Д. С. Феррис – Slayer. Титаны американского трэш-метала (страница 4)

А как тебе полюбившаяся всеми драматичная эпичная картина, сериал о средневековье «Игры престола»? Это фильм о рабах власти; некоторые из них облачены в кожу, воины, сражающиеся мечом и щитом. Это и есть настоящий металл! «Стартрек: Возмездие»? Люди с пирсингом в грубоватом прикиде борются и выясняют отношения по всей вселенной. Я бы сказал, это весьма металльно!

Возьми драму CBS «Под куполом». В первые минуты фильма корову разрезает пополам невидимая неведомая сила. Расчленение крупного рогатого скота. По телевизору. Металл.

По телевизору в прайм-тайм показывают четыре сериала о вампирах. Феноменальный сериал «Сумерки» – сага о том, как воюют кланы вампиров и оборотней, и девчонки-подростки в восторге – был создан Мормонкой. Эти мотивы, образы и клише ужастиков существовали задолго до появления металла. Но в предыдущие десятилетия они преследовали андеграунд, бывший далеко от комнат чирлидерш, отсылая к ужастикам, готической литературе и обложкам металлических альбомов. Тема металла проникла в национальное сознание как никогда прежде.

Такое любят взрослые. Любят дети. И любят задроты (в хорошем смысле слова). Как сказали Кевин Смит и Ральф Гарман: «Если бы блокбастер о Супермене “Человек из стали” был музыкальным произведением, это была бы песня Metallica». Мы живем в век, где воображение объединилось с современными технологиями, чтобы подарить нам 40 минут мощного американского мордобоя. Это и есть металл.

По телевизору в прайм-тайм сегодня показывают не меньше четырех фильмов, сюжеты которых основаны на серийных убийцах, не говоря уже об именитых преступниках, для которых убийство – настоящий бизнес, а не хобби. Большинство альбомов Slayer не содержат столь подробные детали о серийных убийцах. Во время первого сезона сериала «Ганнибал» цензоры NBC столкнулись с очевидной критикой, но это не связано с обилием крови. Нормы и практика сегодня уже не те, что раньше.

Это вползающее металлические вторжение – не просто дань моде и погоня за эстетикой.

Если ты не смотришь телевизор и не тратишь кровно заработанные денежки на то, чтобы увидеть фильмы про супергероев на большом экране, может быть, ты следишь за новостями. Америка уже больше десяти лет ведет войну. Первая и Вторая мировые войны длились меньше.

В 2012 году случаи самоубийства в армии превзошли количество убитых на войне. Если верить сводкам Министерства обороны, каждые 17 часов солдат совершал самоубийство. Slayer написали песню, благодаря которой выиграли «Грэмми». Песня о депрессивном феномене в альбоме Christ Illusion, вышедшем в 2006 году, за много лет до того, как эти цифры достигли рекордно высокого уровня.

Массовая откровенная кровавая резня стала суровой реальностью американской жизни. В этом отношении мы лишь догоняем Европу и другие бедные страны.

Это мир Slayer, и мы в нем живем.

Так что подходи поближе и прочти историю королей металла.

Сейчас – самое время!

3. Postmortem[3]: смерть Ханнемана все изменила

Если ты умрешь и знаешь, что спел свою песню, поделился своим даром… это величайшее достижение, которое я мог бы кому-либо желать… Исполнение свирепой и неистовой музыки – самый правильный и безопасный способ для артиста выплеснуть гнев. Это алхимия. Метаморфоза. Возможность превратить что-то потенциально разрушительное и источник страдания и горя в нечто красивое… Оно вдохновляет, внушает надежду и объединяет.

Речь Фли[4], посвященная Клиффу Бёртону и металлической музыке в целом на церемонии введения Metallica в Зал славы рок-н-ролла

МАЙ 2013

Умер Джефф Ханнеман.

Черт!

Это недопустимо.

Slayer, которых мы знали, больше нет. Пусть даже группа по-прежнему дает концерты, классический состав Slayer, вписавший себя в историю рок-н-ролла, навеки остался в прошлом.

Барабанщик Дэйв Ломбардо также больше не является участником группы. Он и раньше уходил, но возвращался. Дважды. И Slayer все равно не сдавали позиций. Slayer более-менее оставались Slayer.

И группа вполне может быть приблизительно тем же, чем и была раньше: металлической организацией с внушительным музыкальным каталогом. Slayer Образца II (или III, или IV, смотря как считать) по своим меркам, может быть, даже относительно круты. Но Slayer никогда не будут теми, кем были раньше. Именно поэтому классический состав и считался особенным.

«По сути, – говорит фронтмен и басист Slayer Том Арайя в интервью журналу Guitar World, – Джефф и был группой».

Ханнеман был гитаристом Slayer и одним из основателей. Он умер в четверг, 2 мая 2013 года. В последние годы Ханнеман сочинял не так много, но совершенно точно являлся автором лучших музыкальных произведений Slayer. Первая и последняя песни с эпохального альбома 1986 года Reign in Blood продемонстрировали огромный потенциал жанра, и, боюсь, с тех пор их мало кто превзошел. Да и превзошел ли?

