Дана Алексеева – Хочу девушку брата (страница 10)
Сердито смотрит на меня, а я в силу своей сильной занятости не отвлекаюсь, все руки в пене, а лицо в краске стыда.
- Так это… - гремлю посудой. – Лук слегка пережарился. Сейчас выдует…
- Ну да, - идёт к плите и приподнимает крышку другой сковороды, в которой тушатся котлеты.
Хмыкнув, закрывает крышку и идёт ко мне. Смотрит в упор, вынуждая поднять на него глаза.
- Чего? – хлопаю невинно.
- Я слушаю, - ждёт объяснений.
- Я картошку хотела пожарить, выложила сначала лук, а потом мне подруга позвонила, заболтались и… Вот, - опустив глаза, вздыхаю.
Егор протирает лицо ладонью, собирая крохи терпимости к непутевому созданию с именем Алла-кулинар-от-бога.
- Сделаешь из нас погорельцев, все втроем переедем к твоим родителям, - предупреждает он.
- Да поняла я, поняла, - бурчу под нос. – Сейчас всё исправим.
- Кто вообще жарит лук перед картошкой? – придирается Егор.
- Ну готовь сам тогда, раз такой умный, - фыркаю.
- Испугала.
Хмыкнув, он выходит из кухни, чтобы переодеться. Что-то там еще брюзжит, но я не слушаю.
Чувство вины все-таки берёт вверх, и я принимаюсь чистить новую головку репчатого лука. Он такой «злой» и горький, что аж на слезы пробивает. Шмыгаю носом и быстро моргаю, желая избавиться от едкого запаха.
В это временя на кухню заходит Егор. Деловито закатывает рукава и моет руки.
- Да ладно, не хнычь, - подкалывает он, видя как чуть ли не реву. – Не будем выгонять, простим на этот раз, «пожарница».
- Это от лука вообще-то, - смотрю на него красными глазами.
- Дай сюда, слабачка сентиментальная, - забирает у меня головку, нож и споласкивает их водой. – Смотри и учись.
Кладёт на стол разделочную доску, на неё - головку луку. На! Уверенным движением ножа делает харакири луку - его круглое тельце распадается на две половинки.
- Я ни то что слезинку не пущу, я не моргу, пока буду его кромсать, - крутя пальцами нож, на пафосе заявляет Егор.
- Угу, давай, - подхватываю вызов и сажусь напротив, чтобы бдить за самоуверенными мужскими глазами.
Зафиксировав луковицу пальцами, Егор поднимает взгляд на меня, и не моргая, начинает быстро работать ножом, как делают это профессионалы. Я не знаю, может быть у него где-то припрятаны запасные пальцы или поварской диплом, ведь он даже не смотрит на доску. И пока мои глаза вываливаются из орбит и челюсть падает на стол , непризнанный шеф-повар ловко переворачивает лук и продолжает членить его на аккуратные маленькие квадратики. Не моргающий взгляд как у робота, выверенная четкая механика и никаких слёз.
- Готово!
Завершающим жестом Егор втыкает остриё ножа в деревянную поверхность доски. Ждёт аплодисментов.
- Бесчувственное чудовище, - сглатываю я, пребывая под впечатлением. – Какие еще таланты ты скрываешь?
- О-о… - хохочет. – Их много. Тебе такое и не снилось, детка.
На столь жирное бахвальство, мои глаза со скрипом закатываются.
- Тоже мне герой, - решаю приструнить резко зазвиздившееся мужское эго. – А можешь так?
Демонстративно беру спелый желтый лимон и под любопытный взгляд парня разрезаю его на четвертинки. Кислый сок уже сочится, поблескивая на цитрусовой сочной мякоти.
- Я съем весь лимон с кожурой и даже не поморщусь, - приподняв бровь, кидаю свою ответочку.
Егор сглатывает – зуб даю, у него во рту уже кисло.
- Валяй, - кивает он. – Не верю.
А сам напрягается, боясь, что я реально сожру весь лимон, как конфету.
Причмокнув, я вонзаюсь зубами в лимон и откусываю половину дольки.
- М-м-м, как вкусно… - умудряюсь поёрничать я.
Облизываюсь. Смотрю на Егора и не сдерживаюсь от улыбки – того скрючило, как будто это он, а я проглотил цитрусовую кислятину.
Дожевав дольку, беру вторую, сжимаю её и выпускаю сок лимона на язык.
-Э-е-е, - морщится и отплевывается единственный зритель моего выступления.
- Какая вкуснотища, - в удовольствии прикрываю глаза. – Попробуй, объеденье.
Я закидываю в рот мякоть с коркой и показательно прожевываю. Восторгаюсь цитрусовым вкусом, закатывая глаза от наслаждения. И кайфую от реакции Егора, лицо которого превратилось в сморщенный финик.
Доев весь лимон, облизываю кислый сок губ и пальцев, типа смакую остатки.
- Фу, извращенка, - Егора перетряхивает.
- Тю, подумаешь, - хитро веду плечом. Внутри неистово ликую.
Один-один.
Глава 12
Пока картошка скворчит на сковородке, Алка врубает музыку в колонках погромче и смешно пританцовывает. Улыбаюсь и залипаю на ней. Красивая, милая, простая. И до боли родная. Скользит в носках по линолеуму и поет в огурец, который надо бы порезать, но он неожиданно стал частью музыкального перфоманса.
Я смеюсь, потирая переносицу, а Алка тянет меня за свободную руку.
- Давай подвигайся, - настаивает она.
- Я не умею танцевать так, как ты, - отнекиваюсь.
Её веселая широкая улыбка и сияющие глаза дико подкупают.
- Танцуй, как можешь,- подбадривает она.
- Научишь?
- Для начала почувствуй ритм, - кладет руку на грудь и закрывает глаза.
Её нога и голова дергается в такт. Я сдерживаю смешок, глядя на то, с какой самоотдачей подходит к делу.
- О да, - повторяю за ней.
- А расслабься и двигайся под ритм, как душа ляжет.
- Так пойдёт?
Я специально кривляво двигаюсь, и Алка прыскает со смеху. Её грудные хохочущие вибрации проносят волну тепла по телу.
- Эх, ладно, - в притворном расстройстве машу ладонью и складываю руки на груди.
- Нет-нет! Это было хорошо! – сразу поддерживает меня девушка.
Вновь утягивает меня на кухонный «танцпол». Мы держимся за руки, и я бесконтрольно проваливаюсь в её глазах и улыбке. Улыбаюсь в ответ, чувствуя как покалывает в подушечках пальцем от прикосновений. Алка что-то говорит, я киваю. От моего пристального взгляда на её лице вырисовывается легкое смущение. Опускает глаза и закусывает нижнюю губу. А я сглатываю желание, которое селится внутри.
Она терпеливо учит меня танцевать, а я всегда был плохим учеником, хотя тут стараюсь… Неуклюже, но что-то получается. Алка наставляет, подбадривает, аплодирует мне, сдерживая щекочущие смешинки, чтобы не обидеть ненароком. Я вызываю в ней эмоции, и это настолько приятно осознавать, что аж сердце подпрыгивает.
- Спасибо за экспресс урок, - притягиваю девушку к себе и неотрывно смотрю на неё.