Д. Сухоцкий – Петли реальности (страница 6)

– Ладно, парни, рад, что развеселил вас, – сам не сдерживаясь от смеха, который был вызван действительно уместными шутками, сказал Алексей. – Мне нужно бежать к шефу, занести ему флешку и отдать Нине ручку, а то она меня сожрет.

Алексей оставил парней курить на балконе, которые все еще продолжали выстреливать перлами, а сам, понимая, что Люда его уже заждалась, побежал за флешкой, чтобы занести ее начальнику. Подходя к своему рабочему столу, он сделал виноватый вид, чтобы смягчить недовольство Нины, но, подойдя ближе, обнаружил, что ее нет на месте. Стоя возле своего стола, Алексей почувствовал легкое, тревожное предчувствие, ощущение, что «что-то не так». Однако вникать в эти переживания он не стал – не было времени, да и что могло быть не так по сравнению с пережитым им за ночь. Быстро взяв флешку, Алексей направился к кабинету своего начальника.

– Здравствуйте, Рустам Борисович, – постучавшись, зашел Алексей в кабинет. – Я вот из больницы домой, да заскочил, вам флешку занести. Графические расчеты и отчеты в папке «за второй квартал». И хотел извиниться, что не успел набрать акт приема, который вы говорили.

– Да ничего, акт уже сделали. Я утром разговаривал с твоей супругой, она мне все рассказала. Ты как сам?

– Ну, нужно еще кое-какие обследования пройти, чтобы убедиться, что все хорошо, а так нормально. Врач сказал, немного нужно отлежаться дома. В общем, думаю, на следующей неделе уже выйду.

– Ну, отлично, давай восстанавливайся, сколько нужно, и выходи на работу. А ты чего через Олега не передал флешку, я же сказал Люде, чтобы она тебе сказала? Мне отчеты нужны были до обеда, а сейчас уже почти рабочий день заканчивается.

– Как заканчивается?

Неуверенно, от непонимания смысла шутки начальника, растерянно переспросил Алексей и взглянул на наручные часы.

Но наручные часы и вправду показывали уже четыре часа дня. Он не поверил своим часам и посмотрел на часы, висевшие на стене кабинета начальника. Однако и они показывали то же время.

– Простите… как же так?

Растерянным взглядом, судорожно смотря то на свои часы, то на часы, висевшие на стене, пробормотал Алексей.

– Да все нормально, с отчетами я разберусь. Давай-ка, иди домой, отлеживайся, а то я смотрю, ты все еще отходишь.

– Спасибо, Рустам Борисович. До свиданья.

Растерянным голосом попрощался с начальником Алексей и, пожав ему руку, вышел из кабинета.

Выйдя из кабинета, Алексей, все еще находясь в растерянном состоянии и не веря своим глазам, постоянно смотрел на свои наручные часы и на часы, висевшие в коридоре офиса, однако и те показывали вечернее время.

«Как такое может быть, я только в десять утра сюда приехал, а уже четыре часа вечера».

Он понимал, что физически не мог так долго находиться на работе, что уже прошло так много времени.

Он начал глазами искать друзей в надежде, что они могли подтвердить либо опровергнуть такое продолжительное его нахождение здесь с того момента, как он приехал. Потому что по своим ощущениям Алексей мог поклясться, что провел на работе не больше часа. Однако как он ни крутил головой, высматривая приятелей по их рабочим местам, их нигде не было видно.

«Наверное, еще в курилке. Ладно, спрошу у них, во сколько я на работу вообще пришел. Может, мои часы сбиты. Не мог же я с ними в курилке проболтать шесть часов».

Размышляя, он подошел к своему столу, чтобы забрать кое-какие документы на дом, но неожиданно увидел за столом Нины незнакомую девушку. Ее присутствие вместо Нины никоим образом не смутило Алексея, видимо, из-за его собственных переживаний. Сейчас он думал только о том, как так получилось, что, придя на работу в десять утра, чтобы отдать начальнику флешку, уже настал вечер. Однако, увидев девушку за соседним столом его коллеги, Алексей вспомнил про ручку и про Нину, давшую ее ему.

