Д. Штольц – Преемственность (страница 23)

— Он подполз к Уиллу на одной руке, вытащил из его бока деревяшку, раскидал камни. Уилл почему-то очень испугался его, кричал и пытался оттолкнуть. А дядька как вцепится ему в горло! — Элиот драматично обхватил свою шею пальцами.

— Мне стало так страшно, господин. У него весь рот был в крови. Он посмотрел вокруг, и я испугался, что он заметит меня. Уильям что-то говорил, а дядька смеялся и говорил, что Уиллу нужно куда-то идти, к какому-то Филиппу куда-то, я вот это только и запомнил. И он тут вдруг рукой как махнет! — Элиот от избытка эмоций едва не задел Бартлета рукой.

— И у него из горла кровь потекла и дядька стал делать что-то страшное. Я уже не видел, что он делал, но Уильям сначала жутко кричал, а потом замолчал, и я решил, что он умер. — Элиот активно махал руками.

— Что было дальше, малец?

— Тот дядька долго что-то делал, я не видел из-за спины. Я очень испугался! Когда это чудовище повернулось, мне показалось, что он меня увидел. Я покатился назад, ударился и… ничего не помню. А когда очнулся, то Уилл уже пропал, а дядька стал таким страшным! Словно сухой! Я очень долго боялся выйти из дома, сидел на чердаке, пока не стемнело. А потом понял, что те чудовища могут вернуться! Тогда я слез, быстро пробежал мимо дядьки с закрытыми глазами, споткнулся, упал, встал и побежал в сторону города.

Толпа в ужасе слушала этот рассказ. Линайя и Удда испуганно переглянулись. Бартлет довольно потер ладони и похлопал Элиота по спине.

— Ты большой молодец, мой маленький друг. А почему ты никому это не рассказал раньше?

Элиот довольно почесал нос и прикусил губу.

— Я хотел, господин, но мне бы, как обычно, никто не поверил. Но вы же мне верите?

— Конечно верю. И я тебе очень благодарен. Держи, это твоя заслуженная награда, твои родители должны гордиться тобой! — Солдат вложил в маленькую ладонь ребенка кошель. Мальчик счастливо побежал к бледной матери. — Ты настоящий герой Офурта!

— Так Уильям жив, мой сынок не умер? — тихо сказала Нанетта. Ее услышал Бартлет, он резко поднялся и обратился к толпе.

— Нет, твой сын мертв, женщина. Он обратился в страшное чудовище, которое может натравить орду вурдалаков на этот город. Он хочет разорвать ваших жен и детей. Он выглядит как человек, но его душа уже принадлежит демонам, он проклят и хитер. Вы сами слышали этого мальчика, он поведал нам, демон вселился в тело Уильяма! — Бартлет говорил громко, каждое его слово гремело в воздухе. Люди бледнели, матери испуганно прижимали к себе сонных малышей.

— Этот безбожник уже семь лет не приносил подаяния Ямесу! Я так и знал, что с ним рано или поздно случится что-то подобное! — неожиданно воскликнул служитель Вардцов. — А тот случай, когда он пришел расцарапанный! Я же говорил, что он якшается с демонами! Настигла его кара Ямеса!

Люди зароптали. Нанетта сидела на коленях ни живая, ни мертвая.

— Он никогда не желал с нами общаться, считал себя выше других, — закричал один из соседей, его поддержал гул толпы.

— О, Великий Ямес, моя дочь была очарована им, я знала, что он околдовал ее, — возмутилась одна старая женщина в толпе.

Люди возбужденно кричали, махали руками — они были счастливы от того, что могут выплеснуть свою злость.

Линайя и Удда переглянулись еще раз. Теперь Линайя поняла, о чем толковала ей старуха, и сжалась от страха.

Из густого тумана с отдаленной улицы выходили солдаты, переговариваясь между собой. Они обыскали каждый угол домов и, кажется, нашли то, что требовалось.

Бартлет поднял руку, призывая к тишине. Но успокоить взволнованных людей уже было не так просто. Впрочем, коннетабль наслаждался тем, какой эффект он произвел на поселян.

— Мирные жители Вардов! Я призываю вас помочь мне поймать этого демона. Я знаю, что он искал здесь помощи. Он хитер и мог обмануть вас, заставить поверить ему. Если кто-нибудь видел его здесь или помогал ему, выйдите и расскажите об этом. Вы будете щедро вознаграждены! Сто пятьдесят даренов тому, кто даст мне информацию об Уильяме, — Бартлет достал более увесистый кошель, нежели тот, что дал мальчонке ранее, и поднял его над головой. — Но если кто-то хочет укрыть его или обмануть меня, то расплата будет жестокой.

Толпа, наконец, притихла.

— Спрашиваю в последний раз. Кто-нибудь видел Уильяма в городе либо помогал ему? — Бартлет сурово посмотрел на толпу.

Ответом ему стала тишина.

К Бартлету подошёл один из солдат, держа что-то в руках.

— Сэр! Смотрите, что мы обнаружили в доме у травницы, — солдат передал вещи Бартлету.

Удда побледнела. Она хотела избавиться от всего утром, но не успела. Бартлет воззвал к толпе.

— Приведите травницу!

Спотыкающуюся Удду быстро выпихнули из толпы вперед.

