Далиша Рэй – Измена.Любовь (страница 23)

— Павла, что такое? — встревоженно прозвучал знакомый голос над головой, и я вмиг обмякла, почти повиснув в мужских руках. Всхлипнула, и изо всех сил вцепилась в Платона, тычась заплаканным лицом ему в грудь.

— Ну-ну, что такое? — Платон прижал меня к себе и принялся гладить по спине.

— А ну стой, гадина! — раздался вопль козла Димы, вслед за мной вылетевшего в коридор. Увидев брата, он визгливо заорал: — Плат, твоя девка мне глаз подбила! У меня синяк может быть!

— Я тебе сейчас его вообще выбью! — рявкнул Платон. — Быстро ключи от моей квартиры выложил и пошел отсюда.

— Братишка, ты чего? Эта тварь меня ударила! — снова взвизгнул красавчик.

Не обращая на него внимания, Платон взял меня за плечи, отодвинул от себя и внимательно оглядел с ног до головы. Спросил:

— Павла, он тебя обидел? Ударил?

Я помотала головой и засмеялась — весь страх мгновенно улетучился, стоило Платону оказаться со мной рядом:

— Нет. Только скальп чуть с меня не снял, индеец недоделанный.

Коротко кивнув, Платон задвинул меня себе за спину. Потом схватил немелкого Диму за шкирку, и, словно котенка, потащил к двери. Вытолкнул сопротивляющееся тело из квартиры, и захлопнул за ним дверь.

Вернулся ко мне и снова обнял. Прижал к груди, обхватил затылок широкой ладонью и принялся его гладить и перебирать мои волосы.

— Все, все, моя хорошая. Все прошло. Он больше к тебе не подойдет, я за этим прослежу. Прости, я совсем забыл, что когда-то давно дал ему ключи от своей квартиры. Дима ни разу не приходил сюда в мое отсутствие. Не понятно, с чего его сейчас принесло…, - Платон обнял ладонями мое лицо. Наклонился и быстро поцеловал в губы.

Облегченно выдохнув, я обхватила его за шею. Уткнулась носом куда-то под скулу и спросила:

— Ты обиделся на меня? Ушел, даже не поев…

— Нет, не обиделся. Но… огорчился, — мне показалось, что он улыбается. — Ты переживала, что я остался голодным?

— Угу. И из солидарности тоже не стала есть, — промычала я. Втянула в себя его умопомрачительный аромат, провела носом по крепкой шее и, неожиданно для себя, прижалась к ней губами. А потом еще и слегка прикусила, тут же лизнув это место языком.

Мужские руки на моей спине дрогнули. Платон длинно выдохнул и хрипло спросил:

— Павла, что ты делаешь…?

Глава 33

Я подняла голову и взглянула в напряженно смотрящие на меня глаза Платона. Облизнула пересохшие губы и потянула узел его галстука, ослабляя.

Пробормотала смущенно:

— А сам как думаешь?

— Павла, я уже боюсь гадать. С тобой все ужасно сложно, и… непредсказуемо.

— Хороша бы я была, если бы оказалась простой, как циркуль — куда потянули, то и нарисовала. Соблазняю тебя, вот что я делаю,

Стянула с его шеи галстук, отбросила в сторону. Немного подумала, и принялась расстегивать верхнюю пуговицу на рубашке.

Платон стоял, опустив руки, не помогая, но и не мешая. Только блеснул зубами в хищной улыбке:

— Тогда, раз довела до соблазна, доводи и до оргазма.

— Ты хам и зануда, — я прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться.

Господи, спасибо, что у этого мужчины есть чувство юмора! Иначе я померла бы от неловкости — пожалуй, впервые в жизни сама склоняю мужчину к сексу.

Откинула голову, рассматривая его голую грудь в распахнувшемся вырезе рубашки:

— Еще скажи: — «я не знаю, что должен сказать, чтобы просто заняться с тобой сексом. Но давай предположим, что я все это уже сказал, и перейдем непосредственно к нему».

Мужские руки легли на мою талию, и медленно двинулись вверх, собирая ткань халата.