– Здравствуйте. Если я вам Нинину ручку передам, отдадите ей? Я за этим столом сижу, скажите, Алексей вернул.

Достав из шкафчика своего стола записную книжку и вынув из нее красивую ручку, обратился Алексей.

– Здравствуйте, – учтиво поздоровалась девушка и вежливо спросила: – Какой Нине передать и какую ручку?

– Ну, Нина, за этим столом сидит, – уже путаясь в словах и чувствуя головокружение, раздраженно сказал Алексей, показывая на стол коллеги.

– Хорошо, хорошо, не нервничайте. Я все передам, – испуганно проговорила девушка.

– Мужчина, вам плохо? Присядьте, пожалуйста.

Алексею и вправду стало плохо. В голове пробежал короткий импульс сильной боли, после которого наступило легкое головокружение. Однако спустя несколько секунд головокружение и боль прошли так же быстро, как и появились, но при этом сильно испугали его.

«Люда!!!»

Вдруг неожиданно вспомнил Алексей, борясь с непонятно откуда взявшейся, накатившей тошнотой.

«Она же ждет меня на парковке. Наверное, уже с ума сходит».

Внезапная и мимолетная, пронзающая головная боль опять заставила Алексея сморщиться и зажмурить глаза.

Забыв про Нину и про то, что он должен был отдать ей ручку, Алексей быстро пошел к лифту. Дойдя до стеклянной двери балкона, Алексей заглянул через нее в надежде увидеть своих приятелей, чтобы получить от них утешительное объяснение того, что время так пугающе быстро пролетело. Он даже открыл дверь, чтобы рассмотреть отдаленные углы длинной лоджии, но его товарищей там не было. Искать их, у него уже не было времени, ведь на парковке, если верить часам, с самого утра его ждала Люда.

«Нужно скорее идти, а то бедная Люда уже с ума сошла. Я еще и телефон оставил в машине».

Вспомнив про телефон, Алексей инстинктивно начал ощупывать свои карманы, чтобы убедиться, что телефона с собой нет. В это время было слышно, как лифт с нижних этажей нерасторопно поднимается к его этажу. Спеша к жене, Алексей уже хотел было идти к выходу, чтобы сбежать вниз по лестнице, но что-то остановило его, заставив остаться на месте.

Ощущая какую-то тревогу, Алексей опять почувствовал знакомый накат волны разрастающегося страха. Он не понимал, чем были вызваны эти чувства, но инстинктивно замер на месте, словно зверек, застывший в оцепенении, но еще не разглядевший источника своей тревоги. Алексей стоял и боялся, он еще не понимал, чего боялся, но страх нарастал все сильнее, сковывая его волю и возможность двигаться. Наконец он осознал, что вокруг опять наступила та же абсолютная, густая тишина, которая настигла его во дворе. Звук еще только что работающего лифта, который собственно никогда не замолкал, внезапно стих. Алексей понял, что не слышит звуков, постоянно создающих фоновый шум работы офисного оборудования. Но леденящий душу ужас вызывало осознание того, что он не слышал шума разговоров работников офиса, потому что все, кроме него, внезапно исчезли.

Каково же это ощущение, когда ты, находясь в знакомом до заурядности месте, где тебе все кажется обыденным до унылости и звуки этого места напоминают лишь о его повседневной серости, внезапно становится враждебно чужим и до мурашек на коже иным? Каково быть там, где ты никогда не слышал тишины, но даже и короткого затишья, и не то что бы удивиться от ее внезапности, но и даже от ощущения, что к этой мертвенной тишине можно прикоснуться? Можно только представить, каково это, находясь в месте, где постоянно ходят толпы людей, от чего даже, кажется, не хватает кислорода в помещении, вдруг осознать, что ты внезапно остался один. Когда то порой до раздражающей нетерпимости место, переполненное людской суетой и жизнью, теперь неожиданно превратилось в абсолютно мертвое, безжизненное пространство с мистически пугающей тишиной.

