Д. Замполит – Герильеро (страница 25)

— Ты что творишь? — прошипел Вася, когда подскочил к Хосе, припер его к стенке и взял за горло.

Боевик нервно дернул шеей, выскользнул из захвата и двинулся к окну.

— Этих свиней надо убивать всех поголовно!

Опять в Васином мозгу словно издалека сложилось понимание — такой боец может легко пойти вразнос. Он дернул Хосе за плечо и, не обращая внимания на нож в его руке, развернул к себе лицом.

— Ты не в Аргентине, гаучо! Твоя война там, а здесь, в Боливии, будешь делать только то, что мы решили, понял?

— Понял, понял, — недовольно скинул руку с плеча Хосе.

— А на выходе — только то, что прикажет командир!

— Да ясно, отстань ты уже от меня!

Вася просто осатанел. Он тряхнул Хосе за грудки и снова припер к стене так, что оказался нос к носу с аргентинцем.

— Не «отстань», а «так точно, товарищ командир!» — прошипел он прямо в лицо боевика.

Глядя в глаза касику, Хосе отчетливо понял, что этот индеец куда более бешеный, чем он сам. И что Тупак не задумается убить за нарушение приказа.

— Так точно… товарищ командир…

— Свободен, — Вася толкнул Хосе вбок, — собирай оружие и патроны.

Повертев в руках нож, о котором он в стычке даже забыл думать, Хосе обтер его, сунул в ножны и, скептически хмыкнув, принялся за дело.

Стараясь не наступать в кровь, они собрали пистолеты, магазины к ним и вскрытый цинк с патронами. Найденной монтировкой Катари выломал дверцу несгораемого шкафа, откуда извлекли нетолстую пачку купюр и несколько конвертов с деньгами. Затем вырвали телефонные провода и засыпали все вокруг листьями коки из принесенного с собой мешка.

Что самое приятное в профессии партизана? Появляться там и тогда, где тебя совсем не ждут. Кусок мяса, сдобренный хитрыми отварами деда, уложил пса спать не сразу, но надежно, кабыздох только лениво приоткрыл глаз, когда группа кралась мимо него в дом коррехидора.

— Доброе утро, сеньор!

Хозяин, даром что спал, подскочил как будто его ткнули булавкой и оглядел гостей безумными глазами: две темные тени с повязками на лицах и тускло блестящими стволами пистолетов. Он шарахнулся к стене, прикрываясь натянутым на себя одеялом и вскрикнул:

— Помоги…

Но сильная рука заткнула ему рот, а сунутый в нос пистолет, остро пахший маслом и порохом, добавил сговорчивости.

— Не надо шуметь и никто не пострадает.

Коррехидор мелко затряс головой.

— Сеньор Гаррибия, вы же здесь главный? — спросила одна из теней и продолжила после трясения головой. — У нас в вашем кантоне бизнес. Небольшой, но очень серьезный, понимаете?

Вася говорил на испанском, старательно усиливая кастильский акцент, а сам тревожно думал, как там Хосе. Аргентинца после резни на посту он оставил снаружи вместе с Катари, тихо приказав последнему если что — придушить Хосе. Здоровяк только кивнул, вот уж на кого Вася мог положится… Искай должен контролировать служанку и, судя по тишине, у него все в порядке. Так что с коррехидором Вася беседовал на пару с Римаком.

— Мы очень хотим жить с вами в мире, но нам постоянно мешают. Вы бы не могли нам помочь?

Слегка придушенный мэр, которому, наконец-то освободили рот, еле слышно прошептал:

— Чем именно? Я готов, только скажите!

— Нам очень не нравится ваше внимание к одной айлью. Это мешает нашему бизнесу, понимаете?

— Но это не я! Это все полиция! — попытался перевести стрелки Гаррибия, но чуть не обосрался, когда услышал следующие жуткие слова гостя.

— Полиция нам больше не помешает. Никогда. Теперь дело за вами.

— Да-да. Конечно, я понимаю, — залебезил волостной предводитель, — можете рассчитывать… Клянусь Мадонной, я больше никогда…

— Не надо клясться, это грех, — почти ласково сказал гость, зажег ночник и сунул в руки хозяину бумагу и карандаш. — Пишите расписку.

Пока коррехидор писал под диктовку, Васю все больше отвлекался на звуки из глубины дома. На драку это были никак не похоже — сперва бубнение, потом скрип мебели, потом охи и вздохи и, наконец, женский стон.

«Господи, хоть бы Искай там никого не прирезал.»

Вася указал место, где расписаться, свернул бумагу вчетверо и спрятал ее на груди.

— Никому не говори. Не надо. Тем более телефон все равно не работает. — утешил он хозяина и поднялся. — Мы уходим. Надеюсь, вы все поняли и теперь долго нас не увидите. А это вам небольшой аванс.

— Да-да, сеньор… простите, сеньор, как вас называть?

Но пришелец ожег его таким взглядом, что коррехидор заткнулся и еще минут десять молился, зажмурив глаза. Потом пересчитал деньги, поднял трубку, убедился, что сигнала на линии нет, медленно встал и наощупь побрел по дому во двор.

Пес дрых, задрав лапы вверх и только глухо взвизгнул, получив удар ногой в живот.

— Флорита! Флорита, где ты!

