Дан Лебэл – Пустотник (страница 7)

— Приехали, — сообщил подпол, припарковавшись на стоянке.

Мы с ним вышли из машины и направились к КПП. Как мне по дороге сообщил Глеб Егорыч, это основная база бандитов. И всё их руководство обычно бывает здесь.

— Могли бы просто подождать, — сверившись с интерфейсом, выдал я. — На этом месте базы не будет.

— А что будет?

— А это я расскажу им, — я кивнул в сторону усадьбы.

— Стоять! Куда? — два дюжих молодца вооруженных дробовиками преградили нам путь.

— Шакалу сообщи, Мезенцев приехал, — лениво бросил подполковник.

Его тут знали. Это было видно по тем взглядам, что охранники бросали на Глеба и по тому, как они отреагировали на его слова. Один сразу бросился в будку, видимо связывался с руководством. Второй же хмуро уставился на полицейского и не сводил с него взгляда. Так мы и стояли минуты три, пока второй охранник жестом не пригласил нас внутрь.

Идя по аллее, неожиданно в голову пришла мысль, что ничто человеческое упырям тоже не чуждо. Слишком уж ухоженно и красиво было вокруг. Кустарники, цветы, деревья… Не бандитский рассадник, а почти дендрарий какой-то. Алея закончилась и нас довели до крытой стеклянной беседки. Внутри нас ждали. Сам Шакал, низенький мужичок, облаченный в халат с китайскими или японскими иероглифами, фиксатый на все зубы и восседающий на стуле, больше похожем на трон. Три человека в костюмах явно приближенные к его императорскому величеству и еще трое охранников, тоже вооруженные дробовиками.

— Глебушка, — выдал Шакал хриплым прокуренным голосом. — Какими судьбами? Неужели решил присоединиться ко мне?

— У моего друга есть информация, и он очень хочет поделиться ею с вами, — полицейский кивнул в мою сторону.

Вот и настал момент истины. Как там у классика? Тварь я дрожащая или право имею? Где тут бабушка, подать мне сразу трёх. Мысленно улыбнулся собственному каламбуру. Нету бабушки, есть только мрази в человеческих оболочках. Ну что же, судья вынес вердикт: виновны. Пора в дело вступать палачу.

— День добрый, — начал я и шагнул немного вперед. — Меня зовут Дмитрий. Или уже надо переходить на другое имя? Да, так будет правильнее, — я искоса бросил взгляд на Глеба, тот, как и договаривались, всунул себе наушники и включил музыку на полную громкость. Даже мне было слышны басы, которые выдавала какая-то рок-группа. — Так вот меня зовут Демон. И сегодня я выступаю в роли вашего палача.

— Чё? — один из тройки прихлебателей Шакала привстал со своего места. — Чё он мелет?

— Через шестьдесят часов на обширной части территорий Евразии и Африки произойдет прорыв кластеров иных пространств и измерений. Называться всё это действие будет Схождение. Почему? — я театрально поднял руки в жесте вопроса. — По кочану, я вижу вам это неинтересно.

Всем кто находился в беседке, кроме меня и подпола действительно было неинтересно. Совсем неинтересно. Я бы даже сказал мертвецки неинтересно. Тела бандитов вздрогнули в начале моей речи, а после осыпались черными хлопьями пыли. А еще перед глазами замелькали красноватые строки с сообщением о том, что приняты меры по нераспространению запрещенной информации.

А потом вдруг как-то все закрутилось-завертелось. К беседке начали стягиваться люди с явным намерением причинить нам зло, но мгновенно остановились, после того как прогремел усиленный через динамики голос:

— Всем оставаться на своих местах! Работает ОМОН! Любая попытка сопротивления будет жестко пресекаться!

— Кавалерия из-за холмов? — я повернулся к Глебу и вопросительно на него посмотрел.

Тот лишь молча кивнул и показал мне брелок с единственной кнопкой на нем. Ясно. Не просто так мы сюда шли, подпол явно подготовился. Всюду начали возникать здоровенные дядьки с автоматами, что без устали роняли на землю бандитов и стягивали им руки за спиной наручниками. К беседке подбежал один из них и доложился подполковнику. Тот молча кивнул и предложил мне проследовать к машине, сообщив, что немного позже подтянется в бар. Пожал плечами и направился по аллее на выход.

— Дмитрий, — окликнул меня Глеб. — Ты вообще как?

— Меня зовут Демон, — нейтрально отозвался я и, развернувшись, потопал дальше.

Пока шел, размышлял над вопросом полицейского. А действительно, как я? Оказалось, что вполне нормально. Шок, конечно, присутствовал, но не от содеянного, а от увиденного. Не каждый день видишь, как люди растворяются в небытие. Зрелище незабываемое и навевает весьма интересные мысли. Так и дошел до машины, размышляя о бренности бытия и нашей в ней роли.

— Чё за маски-шоу? — указав на полицейских с автоматами, поинтересовался Виктор.

— Подкрепление, — пожал я плечами. — Глеб Егорыч подстраховался.

