Д. Штольц – Яд и Меч (страница 19)

— Нападающие не полагали, что я сразу же использую огненное заклинание в замкнутом и тесном пространстве.

— Вы сожгли их?

— Да, и себя в том числе… Я успел произнести заклинание до того, как червь проник в меня полностью, лишив воли. Сотрапезники не любят огонь.

— Почему тогда ваше лицо без ожогов?

— Я излечил его вместе с руками также, как и восстановлю в скором времени остальное тело. В ту же ночь я бежал из горящих покоев и спешно покинул Нор’Алтел… Потом вспомнил Ваше приглашение. А в Ор’Ташкайе меня пытались отравить, похоже борькором… Но я лишь слегка пригубил напиток, поэтому выжил.

— Вас будут преследовать и здесь?

Зостра ра’Шас покачал головой, и в его глазах затеплилась надежда.

— Сюда, на Север, за Мертвую Рулкию, никто не пойдет за мной, лишенным власти и статуса. Лишь несколько гильдий вхожи в любые земли, но я уже не стою так дорого, чтобы заказывать меня у них, — горестная улыбка скользнула по губам Зостры. — Да и бежав на Север, я растерял не только власть, но и уважение в глазах прочих.

— Почему же вы не стали искать убежища у соседних королевств, у друзей?

— Политика… Трусливые друзья хуже врагов.

Филипп молчал и лишь гладил поросший густой щетиной подбородок.

— Я рассказал свою историю, господин Тастемара. И можете быть уверены — она правдива. В свою очередь, я хочу знать, какой интерес мог вызвать у вас, могущественного реликта, правящего северными землями, я, южный маг. Я не припомню, чтобы наши пути когда-либо соприкасались. Но то, что вы дважды отправляли ко мне снаряженные отряды — недешевое удовольствие даже для Юга — заставило меня поверить, что я нужен живым, и приглашение произрастает не из ненависти реликтов к магии.

Филипп нахмурился. Он жалел, что сейчас рядом с ним нет Горрона де Донталя, который бы безо всяких обещаний просто убил мага и увидел все своими глазами. Но ждать до Офурта Белый Ворон не мог, да и кто знает, сколько еще отведено жизненных лет этому тщедушному старику? Наконец, граф, прислушавшись к пустующему коридору, произнес.

— Я готов предоставить Вам, Зостра ра’Шас, кров, еду и защиту до самой Вашей смерти, которую я не буду торопить. Но сначала мне нужна информация.

— Согласен! — кивнул Зостра. — Что Вас интересует?

— Во-первых, когда вы отдохнете, мне потребуется развернутый отчет по тому, что делать с подобными магическими атаками на города.

— Здесь можете не переживать, — маг устало усмехнулся. — У Белой Змеи, это клан наемников из Гиратиона, сейчас большие проблемы. Нор’Эгус отказался от их услуг, и Змея извивается в предсмертных судорогах, задешево продавая свою шкуру кому попало. Даже Глеофу, как видите. Я сомневаюсь, что после столь позорного поражения с ними захотят работать.

— Глеоф может заключить сделку с другими кланами.

— На Юге, господин, назревает большая война. Юг богат, а цена северной монеты, как вы должны знать, сейчас составляет три дарена к одному сетту. Наемникам куда выгоднее продавать свои услуги южным королевствам. Но на будущее, чтобы обезопасить себя от неприятельской магии, нужно посадить в город размером с Корвунт… Ну… — маг вскинул глаза к темному потолку и посчитал в уме. — С два десятка хороших магов точно.

— Хорошо. Тогда пока отложим этот вопрос и перейдем к следующему. Тридцать лет назад вы прибыли в Большие Варды на ярмарку, — медленно, с расстановкой, проговорил Ворон, откидываясь на спинку стула. — Зачем?

— Ах это… — прошептал чуть удивленно маг, и его глаза застлала пелена воспоминаний. — Меня попросили оказать услугу.

— Вы знали, к чему приведет передача мешка шинозы молодому рыбаку?

— Нет, не знал. Мой… Мой покровитель за его защиту и помощь попросил меня переправиться через Черную Найгу, затем Мертвую Рулкию и, миновав Солраг, в Офурте в поселении Большие Варды найти высокого мужчину с книгами. А потом подвести его к фургону и ненароком показать горючку.

Глаза Филиппа зажглись. Значит, он был прав и весь этот приезд южного мага в Офурт — это не стечение случайных обстоятельств, а преднамеренное выстраивание цепочки событий, в которой Зостра оказался лишь звеном.

— Поначалу я, заприметив полного купца на подстилке в окружении книг, решил, что речь шла о нем, однако он наотрез отказывался следовать за мной. Да и вообще много хамил. Чуть позже моим глазам представился рыбак: высокий и статный молодой мужчина, лет эдак двадцати. И, к моему удивлению, он сам попросил шинозу, мне даже не пришлось его уговаривать…

— Кто Ваш покровитель?

Зостра ра’Шас помолчал, затем тяжело выдохнул и шепнул, словно боясь навлечь на себя гнев.

— Харинф, Повелитель Бурь, из Байвы, это город в королевстве Элейгия, центральная часть…

— Такое королевство знаю, но человек мне не известен. Зачем ему понадобилось отправлять Вас с шинозой в Офурт?

