Далиша Рэй – Олигарх желает жениться… (страница 9)

Перед этим мы долго ехали до дома, вернее, дворца олигарха. Не разговаривали, даже из вежливости не пытались. В салоне чуть слышно звучала музыка и витал запах дорогой кожи и строгого мужского парфюма.

Я сидела, отчаянно выпрямив спину и постоянно ловила взгляд мужчины в зеркале заднего вида. Смущалась, опускала глаза, чувствуя, как по телу бегут мурашки, и изо всех сил стараясь сохранить непроницаемое выражение лица.

Было ужасно неловко находиться с ним в маленьком замкнутом пространстве салона, почти задыхаясь под взглядом его холодных глаз и под давлением его бешеной энергетики. Только присутствие Даньки, сладко сопящего у меня под боком, не давало мне окончательно скатиться в панику и позволяло хоть как-то сохранять видимость спокойствия.

Когда мы, наконец, добрались до ярко освещенного крыльца огромного дома, то принялись осторожно вынимать из салона заснувшего по дороге Даньку. Потом в четыре руки неловко, все время сталкиваясь и мешая друг другу, раздевали его и укладывали в постель.

После этого Славинов проводил меня до комнаты на том же этаже, что Данькина, но в другом конце длинного коридора.

У двери олигарх, тоже выглядевший порядком уставшим, остановился. Потер лоб и распорядился:

– Мирослава, в общем, устраивайся, и сама тут разбирайся и командуй. Расписание Данькиных занятий у него в комнате. Если что-то понадобится – обращайся к экономке. Ее зовут Инга – просто скажешь, что тебе нужно, и она все сделает.

После этого Славинов повернулся и, не прощаясь, пошел по коридору прочь. Но вдруг остановился и резко обернулся. Усмехнулся, успев увидеть, как я, приоткрыв рот глазею на его обтянутую черной футболкой спину:

– Что ты углядела во мне, маленькая психологиня, что так смотришь?

Повернулся и пошел обратно с таким видом, что я опять начала испуганно пятиться к двери. И уже всерьез собралась запрыгнуть в комнату и запереться от него на ключ, когда в шаге от меня он остановился:

– А, колючка Мирослава? Чем я удивил тебя?

Я глотнула пересохшим горлом. Не в силах смотреть ему в лицо, уставилась на выглядывающий из горловины футболки край цветной татуировки.

С трудом выдавила:

– Мы можем с Даниилом съездить куда-нибудь? Цирк, или зоопарк? Или в парк покататься на великах. Или ему разрешены только дом и занятия?

Возвышаясь надо мной Славинов помолчал, проходясь по моему лицу все тем же, ужасно смущающим меня взглядом, и вдруг спокойно произнес:

– У Даньки в школе каникулы. Если хочешь, можешь на эти три дня устроить ему отдых и от дополнительных занятий тоже. Решай сама чем вам заняться, Мирослава. Это ты его мама, а не я.

И довольно глядя в мои изумленные глаза и до неприличия широко открывшийся рот, небрежно спросил:

– Какой подарок привезти тебе из Сингапура?

***

…… – Эй, я к тебе обращаюсь! – выдернул меня из задумчивости резкий голос.

– А? – я вопросительно взглянула на стоявшую передо мной женщину. – Простите, не расслышала, что вы сказали.

Женщина поджала губы, покрытые коралловой помадой, и недовольно процедила:

– У проживающей в доме обслуги завтрак в семь тридцать, в столовой цокольного этажа. Опоздаешь – будешь ходить голодной до обеда. Тебе понятно?

Я кивнула головой:

– Понятно, конечно. Завтрак для обслуги в семь тридцать. Кто вы и как вас зовут?

– Меня зовут Василина Сергеевна. Я старшая горничная, и вся внутренняя обслуга в моем подчинении, – брюнетка еще презрительнее скривила губы и вдруг зло выплюнула, заглянув поверх моей головы в комнату:

– Странно, что тебя поселили здесь. Видимо, по ошибке сунули в первое попавшееся помещение. Ничего, подберем тебе другое место, так что можешь пока не распаковывать свои вещи.

Я с любопытством рассматривала красивое, сейчас перекошенное злостью лицо женщины. Интересно, она по жизни такая, или это индивидуальная реакция на мою персону?

Решив пока не искать ответ на этот вопрос, снова кивнула и повторила:

– Старшая горничная Василина Сергеевна. Я запомню вас.

После чего добавила в голос металла и глядя хамке в глаза отчеканила:

– Итак, первое. Меня зовут Мирослава Юрьевна. Потрудитесь запомнить мое имя и обращайтесь ко мне только так. И на «вы», естественно.

– Далее, – скопировав взгляд хозяина этого дома, холодно оглядела посеревшую лицом дамочку. – Завтракать я буду вместе с Даниилом. Причем тогда, когда мы с ним этого сами захотим. И где захотим. Сегодня мы позавтракаем у него в комнате.

