Дан Лебэл – Альфа. Могильный холод подземелий (страница 11)
Четырехметровое что-то, состоящее из каменных бугров мышц. И когда я говорю каменные, я говорю буквально. Он весь состоял из камня! У него даже голова располагалась на метр ниже, чем у обычных людей! И не потому, что это анатомия у него такая, а просто настолько велики мышцы спины и предплечья.
— Якорь мне в дупло, догр! — замер и гном увидев встречающего.
— Моё имя Марк, — выдало это существо, — дождемся третьего, и я расскажу вам правила, — голос низкий и немного режет по ушам, как будто камень о камень перетирают. Хотя, о чем это я? У него же голосовые связи тоже, скорее всего, из камня.
Дожидаться орка нам пришлось недолго, секунд семь. Еще один крик ярости и на площадь вылетел орк. Увидев нас, он проорал что-то на гортанном наречии, явно не спрашивал о погоде, и налетел на каменного. Почему не на нас? Так мы с гномом разбежались в разные стороны, от греха так сказать.
Движение, которое я не уловил, и орк отлетает к постаменту круга возрождения. Постамент выдержал, а вот орк не очень — кашляя кровью, он попытался подняться, но оступился и упал. На каждую хитрую жопу найдется хрен с винтом, вспомнил я присказку дяди Изи. Орк все же встал и взрыкнув как тягач-многотонник, сорвался с места и снов налетел на Марка. Тот даже не встал со ступенек.
Взрыв воздуха в месте встречи двух титанов и уже каменного отнесло на метр в сторону. А на каждый хрен с винтом, найдётся жопа с лабиринтом, тут же вспомнилось окончание поговорки.
— Побаловались, и хватит, — вставая, тяжело молвил Марк.
Орк не внял предупреждению и снова набросился на каменную глыбу. Только в этот раз у него ничего не получилось. Секунда непонятного мельтешения, и на земле истекая кровью, лежит поверженный орк.
— Силён, — уважительно бросил Марк и повернулся к нам. — Значит так, вновь прибывшие, объясняю правила один раз. Это, — он ткнул пальцем на строение, попавшее нам первым на пути, — место приема пищи. Выдача пищи один раз в день в восемь утра, в девять оно закрывается. Не успели, значит будете ходить голодными со всеми вытекающими. Далее. Это, — тут он ткнул на левый круг возрождения, — телепорт наверх. Открывается только при прочности татуировки раба ниже сорока процентов. Совет! — для придания значимости он поднял правый указательный палец вверх. — Не доводите прочность татуировки ниже тридцати процентов, чернокнижник этого не любит. И своё неодобрение он выскажет мне, а я в свою очередь, вам. Надеюсь, не надо объяснять, что моё неодобрение вам выйдет боком?
Моя голова непроизвольно покачала головой в отрицательном жесте. У этого парня, похоже, харизма перекачена в край. Слова он говорит веско и по делу, и перебивать его не хочется.
— Теперь о главном. Дневная норма для тебя, — он ткнул пальцем на меня, — 320 мер. Для тебя, — переместился указующий перст на гнома, — 430 мер, — на что гном досадливо крякнул. — Соотношения мер и руд узнаете у торговца, — перст переместился на левый торец здания. — Сдавать руду тоже торговцу. Добытая сверх меры руда может быть обменена на наличность. Курс неизменный: одна мера — один медный, — теперь крякнул уже я.
А чего я, собственно, ожидал? Мы рабы — бесправные существа и этим всё сказано.
— Норму нарушать нельзя, — продолжил ликбез местный смотрящий, — при не сдаче нормы, еды вы не получите. Также будут применены воспитательные меры, — тут он ткнул в сторону небольшого здания с правой стороны за бараками.
— Вопросы?
— Сегодня поесть нельзя? — вопрос меня волновал очень сильно.
— Можно, — отозвался Марк. — Копай руду, меняй на еду. Сегодня у вас, как у вновь прибывших, нормы нет. И последнее… Здесь только один закон — норма должна быть выполненной, — посчитав что всё что надо он нам пояснил Марк ушел к себе.
— Что делаем? — обратился я к гному как к весьма бывалому индивидууму.
— Место в бараке надо застолбить. Тебе какой больше нравится?
— А есть разница? — удивился я.
— И большая, — пустился в объяснения гном. — Всего на нашем уровне, в данный момент, сорок пять существ. Мы трое вновь прибывших, Марк, два его помощника, повар, торговец. Значит, остается тридцать семь копателей. Бараков восемь, каждый вместительностью в десять мест.
— И? — я решительно не понимал, куда ведет гном. — Займем пустой, мне пересекаться, а тем более ночевать под одной крышей с не пойми кем, не хочется.
— Не всё так просто. Это «девятка», — он обвел рукой окружающее пространство. — Здесь закон только один, и ты его уже слышал. А теперь представь ситуацию: охраны нет, а есть рабы и очень жесткие условия. Что в итоге произойдет?