— Могу лишь предполагать… — уклончиво ответил Зостра ра’Шас.

— Ну же?

— Харинф непростой… человек… Возможно, даже не человек. Я так считаю.

— Кто он?

— Он был известным благодетелем Элейгии, очень публичным и знаменитым магом. Когда-то давно Харинф оплатил мое обучение в Академии в Байве, посчитав меня талантливым, хотя я был выходцем из бедной семьи. Потом помогал периодически, и… Если быть честным, лишь благодаря ему я дослужился до Старшего Мага при дворе короля Орлалойя. Я, как вы видите, увы, не интриган.

Зостра замолчал и потрогал пересохшее горло. Он устало поводил глазами по комнате. Обернувшись, Филипп взял со стола кружку воды, предварительно принюхавшись к ней, нет ли там яда, а затем подал ее магу. По губам Зостры скользнула понимающая улыбка — неловко вышло бы, если бы тот, кого так долго звали издалека, умер от яда в такой важный момент разговора.

С прихлебыванием Зостра выпил воды и освежил горло.

— Так почему Харинф был непростым человеком?

— Во-первых, он был сведущ и могущественен во всех пяти магических направлениях. Так не бывает, это не под силу ни одному человеку.

Увидев, что его слова не произвели на графа никакого впечатления, Зостра понял, что Белый Ворон совсем не разбирается в том, как устроен мир Юга. Тогда он вздохнул и, обдумав, как бы все объяснить попроще, начал рассказывать.

— На Юге, господин Тастемара, при поступлении в магическую школу за очень большую сумму мальчик восьми лет, таков обычно возраст принятия, в течение пяти зим усваивает базовые знания каждой из основных ветвей: боевая магия, псионика, целительство, мирология и предсказания. По истечение этого срока юноша останавливает свой выбор на одном направлении. Затем он десять лет усердно обучается такому фонетически тяжелому языку, как Хор’Аф, всем тонкостям выбранного им искусства и после выпуска в качестве неофита служит более опытному магу еще десять лет.

— Продолжайте! — Филипп кивнул в одобрение. Конечно же, он всего это не знал.

— Каждая магическая ветвь требует определенных навыков концентрации, душевного запаса сил и очень кропотливой работы с теорией и практикой. Чтобы достичь успеха на магическом поприще, маги всегда выбирают одну специализацию, которой посвящают всю жизнь. Сильнейшие из нас способны потянуть две специализации. Например, я обучался в отделениях целительства и боевой магии. Боевые маги служат либо в охране, либо достигают званий и славы на полях битв. Те же представители «Белой Змеи» — это выпускники очень сомнительной академии в Гиратионе, которая специализируется на подготовке полуграмотных стихийных и артефактных колдунов для войны.

Зостра Ра’Шас ощутил, как заплетается его язык от усталости, и, испив еще немного воды, продолжил.

— Псионики по большей части — это Клеймовщики, которые занимаются пропечатыванием и контролем рабов. Целители досконально изучают устройство тел и лечат самые страшные болезни, продлевают жизнь и дарят на долгие годы молодость и здоровье. Такие маги, как мирологи, изучают демонологию, теологию, историю мира, алхимию, инженерию, философию и представляют из себя чаще теоретиков. Ну и предсказатели, — уста Зостры скривились в презрении. — Это те дуралеи, что, отучившись десятки лет непонятно чему, способны говорить лишь туманные вещи в надежде, что случится что-то, что будет схоже с их пьяными под действием миазмов, газов и напитков речами.

— И почему же нельзя обучиться всем пяти направлениям сразу?

— Нельзя, нельзя, господин Тастемара! А вон Харинфу была подвластна любая магическая ветвь. Он мог играючи сплести воедино три заклинания одновременно. Чтобы вы понимали, я достаточно легко расправился с «Белой Змеей» лишь потому, что они неспособны и держать щит, и атаковать одновременно — им нужно делать что-то одно. Мы же, Старшие Маги, лучшие из лучших, способны параллельно создавать два заклятья, но никак не три. Даже любимый ученик Харинфа, Абесибо Наур, величайший демонолог и боевой маг из ныне живущих, на такое и близко не способен.

— Понятно, продолжайте, как можно подробнее.

— Время от времени, когда я уже постиг науки целительства и боевой магии и дослужился до статуса Старшего Мага при дворе, Харинф просил меня оказать весьма странные услуги, в ответ на его благосклонность ко мне, скажем так. Как вы понимаете, я, как тот, кто был обязан ему всем, не мог отказать.

— Понимаю… О чем он просил Вас еще?

— В 2111 году я отправился в Саддамет, это в Детхае. И там должен был… — маг смутился. — Выкупить определенную рабыню, ее звали Амария, и провести с ней ночь, затем одарив рабыню тысячей золотых сеттов, дикой суммой, и сделав свободной. В 2094 я сорвался по просьбе Харинфа в Тазутт в Глеофе и там взял с улицы оборванца-вампира семи лет, который подбрасывал на площади шары за монеты. В мои задачи входило устроить мальчика в академию врачевания во Влесбурге.