— Кого ты лечила от ран, старая? — Солдат показал толпе окровавленные повязки и разорванную одежду. В этих лохмотьях хоть и с трудом, но все-таки узнавались белая рубаха и жакет с капюшоном.

Удда вздохнула.

— Так много кого покусали, господин, много раненых. Я же травница, я всем помогала и накладывала повязки. Две ночи не спала, готовила отвары. — Удда развела руками и улыбнулась беззубым ртом.

Бартлет усмехнулся, он прекрасно чувствовал, кем пахнут эти повязки, он узнал этот запах, как только вдохнул его. Коннетабль развернулся к толпе и спросил:

— Кто-нибудь был у этой старой травницы в доме? Кому она накладывала повязки или отпаивала отваром, выйдите вперед!

Толпа зашевелилась. Вождь Кадин, переминаясь с ноги на ногу, вышел вперед и сказал, виновато поглядывая на бабушку Удду.

— Мой господин, никто к ней не заходил. Травница очень странно вела себя эти два дня и вообще не выходила из дома. А по ночам в ее доме горела свеча. Я пытался взять у нее травы, однако она меня не пустила даже на порог дома, просунула Спокушку в дверную щель, словно какому-то псу подачку дала.

— Ты пыталась обмануть меня, старая карга! — Бартлет сделал шаг в сторону Удды.

Та в испуге попыталась сделать шаг назад, но ее схватили за руки два крепких воина. Бабушка повисла на руках мужчин, часто задрожала и покрылась испариной.

— Сынок, пощади! Я не могла отказать Уильяму, он мне как сын был. Он пришел ко мне, истекающий кровью, его лихорадило. Как я могла ему не помочь? Бедному мальчику было очень плохо…

— Рассказывай все, старая! Чем ты его лечила? Что ты видела? Когда и куда он ушел? И почему ты скрывала его от людей? — Коннетабль навис на перепуганной женщиной.

— Он был так плох, господин! Я не хотела говорить Нанетте о нем, боялась, что мальчик не доживет до следующего дня. Давала ему крепкие отвары от жара, перевязывала раны. А когда он очнулся через два дня, прошлым вечером, он поблагодарил за помощь и ушел.

— Куда он ушел? — взревел Бартлет.

— Да я ж покуда знаю, милок? Вышел за дверь и растворился в ночи. Мое дело было сделано, я спасла мальчику жизнь.

— И ты ничего не заметила странного? — Бартлет успокоился и задал вкрадчиво старухе вопрос.

Та мотнула головой.

— Тогда что это? — Бартлет достал из груды повязок деревянный бокал со следами крови. — Ты отпаивала его кровью, старая карга, а сейчас врешь мне, что отвары давала!

Толпа перешептывалась, по ней пошли волнения. Бартлет развернулся к людям и поднял бокал над головой.

— Эта обманщица предала наш людской род и помогала демону, лечила его раны, скрывала от вашего гнева! Она давала ему кровь, чтобы он исцелился и вернулся позже за вашими детьми, забрав их жизни.

Помощник Райгара развернулся к старухе, подошел к ней ближе.

— Даю тебе последний шанс сохранить свою жалкую жизнь. Что он рассказывал?

— Я не знаю, милок, ничего не знаю, — затравленно прошептала старуха.

Лицо солдата побагровело, вены вздулись на шее, он задышал тяжело, как бык. Мужчина с минуту смотрел на бледную как смерть старуху, которую держали двое. Потом резко размахнулся и ударил ее в живот. Удда всхлипнула, согнулась пополам. Охрана отпустила её и та упала на землю, замерев.

Толпа ликовала и торжествующе ревела, словно зверь. Многие проклинали старую женщину, кто-то кричал: «Ведьма!».

Линайя стояла, закрыв себе рот рукой, чтобы не закричать. Она давилась слезами и с ужасом смотрела на тело травницы.

Барлет поднял руку, чтобы утихомирить толпу.

— Я должен помочь вам поймать это чудовище и отвезти его в Офуртгос, чтобы наши служители очистили этого демона и сняли проклятие с города. Да-да, ваш город сейчас проклят этим существом! Мой гарнизон расположится на площади в палатках, мы постараемся как можно быстрее помочь вам и очистить Варды от скверны. Я надеюсь, вождь Вардов, — Бартлет обратился к насмерть перепуганному старику, — что вы окажете нам радушный прием и мои солдаты не помрут с голода и от грязи.

— Господин, мы поможем вам всем, чем сможем. Только спасите нас от этого чудища!

— Хорошо, я благодарен вам за помощь. Да защитит нас Ямес! А теперь вы можете вернуться по домам. Мои солдаты будут охранять ваш покой.

Люди стали расходиться, однако вряд ли кто заснул в эту ночь, все обсуждали Уильяма.

Малик вел под руку Нанетту, бледную как смерть, домой. Женщина, казалось, никого не замечала вокруг. Вождь выделил Нанетте и ее сыну старенький дом на окраине, протекающий, оплетенный старым плющом и частично разрушенный. Год назад там помер вдовец и с тех пор жилище пустовало, никому не нужное и не пригодное даже под хлев. Остальные жители Вардцев пока боялись вернуться в деревню и жили у родственников.