Дамарис Янг – Дверь в сад чудовищ (страница 6)

Башенки и зубцы Дайспер Холла чётко вырисовывались на фоне ночного небосвода. Каждая часть огромного сооружения казалась странно вывернутой в разные стороны. Самая высокая башня упиралась в низкое облако, которое всегда висело над мрачным чертогом, и напоминала моток колючей проволоки, за которую зацепился серый рваный клочок. Не помню, видела ли я вообще здесь чистое небо, хотя бы летом.

Особняк окружали величественные стены. Они вгрызались хищными зубами в мягкую почву болот. Несмотря на то, что в жилах кровь стыла от страха, я вытянула шею, пытаясь заглянуть на территорию Дайспер Холла, чтобы хоть одним глазком увидеть загадочных животных, которые, должно быть, уже давно там обитали.

С противоположной стороны Дайспер Холла раскинулось море.

Море служило границей нашего мира и не было похоже ни на что иное. Стихия обладала разумом и жила своей жизнью. Мама говорила, что у моря есть глаза, уши и зубы: оно может поглотить любого, если он недостаточно осторожен.

Но для меня море и болота означали свободу. Когда ферма осталась позади, я почувствовала, что мне легче: так легко, что казалось, будто ещё чуть-чуть, и ветер подхватит меня и унесёт неведомо куда. Мне даже немного захотелось очутиться там, где ещё никто не бывал, ни один человек. Там, где начинаются приключения.

Я настолько погрузилась в свои мысли, что чуть не потеряла равновесие, когда Мерлин внезапно остановился.

Конь нервно отпрянул в сторону, гадая, куда двинуться дальше.

– Хорошо, давай я пойду пешком.

Я соскользнула с его спины, приземлившись на мягкий мох.

– Посмотрим, что здесь можно найти.

Я не боялась темноты и пустоши, раскинувшейся передо мной. Но сердце тяжело застучало в груди, когда ветер взъерошил волосы и начал теребить одежду, словно меня окружил целый рой привидений. Над головой сгущались тучи, и задушенные ими звёзды гасли одна за другой. Пахло дождём. Нужно было торопиться.

Я вслушивалась в каждый звук и пристально вглядывалась в заросли вереска и папоротника: не мелькнёт ли Мэйзи светлым пятном.

Это было близко к месту, где прошлым летом мы с мамой собирали чернику. Тогда я нашла там заброшенную барсучью нору.

Если Билл старался держаться подальше от Дайспер Холла, он точно не мог наткнуться на нору.

Мэйзи, наверное, заблудилась где-то поблизости.

– Пойдём, Мерлин, уже недалеко, – подбадривала я старого коня.

Мы шагали по овечьей тропе, огибающей Дайспер Холл, держась поодаль от высоких серых стен. Я трижды громко свистнула, сунув пальцы в рот, и стала внимательно слушать. Кажется, до меня донёсся ответный вой, но такой слабый, что я даже не была уверена, не почудился ли он мне.

Я свистнула снова.

На этот раз вой прозвучал явственно.

– Сюда, Мерлин! – скомандовала я.

Овцы на болотах паслись вместе с неприрученными животными, поэтому пастбище выглядело полудиким. Здесь можно было встретить и дичь, и охотников, и птиц, круживших в небе, и всякую живность под землёй. Ледяной воздух пощипывал лодыжки и бросал в дрожь.

Свистнув вновь, я замерла и затаила дыхание. Кто-то заскулил совсем рядом, слабо, но вполне различимо. Это собака. Не лиса и не барсук – именно собака, испуганная, потерянная и одинокая.

– Мэйзи! – позвала я.

В ответ раздался отчаянный визг, и я поспешно бросилась на звук.

В барсучьей норе мелькнула чья-то пасть.

– Мэйзи? – спросила я и наклонилась к отверстию.

Оттуда высунулся маленький нос и донёсся благодарный вой.

Я разгребла колючие кусты, легла на живот и просунула руку в нору. Суетливый комок шерсти и слюнявый язык бурно приветствовали меня, и я засмеялась от радости.

Мэйзи запуталась в зарослях вереска, многочисленные колючки застряли в густом мехе овчарки.

– Держись, Мэйзи, – успокоила я собаку.

Я нырнула в нору глубоко, насколько могла, а потом принялась карманным ножом осторожно разрезать стебли, опутавшие Мэйзи.

– Потерпи немного.

Наконец я высвободила бедняжку, и она сразу ринулась наружу, пытаясь протиснуться у меня между коленями: в итоге мы обе повалились на землю.

