный рубин ожерелья имел форму цветка, и в самой его глубине горело, билось, как сердце, темное пламя.
– Я несказанно рада снова встретить давнюю подругу, – ласково сказала королева, и матушка снова почтительно сделала реверанс. – Какие прекрасные дети, милая Джанет. И ты расцвела в браке!
– Благодарю, ваше величество! – тихо и очень ровно, как на занятиях по этикету, ответила матушка.
– Твой… наследник, Себастьян? – милостиво обратился король к отцу по имени и снова посмотрел на Аластора с непонятно пристальным вниманием.
– Да, ваше величество, – поклонился отец. – Мой старший сын и наследник рода. Аластор Кеннет Лоренс Вальдерон. Мои дочери, Амандина и Лоррейн.