Я задумалась, в упор глядя во взбешенные глаза женщины:

– В девять тридцать, пожалуй. Распорядитесь на кухне, чтобы еда для нас была готова к этому времени. Мне кофе с молоком и омлет. Даниилу то, чем он завтракает обычно. На завтра я скорректирую его меню, если сегодняшний его завтрак меня чем-то не устроит.

Повернулась, чтобы закрыть дверь, но в последний момент вспомнила одну вещь:

– Да, еще я хочу увидеть экономку. Передайте, что перед завтраком жду ее у себя.

Посте этого, в полной уверенности, что нажила себе смертельного врага, захлопнула дверь перед взбешенным лицом красотки.

Доползла до кровати и рухнула на нее, чувствуя, что сна не осталось ни в одном глазу – славно началась твоя временная работа, Мирослава!

Повозилась, устраиваясь поудобнее – плохо с такого начинать свое обустройство в чужом доме. Но и позволить так с собой разговаривать, как эта Василина, было бы неправильно.

Ладно, мое дело – младший Славинов. И это всего на три дня. Как-нибудь постараюсь их пережить, даже если злобные старшие горничные будут выливать на меня океаны своей ненависти.

Глава 13

Я лежала, глазела на потолок с красивой лепниной и размышляла о стычке со старшей горничной. Что это сейчас было, с чего она решила, что я в доме Славинова на положении обслуги?

Не думаю, что личная няня Даньки занимает положение, равное рядовым горничным или садовникам. Как-никак, это персона, допущенная к наследнику, значит и положение у нее особое. Должно быть таким, по моему разумению. И пусть я временно исполняю эту роль, но сути это не меняет.

А значит, или старшая горничная слишком много на себя берет. Или такие распоряжения относительно меня оставил Славинов. Но на олигарха это не очень похоже. Поэтому, остается самодеятельность этой Василины.

Пошевелилась, устраивая затылок поудобнее и продолжила анализ ситуации. Не могу сказать, что мне было приятно обмусоливать эти вещи, но старшая горничная попыталась меня откровенно унизить. Вопрос – зачем?

Уныло вздохнула – да и Славинов… недурен, чего уж себе-то врать. Он и в своих костюмах стоимостью в пару тысяч долларов смотрится потрясающе. А уж вчера, когда, уложив Даньку в кровать, снял с себя толстовку, оставшись в простой черной футболке и джинсах, я вообще обалдела.Она по жизни стерва, или… Или у нее что-то есть с олигархом, и мое появление ее чем-то насторожило? Вообще, мне показалось, что Славинов не тот человек – дома не гадит и со служащими отношения не заводит. Хотя, с чего ему сдерживаться – он холост, а она красивая женщина..

Беспокойно заворочалась, вспомнив, как ночью в спальне Даньки заставляла себя не пялиться так откровенно на Славинова. Заставляла, и все равно глаза никак не могли перестать исподтишка рассматривать его. Рослого, плечистого, с неожиданными татуировками на предплечьях и у основания шеи, и подтянутой задницей. И главное, никакого живота! Не то, что у Димы с его мягкой округлостью в районе пресса.

– Ч-черт! – выругалась сквозь зубы, чувствуя, как загорелось волнение внизу собственного живота, а во рту внезапно пересохло. – Похоже, ты тайная эротоманка, Мирослава Юрьевна!

Я еще поглазела в потолок, решив, чем думать о Славинове, лучше поразмышлять, чем может мне навредить ненависть старшей горничной.

Поразмышляла и поняла, что думать об этом не хочу, а хочу о Славинове и его плечах и татуировках. Вздохнула печально и поднялась с кровати – заснуть, похоже, больше не удастся. Пойду приму душ и приготовлюсь к началу рабочего дня.

Перед походом в ванную решила внимательно рассмотреть, куда олигарх меня поселил, чтобы понять, почему это так возмутило хамоватую старшую горничную.

Рассмотрела и поняла!

Комната была вообще не комната, а отдельные апартаменты с прихожей, спальней и гостиной. Плюс гардеробная размером с баскетбольную плащадку, нынче абсолютно пустая. Также в наличии имелся огромный балкон, скорее терраса, выход на которую был и из спальни, и из гостиной. И обстановка, конечно…

Изысканная классика: дорогущая деревянная мебель, пышные ткани, сложные драпировки штор. Отделка стен и пола соответствовала этим просторным комнатам с высокими потолками. Вдогонку к ним, изящная лепнина на потолке и хорошие картины в узких рамах на стенках. Явно, не для простой няни комнатки.

Ну то же, красиво жить не запретишь. И это все мое на целых три дня! Если, конечно, милашка Василина не выселит меня отсюда. Но если что, я буду сопротивляться! Мне здесь уже нравится.

В ванной комнате, тоже очень большой, богато оснащенной всем необходимым для моего временного счастья, я провела целый час.

С наслаждением постояла под душем, без конца меняя его режимы. Перенюхала батарею стоявших там флаконов, пока не нашла, что мне понравились. Потом долго намыливала волосы и тело, смывала и снова неспешно намыливала. Все пыталась почувствовать себя богатой дамой, постоянно живущей в такой вот роскоши.