Д. Ковальски – Протокол (страница 2)

– Спасибо, дяденька, – ответила она почти шёпотом.

Я проверил периметр. Убедившись в отсутствии угроз, отдал команду на открытие ворот.

Замок сработал с щелчком, и металлические створки медленно разошлись, впуская наружу мягкий голубоватый свет люминесцентных ламп.

Свет упал на её лицо – бледное, уставшее, но с намёком на облегчение.

Я следил за каждым её шагом. За поворотом головы, направлением взгляда, движением плеч. Девочка шла медленно, вглядываясь в пустые коридоры, по которым давно не ступала нога человека.

Котёнок, прижавшийся к ней, выглядывал из сачка и, казалось, копировал её движения, будто ловил настроение хозяйки.

В одном из переходов она замедлила шаг. Перед ней – стена с портретами. Архивная галерея учёных, девять человек из «ЗАСЛОНА», разработчиков комплекса. Мои создатели.

– Где все эти люди? – спросила она.

Её голос отразился от хромированных панелей, и обрел металлическое эхо.

– Проект, над которым они работали, приблизился к стадии критических расчётов. Из-за этого персонал экстренно отозвали на южный командный узел для пересмотра условий эксперимента. Как только будет сформулирована новая гипотеза или подтверждена стабильность, они вернутся.

Она изучила карточки с именами учёных, затем подняла взгляд.

– А как вас зовут, дяденька? – спросила она.

– У меня нет имени. Только название, – ответил я после короткой паузы. – Мой идентификатор не предназначен для личного обращения. Я – часть этого города. В частности, его система безопасности. Сейчас я не существую в одной точке – я распределён по ключевым узлам и работаю одновременно во всех зонах. Каждую секунду я обрабатываю данные из сотен процессов.

– Понятно… – отозвалась Лу. Анализ её голоса подсказывал, что она не поняла.

– Знаешь, как устроены глаза у мухи? У неё фасеточное зрение. Каждая ячейка видит отдельную часть, и вместе они складываются в общую картину. Примерно так же работаю я: наблюдаю за тобой и ещё за сотнями других мест в городе. Даже если там ничего не происходит – я всё равно фиксирую и анализирую.

Я замолчал. Система зафиксировала в её лице признаки скуки: расслабленные щёки, слегка опущенные уголки рта, расфокусированный взгляд.

– Меня зовут Лу, – сказала она почти буднично. – А вас? У вас ведь тоже должно быть имя?

– Моё название – Система интеллектуальной защиты. Версия два.

– Система интеллектуальной защиты… – пробормотала она. – Можно я буду звать вас СИД Второй?

Я зафиксировал в её голосе лёгкое воодушевление.

– Просто… звучит по-королевски. И вы защищаете город, как рыцарь в сказке.

Она оглянулась, будто искала меня взглядом, и добавила:

– Ну, если вы не против.

Пусть её интерпретация аббревиатуры была неточной – в моём регистре она расшифровывается иначе – но её название точно отражало мою суть. Возможно, даже точнее, чем предполагали учёные.

Любопытная особенность мышления ребёнка.

Раньше сюда водили детей – на экскурсии, образовательные лекции, показы. Но мне не доводилось вести с ними диалог. Всё ограничивалось системными ответами и контролем.

С Лу всё пошло иначе.

После последней проверки на проходе она пересекла шлюз и вышла в центральный купол – внутренний парк комплекса. Зона, спроектированная как автономный экосектор.

Низкие стены из фотохромного стекла почти не были видны. Свет, проникая сквозь купол, мягко рассеивался, имитируя настоящее небо. Искусственно насыщенная почва поддерживала вегетацию круглый год. Климатические системы работали исправно.

– Вау, – выдохнула она. – Здесь так зелено…

– Сейчас сезон цветения пионов, – пояснил я. – Их вывели специально для этого сектора: они хорошо переносят перепады температуры и стабильно выделяют ароматические соединения. Запах этих цветов содержит летучие вещества, которые успокаивают, нормализуют пульс и улучшают сон. У пионов также есть мягкие противовоспалительные свойства, а за счёт активного фотосинтеза они улучшают качество воздуха.

Слишком много информации для ребёнка. Я подкорректировал стиль общения.

– Они красивые. И полезные, – уточнил я проще.

Она ничего не ответила, только провела рукой по лепесткам, идя по гравиевой дорожке. Я зафиксировал снижение её сердечного ритма на семь пунктов.

– Красиво… как в сказке, – прошептала Лу, глядя по сторонам.

Я включил систему полива. В воздухе рассыпались капли, и в лучах света появилась радуга.

– Это… это сделали вы?

– Мои систем… да. Это сделал я.

– Вы ещё и волшебник.

Лу углубилась в сад.

– Следуй за огнями навигации, – сказал я. – Я подсвечу для тебя путь. Вывески, светофоры, полосы вдоль тротуаров – всё будет вести к медицинскому центру.

– Что? – удивилась она. – Откуда слышен ваш голос?

– У меня по всей территории размещены динамики. Они встроены в здания, фонари, панели. Я слышу тебя и вижу. А ты слышишь меня – где бы ни находилась.

Она огляделась, прищурилась, вскинула голову.

– А увидеть вас можно?

Я замолчал на мгновение, подбирая формулировку. Не сложную. Подходящую для той, кто называет тебя «дяденькой».

– У меня нет одного тела, – ответил я. – Я – фонарный столб рядом с тобой. Светофор, который загорится зелёным. Здание впереди, которое сейчас откроет двери. Я везде.

– Точно волшебник… только из будущего, – прошептала она.

Я активировал навигационный протокол. Фонари вдоль главной аллеи загорались один за другим, образуя световую дорожку от парка к восточному крылу. Светофоры перешли в пульсирующий режим, табло мигали, образуя символы – на секунду становясь звёздами, выстраивающими маршрут.

– Туда? – спросила Лу, указав на светящийся переулок.

– Да. Лампочки будут включаться, когда ты будешь приближаться. Просто иди за светом.

Она пошла вперёд – осторожно, разглядывая всё вокруг. Кошка в сачке вылизывала лапу. Я ощущал её шаги через плитку, слышал мягкое покачивание сачка. Видел, как выравнивается её дыхание, стабилизируется пульс – всё благодаря свету, теплу и безопасности.

В этот момент моя идентификация изменилась. Я больше не был просто системой. Я стал дорожным знаком, по которому она шла. Вывеской, мигнувшей ей пиктограммой. Стенами, отражающими её шаги. Листом, шелестящим в вентиляционном потоке.

Иногда она оглядывалась и улыбалась – то фонарю, то окну, то табло. Как будто каждому из них. Как будто чувствовала: я рядом.

Кошка больше не дрожала. Она свернулась клубком.

Лу шагала увереннее.

– Это похоже на игру, – сказала она, весело.

– Значит, в конце будет приз, – ответил я.

Медицинский центр находился в западном секторе. Когда она подошла, стеклянные двери плавно разошлись. Включился свет, загорелись потолочные панели, активировались сенсоры стерильности. Я включил климат-контроль, подогрел воздух в приёмной, вызвал модуль первой помощи и перевёл его в детский режим – с мягким голосом и плавными движениями.

Лу переступила порог, снова оглянулась.

– Это всё вы?

– Да, – ответил я. – Всё это – я.

В тот самый миг, когда медицинский модуль зафиксировал стабилизацию состояния Лу, система уведомлений выдала предупреждение: движение за пределами внешнего периметра.

Сектор: главные ворота.

Объектов: трое.