– Глупая девочка, как ты нас напугала!

Когда тёплое дыхание Мэйзи коснулось моей щеки, на меня нахлынуло блаженное облегчение. Собака жива и в безопасности.

– Поедем домой, Мэйзи!

Я подвела коня к пеньку, посадила Мерлину на спину овчарку, а затем запрыгнула туда же сама.

Мэйзи была небольшой собакой, да и Мерлина оказалось трудно чем-то смутить, и вскоре мы очень удобно устроились.

– Молодец, Мерлин! – похвалила я старого коня, а моё сердце наполнилось гордостью за верного друга.

Неприступные стены Дайспер Холла теперь были справа, загораживая море, однако до меня явственно доносился плеск волн о скалистый берег и долетал запах соли и водорослей.

Мерлин быстро нёсся вперёд, забирая влево, как будто путь ему преграждали невидимые враги. Я заметила, что он старается держаться как можно дальше от Дайспер Холла.

Нервная дрожь коня передалась и мне: я едва не подпрыгивала от каждой тени и каждого звука. Ветер то и дело набрасывался на нас и яростно трепал гриву Мерлина и мою одежду.

– Ого, Мерлин! – восклицала я, стуча зубами, но стараясь успокоить и подбодрить скакуна.

Внезапно наверху громыхнуло. В лицо брызнул дождь. Болото озарилось вспышкой слепящего света, и новый удар грома прокатился по небу.

Мерлин громко заржал и попятился. От пронзительного звука вся моя храбрость разлетелась на мелкие кусочки.

– Тише, Мерлин! До дома уже недалеко.

Я изо всех сил вцепилась в поводья.

В который раз мне приходилось возвращать коня на тропу.

– Не надо сворачивать с дороги. Иначе мы потеряемся на болоте, – повторяла я, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее.

И вдруг я различила то, к чему, наверное, Мерлин так чутко прислушивался всё время. Это был звук, который я слышала раньше: он походил на стон разверзающейся земли или глухой обвал в пещере. Он пробирал до самых костей, и я чуть не свалилась со спины коня от испуга.

– Ого, малыш! – вскрикнула я, чтобы прогнать страх.

Мэйзи дрожала и льнула ко мне, спрятав морду у меня под мышкой. Я крепче прижала собаку к груди.

Стон прозвучал снова, переходя в рык, от которого кровь вскипела в жилах и застыла, а затем – в протяжный вой, такой пронзительный, что уши сразу заложило.

Мерлин вздыбился, запрокинув голову. Я потеряла равновесие и, не выпуская Мэйзи, грохнулась на землю. Овчарка вывернулась из моих рук и бросилась прочь по тропинке, ведущей к дому Билла. Конь помчался следом.

Вскоре они исчезли в темноте. Я осталась одна, глотая ртом воздух и ощупывая себя. Убедившись, что вроде бы ничего не сломано, я осторожно встала.

– Как-то не очень здорово получается, Кора, – пробормотала я сердито.

Дождь уже не просто накрапывал, а лился потоком, просачиваясь сквозь свитер. Я знала, что во время грозы лучше не шататься по болотам под открытым небом.

Рядом находились только стены Дайспер Холла. Можно, наверное, укрыться возле них: я ведь снаружи, а не внутри? Собственно, выбора-то у меня и не было.

Я прислонилась к стене и стала ждать, когда закончится гроза.

Глава 4

Вой до небес

Я, должно быть, заснула: меня разбудила песня жаворонка. И хотя одежда ещё была мокрой от дождя, я чувствовала солнечное тепло. Вдруг на колени упал камешек. Я с удивлением подняла его.

Откуда он взялся? Подняв голову, я увидела каменную арку. Тяжёлые металлические ворота под её сводом были наглухо закрыты. Причудливые завитушки на них покрылись ржавчиной и буйной порослью сирени, в которой копошились бабочки. Сквозь решётку я разглядела дубы и заросли терновника, а ещё тропинку, уходящую куда-то вправо. Дрозд-белобровик яростно верещал: «Йак! Йак! Йак!» – и крошечная птичка испуганно упорхнула от его крика в густую зелень.

С противоположной стороны ворот на меня глазел белобрысый неумытый мальчишка примерно моего возраста.

– Привет! – сказал он и расплылся в улыбке, обнажив два ряда кривых зубов. – Я кидал в тебя камешки, чтобы разбудить. Ты храпела.

Что? Ведь Дайспер Холл закрыт для публики много лет. Может, мальчик – член семьи Кавендиш?