— Мне нравится, что у тебя на языке все то же самое, что и на уме, Павла. И нет, я не скажу этого. Я не хочу заняться с тобой сексом просто ради секса.

Мои пальцы, выпутывающие очередную пуговицу из петельки, замерли. Во рту стало сухо. Я подняла к нему лицо и прикрыла глаза.

Попросила:

— Тогда просто поцелуй меня.

Теплые ладони обняли мои скулы. Платон наклонился и прошептал мне в губы:

— И правда, сколько можно болтать. Если вовремя не поцеловаться, то можно навсегда остаться просто друзьями, — а следом, и правда, поцеловал.

Нежно и мягко, так же, как в прошлый раз, умело приласкал губы, раскрывая мой рот своими губами. Наполняя его настойчивыми прикосновениями языка, от которых у меня мгновенно поплыло сознание.

Осторожно прикусывая, вдыхая мои стоны и короткие всхлипы, которые я не смогла удержать. Неспешно провел губами по линиям моих бровей. Поймал движение ресниц…

— Красивая… — обвел кончиками пальцев контуры щеки.

Спустился на скулу, и повел вниз по шее, разгоняя по моему телу сладкие мурашки. Наклонился и прижался губами к ямке между ключиц.

Лизнул, заставив меня дернуться от удовольствия:

— Вкусная…

— Платон, — простонала я, чувствуя, что ноги подгибаются и больше меня не держат. Не знаю зачем, попыталась отодвинуться от него.

— Куда собралась? — он подхватил меня под попу и понес куда-то, не переставая целовать: — Моя красавица… уже не отпущу, даже не надейся.

В своей сине-стальной спальне остановился у кровати, поставил меня на пол и попросил:

— Разденься для меня…

— А ты? — я склонила голову к плечу, рассматривая его. — Разденешься первым?

Вместо ответа он взялся за пряжку ремня. Глядя мне в глаза, расстегнул и медленно потянул рубашку из брюк. Неспешно вынул запонки из петелек рукавов. Стянул рубашку с плеч и остался в одних брюках.

Сглотнув скопившуюся во рту слюну, я стояла и шарила глазами по его гладким мускулистым плечам. Сползла взглядом на покрытую темной порослью волос грудь. И ниже, к подтянутому плоскому животу.

Снова вскинула взгляд на лицо и хрипло попросила:

— Дальше…

— Твоя очередь, — он полыхнул глазами и шагнул ближе ко мне. — Теперь ты…

Я взялась за концы пояса халата и медленно потянула. Раздвинула полы и, задержав дыхание, повела плечами, сбрасывая его на пол.

Осталась стоять под темнеющим мужским взглядом, чувствуя, как по коже бегут горячие иголочки ео взгляда.

— Дальше ты, — я запустила большие пальцы под резинку трусиков, оттянула и чуть-чуть спустила их вниз. Глядя в горящие огнем глаза, прошептала: — А потом снова я…

— Дальше мы вместе…, - Платон шагнул ко мне. Обхватил ладонями талию. Стиснул, толкнул на себя и прорычал:

— Не могу больше, так тебя хочу…

Я уперлась ладонями в его твердую грудь, забралась пальцами в темные волосы, и замерла под жгучим, горевшим голодом взглядом. И не в силах больше сопротивляться, обмякла, сдалась, чувствуя, как плавлюсь в этом пламени…

— Павла-а. — пробормотал он хрипло и потянулся ко мне. — Девочка моя сладкая…

Нетерпеливые горячие руки уверенно смяли мою спину. Сладко стиснули ягодицы и снова пошли вверх по спине. Поднялись к шее, касаясь позвоночника твердыми пальцами.

Занырнули в волосы, перебирая их и трогая затылок, так, что в моей голове что-то взорвалось огненным фейерверком.

Снова спустились к пояснице, стискивая ее до сладкой, восхитительной истомы.

В следующий миг я уже лежала на кровати, прижатая его обнаженным, горячим телом. Бесстыдно стонала и льнула к нему.