— Как всё прошло? — это спросила уже Настя.

— По плану. Были бандиты, и нет бандитов.

— Значит все же твоим словам можно верить… — задумчиво протянула девушка.

— А фокус с пулей тебя не убедил?! — воскликнул Витя.

— Он никого не убедил, — посмотрела на него Настя. — Мы тут и не такое видели.

— По дороге расскажешь, и не только про это, — сказал я. — Кто поведет? Глеб передал, что позже подъедет.

— Я поведу, кто еще? — как само собой разумеющееся отозвалась девушка. — Садись вперед, красавчик.

Отъехали от усадьбы и блондинка, набрав скорость, принялась пересказывать еще одну сказку. Талант у нее, однако, что ни сказка, так мрачная и совсем не детская история про очень взрослую жизнь, в которой море крови, слез и мрак в душе. И весь этот винегрет справлен щедрой щепоткой мистики.

Начала девушка с рассказа о детстве своего отца. Родителей тот своих не знал, его подкинули в детдом. Мальчик рос сильным и выносливым. Не по годам сильным. Обычная детдомовская жизнь привела его сначала в армию, а потом и в банду. Вкусив блатной жизни, Баюн загремел на трешку в места не столь отдаленные и оттрубил ее от звонка до звонка. А после взялся за ум. Встретился ему один правильный зэк на зоне, что сумел вправить мозги юному дарованию. Зэк не простой, ну да об этом позже. Выйдя на волю Баюн устроился на работу, а после так и вовсе уехал в Норильск на заработки, где и повстречал будущую мать Насти.

А вот теперь отдельно надо остановиться на факте того, что когда наш еще юный Мстислав попал в тюрьму и повстречал там своего наставника, именно в этот момент он прозрел. Не в плане того, что до этого он плохо видел, и ему там вылечили зрение, нет. У него открылся так называемый третий глаз. Вернее, ему его открыли. И открыл этот самый наставник. Загадочная личность, как я понял из рассказов Насти. Причем наставник сразу объяснил юному Мстиславу, что не всякого человека можно обучить тому, чему он его сейчас учит. Так или иначе, Баюн начал учебу. Опять же без подробностей, мне пояснили, что он начал «видеть» людей по-другому. Экстрасенсом заделался, ага.

А потом в город пришел Тёмный. Вот вообще не понимаю, кто это был, рассказ девушки был так сильно косноязычен, она перепрыгивала с темы на тему, повествуя сначала об одном, потом о другом, что я иногда терял нить повествования. Но я не перебивал. Это попробовал сделать Виктор, но на него так шикнули, что он благополучно заткнулся. Вот и я не стал уточнять, тем более это было не так уж важно. Я совершенно точно знал, что случится вскоре, и то, что от всевозможных темных серых и серо-буро-малиновых скоро будет не протолкнуться.

Так вот Темный. Явно сектант, или еще кто подобный. Жертвоприношения тот приносил ежедневно, причем резал не кошек, собак или свиней, а людей. И вот на такое вот жертвоприношение случайно попал Баюн. Ну как случайно, шел по улице и увидел странного человека, имеющего ауру похожую на темно-черный сгусток. Молодой был да юный, вот и проследовал за колдуном. А тот был хитрый и явно проживший долгую жизнь, слежку учуял. Да и приголубил в одной из подворотней Мстислава по головушке куском арматуры. Только вот не угадал колдун, на кости Баюн тоже крепок оказался. Обиделся на такое с ним обращение, да и врезал Темному по кумполу в ответ. Тот такого не перенес и сознание потерял. А там уже и доблестная милиция подоспела. Так и познакомились начинающий опер Глеб Егорыч и бывший зэк Баюн.

Познакомились и как-то сразу нашли общий язык на ниве странных дел случающихся в Норильске и его окрестностях. Много чего у них было за годы дружбы. И шаманы залетные, и ведьмы с шабашами. И всех их находил Баюн своим экстрасенсорным восприятием мира.

С третьим участником моего собеседования Баюн познакомился относительно недавно, лет десять назад. Свел их вместе Глеб, знающий не понаслышке о возможностях Мстислава. Так вот Иван Муратович, один из командиров воинской части расквартированной в Норильске приболел сильно. Так вот Баюн его вылечил. Такое он тоже умел. Хилер не иначе. Вот с тех пор эта троица и вела так называемые подготовительные работы к чему-то нехорошему. А о том, что что-то грядет, Мстиславу рассказал его наставник, с которым его снова пересекла судьба лет шесть назад.

Еще Настя в своем рассказе немного упомянула про свою мать. Та уехала из Норильска лет десять назад и сейчас жила в Штатах. Хотела забрать с собой и дочь, но та встала в штыки и ни в какую не захотела бросать отца. Почему? Да потому что чувствовала с ним связь такую, что ни у каких родителей и детей не бывает. Дар отца передался и дочери. Вот так вот. И хотя умела и могла сейчас Настя немногое, но зато силушкой обделена не была.