Служанка с растрепанными волосами поправляла съехавшую ночную рубашку и счастливо улыбалась.

— Шлюха! — влепил ей пощечину работодатель, хоть так сорвав злость от ночного визита.

Результат, конечно, достигнут на сто процентов, даже больше, на сто сорок шесть, но Вася все равно не знал, как унять недовольство. Не помогали ни добытые кольты, ни приличная сумма денег, ни даже изрядный запасец пистолетных патронов. На пятерых в группе — один кровавый маньяк и один сексуальный террорист. Партизаны, твою мать, ужас, летящий на крыльях ночи.

Довольный, как объевшийся сметаны кот, Искай по дороге весело рассказывал, как он за пять минут уболтал служанку и что с ней сделал. Пришлось вразумлять лучшего разведчика — трахайся хоть все ночи напролет, только не на задании.

Успокоить раздрай в мыслях Вася поперся к Габриэлю, как самому старшему и опытному. Парагваец выслушал его, пожал плечами и спокойно сказал:

— Это неизбежно. Знаешь, с послушными мальчиками лучше всего готовить праздник в школе или служить в тихом офисе. А чтобы воевать, нужны непослушные, чокнутые, не знающие страха. И тут уж выбирай — или у тебя будут послушные, но слабые бойцы, или сорвиголовы, которых надо крепко держать в руках. Такая вот судьба командира, парень.

Чуть поодаль дед Контиго проводил нечто похожее на медосмотр: весть о Тупаке Амару ширилась, новички прибывали по одному-два в день. Кое-кого дед забраковал по молодости или слабости, двоих с ходу принялся лечить, но в строй уже набралось почти два десятка человек. Оружия пока хватало, но если дело пойдет и дальше такими темпами, то проблемы кормежки и боевого снабжения встанут во весь рост.

— Спасибо, Габриэль. Как вам новобранцы?

— Тяжело. Все-таки без начальной школы трудно получить хорошего солдата.

— Ну, чем богаты. Кстати, учить их тоже надо — письму, счету, да просто испанскому. А вам с Хосе нужно освоить кечуа.

Габриэль с оторопью уставился на касика. Ну да, многовековое убеждение, что процесс должен идти только в одну сторону — даже лучшие подсознательно уверены, что это индейцы должны учить испанский, а не наоборот.

— Новичков будет больше, Мамани не сможет переводить для всех. Вообще, вам втроем с ним и Хосе надо выбрать место под тренировочный лагерь. Вас я назначаю начальником лагеря.

— Слушаюсь, мой капитан! — шутовски вытянулся Габриэль.

— И еще. У вас богатый опыт в подполье, — Вася чуть было не сказал «и разведке», — надо продумать процедуры проверки. Наверняка полиция и контрразведка будут засылать агентов.

— Проверять только новых?

Вася растянул уголки губ — Габриэль задал очень правильный вопрос.

— Всех. Время от времени.

На двери Escuela Santa Rosa de Lima висели замок и бумажка. Замок недвусмысленно говорил, что школа закрыта, невзирая на учебный день, а бумажка извещала, что ученики с фамилиями от A до L переводятся в школу Lidia Quintana, а все остальные — в школу Gonzalo Drees. Куда переводится учительница Исабель Кордоба, бумажка не сообщала.

Вася дошел до ее дома и предсказуемо обнаружил его пустым. Говорливая соседка рассказала, как сеньорита собралась и уехала, какие вещи перевозили, как выглядел водитель и его фургончик, но вот куда именно уехала Исабель, не знала.

Не знали и в школе Lidia Quintana, Вася уже приготовился к облому, но в Gonzalo Drees все знали и даже дали адрес, по которому она будет работать в Санта-Крусе. Значит, нам туда дорога… Хорошо хоть в Комарапу пришел с Искаем, не придется думать, как оповестить остальных, что касик не вернется в оговоренный срок.

На городском рынке нашелся водитель, ехавший в столицу департамента и за помощь в погрузке согласился прихватить пассажира — вдвоем все равно веселее. Пять часов в бразильском микроавтобусе, под завязку набитом мешками, и с болтливым водителем, повернутым на футболе, оказались сродни филиалу ада на земле. За время поездки Вася успел выучить расписание игр чемпионата мира, получить полное представление о сексуальных девиациях судей, узнать, что Роча, Санча и Гарринча[35] — это не разная чича, а вообще-то три человека и вообще подковаться для серьезной беседы о футболе в любой забегаловке. Да этот сумасшедший знал по именам даже корейских футболистов!

В конце пути Вася сбежал от него при первой же возможности, но потом огляделся и призадумался — а точно ли они доехали до Санта-Круса? Раскинувшийся вокруг город совсем не производил впечатления второго по величине в стране и «сердца Боливии», а походил на большое село. Пасущиеся на окраинах коровы, грунтовки вместо асфальта (то есть Комарапа реально крута, коли заасфальтировала главную улицу), циновки у порогов домов, висящие там же на галереях гамаки… И бешеное количество джипов различных марок — на главной улице из каждых десяти припаркованных встык машин насчитывалось как минимум восемь, а то и девять внедорожников. Причем большинство из них были с тентами и без дверец — подходи и садись, о чем Вася сделал зарубочку на память. И как с асфальтом в Комарапе, стало ясно, что Фернандо тоже был крут, если вместо джипа притащил в глушь «мерседес».