Алексей чувствовал, как пространство казавшегося ему всегда безопасным офиса теперь сжимало его со всех сторон своей безжизненной и ощутимой лишь на подсознательном уровне плотностью. Ощущение сводящего ужаса, от которого тело сводило в судорожное оцепенение, как и в ночном дворе, которое якобы было плодом его воображения, опять вернулось к нему. От кошмарного предчувствия и тревоги Алексей опять был полностью парализован, как прошлой ночью во дворе. Он не мог двигаться, кричать от страха или звать на помощь, хотя он ясно осознавал, что в этом и не было никакого смысла, ведь, как и в том мертвом дворе, сейчас в этом безжизненном офисе его тоже никто не услышит. Как и в прошлый раз, офис, который всегда был переполнен людьми и жизнью, вдруг оказался абсолютно безжизненным, и Алексей оказался один на один с этой мистической и леденящей душу силой. Тем более он бы и не смог кричать, потому что от груди до гортани в его трахее словно застрял какой-то распирающий, колючий ком, от чего даже дыхание стало тяжелым и вызывало режущую боль.

Алексей понял, что развязка уже близка, когда, наконец, увидел, как в дальнем углу коридора мелькнул темный силуэт. Шагов слышно не было, но силуэт, прижавшись к стене, явно подошел ко входу в коридор. Помня происходящее в ночном дворе, Алексей понимал, что этот притаившийся силуэт явно не один из работников офиса. Хотя это ему подсказывала не только логика, но и вызывающее трепещущий ужас интуитивное предчувствие, которое с новой, ужасной волной накатывало на него, как только Алексей видел движение затаившегося силуэта. Затаив дыхание от кошмарного наваждения, Алексей замер в тревожном ожидании, понимая, что через секунду увидит того, кто должен выйти из-за этого угла. Неожиданно люминесцентные лампы в проходе коридора начали моргать, издавая звонкое потрескивание. Теперь коридор не был привычно хорошо освещен яркими лампами, а, моргая, они озаряли его частыми вспышками света. На какое-то мгновение все лампы в коридоре мигом погасли, но через доли секунд опять принялись моргать вспышками света, в которых Алексей внезапно увидел появившийся в начале коридора силуэт какого-то подростка. Со стороны Алексею показалось, что этому подростку на вид было около четырнадцати или шестнадцати лет. Одна из мерцающих ламп над парнем ярко загорелась, осветив лицо этого парня, но то ли из-за стресса, то ли из-за прыгающего освещения, Алексею так и не удалось разобрать его лица. Казалось, что черты лица этого подростка были смазаны, как и сама фигура, словно свежие мазки на картине, проведенные по ним тряпкой. Но глаза этого то ли реального подростка, то ли очередного кошмарного наваждения… Глаза этого парня со смазанной четкостью лица Алексей разглядел очень хорошо. Он остолбенел от этого пронизывающего взгляда, которым этот, то ли призрак, то ли посланец преисподней, буквально ввергал в кошмарное оцепенение, сжимал душу своим ужасным взглядом. Свет в коридоре опять моргнул, на доли секунд погрузив коридор во мрак, но когда опять загорелся, этот парень оказался еще ближе к Алексею, как будто бы просто пронесся в пространстве. От приближения этого силуэта по спине Алексея пробежал жутковатый холодок, а ватные ноги еле удержали от падения. При этом взгляд этого парня стал еще более холодным и пронизывающим. Не сводя глаз с Алексея, силуэт решительно сделал шаг и направился к нему. Видя неумолимое приближение этого кошмарного силуэта, словно неумолимую поступь грядущих событий, Алексей почувствовал еще больший ужас, который объял его душу и железным обручем сковал тело. Лишь неимоверной силой воли Алексей не упал в обморок, хотя и так чувствовал, как его тело буквально оплывает на ватных ногах. В порыве отчаяния от невыносимого ужаса Алексей громко закричал. Это был не крик, а словно прорвавший с силой ком в горле, животный вопль.