Состав, написавший Reign in Blood, продержался 23 года из 38-летней карьеры группы, пусть и с приличным перерывом в 90-х. Все же удивительно, что эта единая четверка могла похвастаться стабильностью и постоянством. Эти четыре парня справлялись с трудностями лучше и дольше многих других.

Мнения относительно периода после ухода Ломбардо сильно разделяются. И хотя фанаты признают, что неполный состав по-прежнему имеет право на существование, многие могут назвать альбомы Slayer того периода достойными внимания – и не важно, предпочитают они Divine Intervention альбому Diabolus in Musica или что думают по поводу сборника каверов Undisputed Attitude.

Но на сегодняшний день проблема с Ломбардо игнорируется. Даже если когда-нибудь легендарный барабанщик все же (снова) вернется в группу – на постоянной основе, либо в рамках прощального тура, – Ханнеман этого сделать, увы, уже не сможет.

Рубин, давний продюсер Slayer, передал свою речь на бумажке, которую Роберт Трухильо любезно прочитал на церемонии прощания с Ханнеманом: «И пусть он, возможно, был самым тихим участником группы, в музыкальном плане Джефф являлся сердцем и душой коллектива».

Ханнеман придумал группе название. И в начале 80-х группа с именем Slayer («Убийца») вызывала множество вопросов.

Ханнеман не был самым техничным музыкантом в группе; он был чертовски классным гитаристом, но, в отличие от Кинга, не мог сесть, один раз посмотреть, как Дэйв Мастейн нарезает соло, и снять один-в-один. Как сказал Ханнеман: «Раньше я с ума сходил по Стиви Ваю и Джо Сатриани, и остальным шреддерам, и пытался подражать им, реально рос как гитарист. А потом сказал себе, что не считаю себя настолько талантливым, но что еще важнее – мне абсолютно наплевать».

Ханнеман также был вторым лучшим певцом в группе. Нет, он не спел ни на одном альбоме Slayer. Но многие классические песни группы начинались с демо, записанных у Джеффа в комнате, на которых он пел самые первые версии своих текстов. Джефф был фронтменом группы Pap Smear, краткосрочного сайд-проекта с Дэйвом Ломбардо. Если бы Кинг не познакомился с Ханнеманом, Джефф, возможно, прекрасно справился бы с ролью вокалиста в подпольной хардкорной группе вроде Dr. Know.

Благодаря Ханнеману Slayer из героев андеграунда вроде Mercyful Fate или Exodus стали Slayer, группой, выигравшей «Грэмми», каноничной металлической группой, пришедшей по вкусу любителям различных музыкальных направлений.

Панковская эстетика и кредо Ханнемана сильно изменили звучание Slayer в начале карьеры группы. Ханнеман запросто мог прийти на вечеринку с девушкой, а потом бросить ее и уйти на концерт какой-нибудь местной группы и устроить слэм. В интервью Стеффану Чирази из журнала Kerrang! в 1996-м Джефф заявил: «Хардкор был настоящим, честным, безумным и неудержимым, и мне это нравилось». И несмотря на то, что за годы панковское влияние на Slayer сошло на нет, неординарный стиль Ханнемана стал своеобразным фундаментом, который нельзя заменить чем-то другим.

Благодаря Ханнеману песни Slayer звучали мощно и напористо. Панк и хардкор, несмотря на всю свирепость и неистовство, показали самую суть воздействия музыки на слушателя. Будь то металл, полька, панк, фолк или кроссовер, музыка с правильным ритмом и скоростью всегда провоцирует ответную реакцию, и это гораздо больше, чем простое восприятие: это призыв к действию. Если закрыть глаза на «сырость» и примитивность хардкора, этот жанр вполне мог бы найти своего массового слушателя. Кинг, второй главный автор песен, вырос на традиционном хеви-метале вроде Judas Priest и терпеть не мог хардкор. На втором альбоме Slayer, Hell Awaits, присутствуют семиминутные песни о вампирах и демонах.

Но Ханнеман умел подавлять тех, кто ему сопротивлялся. После Hell Awaits он убедил Кинга, что «панк-рок» – это круто. На следующей пластинке, Reign in Blood, уместилось десять песен в 29 минут. Некоторые вполне справедливо считают, что такая изысканность присуща продюсеру Рику Рубину – первоклассному композитору-песеннику, который позже работал с Джонни Кэшем, Red Hot Chili Peppers и другими великими артистами. Но это предположение неверно: музыка для альбома Reign in Blood была написана до того, как Рубин приехал в Калифорнию с целью переманить к себе Slayer.

Без Ханнемана Slayer, может быть, и дальше сочиняли бы шестиминутные эпики о некрофилии. Без его больного сознания и первоклассного таланта у нас бы совершенно точно не было «Angel of Death» (слова и музыка: Ханнеман) и «Raining Blood» (концепция и музыка: Ханнеман, слова: Ханнеман/Кинг).