DamnedDeus – Совершенный. Война никогда не меняется. Том 1 (страница 32)

Впрочем, одно из прав любого кормчего — изменять курс плывущего судна. Главное, чтобы трудились матросы и верно работало сердце корабля.

Сердце любого государства, а в общем смысле — любой организации, — это экономика. Даже если речь идёт о полутора сотнях человек, пребывающих в состоянии где-то между каменным и бронзовым веками. Распределять и обменивать блага им всё же как-то нужно даже при столь плачевных обстоятельствах.

«Вот только, а какие это будут блага? Каким образом люди будут их производить и обменивать?» — все эти вопросы приходилось решать в рамках реформирования слегка нетипичной родоплеменной общины в пародию на государство. И оказалось это таким геморроем, что только врождённая упёртость и хорошее образование не позволили мне бросить всё на половине пути, малодушно окунувшись в грех прокрастинации.

«Отложишь сейчас — придётся ломать потом, причём будет гораздо больнее. Нет, делать нужно сейчас, пока ещё возможно воспользоваться сменой власти, общественной эйфорией и эффектом каскадных изменений».

Первой и самой важной на очереди стала пища. Основа основ, без которой всё остальное для людей не имеет никакого значения. Пирамида Маслоу не даст соврать. Да и банальная логика подсказывает, что при постоянных рисках голода развивать общество не имеет никакого смысла. Так что браться за проблему пришлось всерьёз, изучая детали самым тщательным образом. И вот в процессе сего действа и выяснились довольно интересные моменты…

…- Ещё раз, что они там едят? — мучительно хотелось протереть глаза и уши, однако не поможет ведь.

— Каменная трава, — с мягкой улыбкой и смешинками в глазах повторила старушка-старейшина. — Разных цветов, она растёт на любых камнях, даже на звонких. И в степи растёт, и в темноте под землёй, и вообще всюду, куда зелёный туман добраться может.

Так. Это требует расшифровки.

Глухим камням мои дикари называют бетон, то есть «мёртвый камень». Звонким или же кричащим в свою очередь — различные металлы и сплавы, то есть «камни живые». От последних и получило своё название племя Кричащих камней, поскольку долгое время умели на достаточно высоком уровне работать с металлами, который набирали в находящейся относительно недалеко промзоне. Но с годами технологии оказались забыты, а потом ещё и промзону занял аванпост резчиков, так что теперь от старого ремесла осталось одно лишь название.

Каменная же трава… Насколько я понял, это была плесень. Необычная, вестимо, нужно ведь помнить в каком мире теперь живу. И необычной она была не только лишь из-за странных цветов, какой-то чудовищной эффективности и способности проедать натуральную сталь, но и благодаря довольно необычному поведению при размножении. Поведению, больше подходящему растениям, а не плесени.

Собственно, примерно раз в три-четыре месяца чёрный, фиолетовый и тёмно-синий виды грибка начинали цвести. Спорами. Почему-то тёмно-зелёного цвета. И спор этих было столь много, что на несколько недель город накрывал натуральный туман. Впрочем, ядовитой ни сама плесень, ни её споры не были и спокойно употреблялись в пищу многими живыми существами окрестных земель. В том числе и людьми.

— Подожди, — кажется, я только что наконец осознал один момент. — То есть ты хочешь сказать, что эти ваши лепёшки — они именно из этой «травы», а не какой-то степной?

В ответ старушка только ещё веселее улыбнулась, быстро показав ладонью утвердительный знак охотников племени.

— Ладно… — в принципе бетона вокруг много, так что организовать фермы вполне возможно. Конечно, это потребует экспериментов и вложений, да и сам продукт вкусным назвать язык не поворачивается, но от голода все средства хороши. — А ещё что-нибудь вы едите на регулярной основе? Плоды, корнеплоды, насекомых?

— Едим, — ответила старейшина. — Как же не есть? Вон, вдоль зданий кусты плетеня растут. Они раз в месяц плодоносят. Мало и наесться не получится, но сладко — детям нравится. Ещё на грядках моква, штеп да талень растут, все в суп идут. А лугрозу, каону и тревмеск мы для здоровья собираем…

Старушка всё говорила и говорила, периодически по моей просьбе сбиваясь на описания того или иного растения. А я тем временем мысленно обтекал.

«И как всё это правильно выращивать? Были бы земные — ещё куда ни шло, благо кое-что в памяти зацепилось. А с местными… Придётся положиться на аборигенов. Причём не на моих дикарей, понятное дело, а на более развитых местных и южан. Нужно только где-то достать хотя бы средненького агронома».