— Да всё, как всегда, — прикинул ситуацию и выдал: — Разделение на касты. Сильные унижают слабых. Разделение на группировки и налог на воздух. Как-то так.
— Это ты верно подметил. Поэтому, прежде чем заселяться в один из бараков, необходимо дождаться прихода смены с забоя. И там мы уже посмотрим, кто есть кто.
— Прописываться будем? — недобро улыбнулся я.
— А как же, — вернул мне такую же улыбку гном. — Новые разумные, новые отношения и прочая лабуда.
— Мне бы поесть перед этим, дебаффы с ног валят.
— Можно и поесть… Так, для общего расклада, расскажи-ка мне — ты хоть на что-то способен без магии?
Вот тут я задумался. Говорить, что сама магия у меня есть, я не собираюсь. Не в тех мы с гномом отношениях, чтобы секретами делиться. Но и балластом оставаться нельзя. На данном этапе необходимо держаться вместе, иначе загрызут.
— Есть пара интересных навыков, — отозвался, и описал их.
— Не густо, но с этим тоже можно работать, — поскреб бороду Биарин.
А не так уж и прост этот гном. Когда доходит дело до планирования, шутовство с него слетает как листья с дерева по осени. Сосредоточен, внимателен и видно, что он не просто прикидывает ситуацию, он её прорабатывает и составляет тактику.
— А по силовым характеристикам у тебя как? Киркой своей насколько сильно бить будешь? — разбор меня как боевой единицы продолжался.
Достал из рюкзака инструмент и вчитался в параметры.
— Если вот этим вот концом ударю, — я показал на клюв кирки, — то где-то на 215 единиц, — на что гном снова поморщился. — Можно усилить немного урон, да и вообще мои показатели.
— Кровь моя нужна? — догадался бородатый.
— Да.
— Разберемся, — пообещал гном. — Пошли что ли к торговцу, посмотрим на местные цены.
Пока шли к торговцу, я поинтересовался у гнома, что это за раса — дорг, к которым относился Марк. Биарин нехотя признал, что именно они истинные сыны и дочери гор. Плоть от плоти, так сказать. Сильное заявление, да еще и из уст гнома.
— Кочергу мне в дышло! — именно такая была первая фраза гнома, когда он переступил порог крыльца торговца. — Свободный торговец!
— Дверь закрой, сквозняк, — голос торговца отдавал мурчащими нотками.
Заинтересованный, поспешил зайти и уставился на еще одну невиданною мною до этого расу — каджит. Да еще нестандартный вариант, как я понимаю. Вообще каджиты довольно разнообразная раса, в том смысле, что это могут быть и гепарды, и тигры, да, в общем, любая кошачья раса. А тут торчал за прилавком гуманоидный дворовой кот Барсик — маленький, по размерам своей расы, конечно, пушистый и довольно отъевшийся.
— Вновь прибывшие, — недобро зыркнул на нас Тромуальдо. — Таблица слева, — лапой указав, где именно.
— А каким таким ветром в эту дыру занесло свободного торговца? Да еще и на «девятку»? — гнома не особо заинтересовала таблица, и я тоже в свою очередь навострил уши.
— Тебе-то какая печаль? — зевнул каджит. — Посмотрели? Тогда вылетайте отсюда. Жду завтра вечером с нормой.
— По залёту значит, — предположил Биарин.
И, похоже, угадал, потому как шерсть на каджите вздыбилась, и он зашипел: — Ты гном совсем своей бородой не дорожишь?! Я могу устроить тебе нелегкую жизнь на «девятке», она тут и так не сахар, а станет для тебя адом!
— Есть тема, как скостить срок, — глядя куда-то в потолок, безразличным голосом бросил коротышка.
Из «Барсика» как будто весь воздух сдули, ну, или помыли.
— Говори, — совершенно другим тоном попросил торговец.
— Арт, выйди, погуляй пока, а? Красотами там полюбуйся… — сделал тонкий намек гном.
— Я еще таблицу не изучил, да и про еду ничего не узнал, — выдал я контраргумент, чтобы никуда не ходить.
— Держи, — каджит ловко перемахнув одним движением стойку, за которой находился, всучил мне в руки листок бумаги и булку хлеба.
— Аdiоs amigo! — пулей вылетая из здания попрощался я и оказавшись на улице вонзил зубы в булку.
Кайф! Ароматный, хоть и начавший черстветь хлеб, принес море удовольствия, сытость в желудке и желание жить. Растянув губы в довольной улыбке, прислонился к стене здания и сполз на землю. Вот теперь можно почитать, что там дал мне каджит.
Маленький листок бумаги представлял собой копию таблицы, висящей на стене. Пояснения были написаны на доступном мне языке, и я углубился в изучения вопроса. Так, есть всего четыре тоннеля, понятно, что они после разветвляются, но вроде как между собой не пересекаются. Основная добыча идет в первых трех, в четвертый никто не ходит. Почему? А просто всё — дохнут там все.