Одно хорошо — с животноводством таких проблем нет. Мелочь всякую наловить да в загоны посадить — дело нехитрое, главное только подходящие виды отобрать. Потомкам биогенетов, в отличие от природного зверья, на человека как минимум начхать, так что проблем с разведением в неволе быть не должно. Ну, теоретически по крайне мере. Но начнись даже трудности, это всё равно будет лучше, чем попытка возделывать совершенно незнакомые, да ещё ко всему и довольно сомнительные культуры.

Однако с семенным материалом необходимо начинать работу уже сейчас. Выделю пару девушек и детей в помощники, пусть проводят селекцию на отдельной грядке. Без высоких технологий это всё равно затянется на годы, если не на десятилетия, так что раньше начнём — быстрее получим результат.

Пока же можно было попробовать решить вопрос торговлей. Должна же она здесь имеется, при таком-то количестве племён и группировок!..

…- А с кем обмениваться-то? — скривившись в недовольстве, махнул рукой куда-то в сторону гипотетического центра города бывший вождь. Его имя, равно как и имена прочих членов племени я не запоминал — недостойны ещё такой чести. — Большие лагеря от нас далеко, а вблизи только резчики, которые бьют гром-палками по всем без разбору, да соседи наши, чтоб им пусто было. Им знать о бедах наших нельзя ни в коем случае — нападут, чтоб ещё сильнее ослабить племя.

«Ну… с такой стороны я вопрос не рассматривал. Действительно, о какой торговле может идти речь, если все желают друг другу исключительно болезненной смерти? Хотя, на Земле ведь это никому не мешало… Вот только сейчас я имею дело с людьми, которые рассусоливать с проигравшими не будут — всех мужчин вырежут, а детей с девушками позабирают в качестве трофеев. Причём последнее — ещё в лучшем случае, а то ведь могут и в суп отправить. И все всё знает, все всё понимают… В таких условиях внешняя торговля — это роскошь, доступная только при согласии всех заинтересованных лиц. То есть едва ли не обоих племён в полном составе».

— Неужели вообще никаких подвязок? — хотя бы с шрамированными контакты быть просто обязаны, да и Белые солнца к дикарям довольно нейтральны.

— Разве что отдельные купцы, — пожал плечами мой собеседник.

Что же, это плохо… и хорошо одновременно. Пусть обмениваться ресурсами не получится, зато, во-первых, информация о смене власти в Кричащих камнях будет распространяться куда медленнее рассчитанного, а во-вторых — малое количество дружественных контактов делает достижение моих целей несколько проще. Ведь при захвате власти в прочих племенах все они моей волей станут реальными союзниками, то есть будут и торговать, и воевать, и вместе вести хозяйство, а споры будут решать методом диалога. Иными словами делать всё то, что отличает соплеменников от чужих друг для друга людей. Пусть далеко не все смогут осознать этот момент разумом, однако вбитые воспитанием социальные рефлексы непременно заявят о себе, заставив относится к союзникам гораздо лучше, чем раньше относились к «закадычным соседям».

«На этот раз на моей стороне выступит сама госпожа Психология… Конечно, если оная осталась неизменна у существ, коих изредка людьми нельзя назвать даже при всём желании. Но так ли это может показать лишь время».

Что же до дел насущных — придётся обойтись без торговли. С дикарями не получится, пока мы не станем весомой силой, иначе встретим одни лишь ложь и разбой. С группировками, в целом, ситуация примерно такая же — равноценного обмена даже со шрамированными можно не ждать… Разве что кто-то из малых сподобиться на диалог, но там нужны проверенные контакты, которых у нас в наличии не имеется. Во всяком случае, не имеется на данный момент. И обзавестись ими в ближайшее время не получится, поскольку сохранять состояние неизвестности выгоднее, чем пытаться наладить снабжение через «цивилизованных». Тем более, без каких-либо гарантов в успешности данного мероприятия.

Так что печаль, беда и тоскливые вздохи, но придётся обойтись без колонизаторов в пробковых шляпах, что прибыли в Фемест с целыми телегами стеклянных бус. Сами как-нибудь всё отстроим, сами — ручками, ножками и какой-то матерью. Так, глядишь, и экономику возвести получится!

Уж я-то об этом позабочусь…

…«Промышленность… Ну какая у племени дикарей может быть промышленность, право слово?» — невольно морщился я, перечитывая дневники с планами. — «Так, кустарное производство разве что. Ну, или как максимум — распределённая мануфактура, то есть та же кустаршина, только с чётким разделением труда и хотя бы зачатками механизации. И вот именно этот самый максимум мне и нужно достигнуть, причём сразу же в нескольких областях. Ага, при острой нехватке людей и ресурсов, ведь племени нужны воины и пища, при откровенно никакущей квалификации большинства остальных, при наличии целых династий ремесленников, которые могут начать сопротивляться прогрессу, и при отсутствии у меня знаний как об организации процесса, так и об обеспечении его технической части. Уже предвкушаю километры вымотанных нервов у себя и подчинённых!»