Д. Ковальски – Парасомния (страница 13)

Тогда-то в нескольких словах Капитан и посвятил Ману в детали плана. На последних его словах зазвучал Голос.

«Всеее…будет…не так…» – одно слово плавно перетекало в другое. План Капитана был до наглости прост. Сразу после отъезда семьи Брукс со всеми гостями, Тени Севера через черный ход попадают в особняк. Если верить словам Капитана, никого встретить они не должны. После они вскрывают взрывчаткой тайник на первом этаже, опустошают его и на двух дилижансах покидают город. Добравшись до станции, каждый идет своей дорогой, забывая остальных. Но если Голос в чем-то сомневался, то, значит, был повод. Эту особенность Ману воспринимал, как дар, скорее, пришедший из недр земли, нежели с небес. Ману старался не допускать даже мысли о том, чтобы ослушаться или проигнорировать его. Это могло стоить жизни с самого первого его появления.

6

В порту Мадраса случалось многое, поэтому рядовой Милтон нёс службу так, чтобы никому не попадаться на глаза. С одной стороны, склад был пуст, хлопок отправили больше недели назад, а значит, вряд ли он кому-то нужен, а с другой стороны, всего один охранник, мало ли что он стережет. Любой шорох и игра теней заставляли рядового вжимать голову в плечи, словно так было безопасней. Дежурить ночью ему уже приходилось, да вот только делать это одному впервые. За беседой рассвет наступал незаметно, особенно если речь заходила о местных девицах, на которых Милтон был очень уж падок. Но в одиночку нельзя было отлучиться даже по нужде.

Вот и сейчас пинта, выпитая до дежурства, давала о себе знать. Больше всего Милтон боялся, что на него нападут, когда он стоит с хозяйством наголо. Так он и будет лежать со спущенными портками, пока его не найдут. Думая об этом, рядовой Милтон удивлялся, как его с Королевского материка занесло нести службу в портах Ост-Индской компании, на совершенно другом континенте. С каждым днем тоска по дому только росла, вызывая приступы ностальгии, понижающие воинскую мораль. Домой хотелось сильно.

Резкая боль в области паха напомнила о том, что по нужде хочется сильнее. Милтону ничего не оставалось как податься инстинкту и пойти туда, где никто его не увидит. Спустя несколько минут он нашел безопасное место. Оно было между забором и складом. Так склад прикрывал со спины, защищая от бесчестной гибели, а забор не давал никому в порту его увидеть. С третьей стороны, были свалены бочки и ящики, уже не пригодные для транспортировки, однако годные к растопке. Они не образовывали тупик, однако были хорошим препятствием, если вдруг оттуда решат напасть. Оставался всего один проход, откуда пришел Милтон, туда же, в целях контроля, он и направил струю. Закончив дела, он понял, что выходить придется именно этим же путем, а значит, придется испачкать сапоги. Рядовой Милтон облокотился плечом на склад и закурил. В дежурстве часы тянулись долго, можно и подождать, пока все обсохнет. За стеной кто-то шел. Милтон не придал этому значения, пока не услышал голоса.

– Вы уверены, что здесь безопасно? – голос женщины звучал настороженно.

– Да, корабли Компании ушли девять дней назад, эти склады пусты, – голос казался Милтону знакомым, но он никак не мог вспомнить его обладателя. – Вы можете говорить.

– Спасибо еще раз, что решились выслушать меня, – голос женины дрожал. – Моего сына прокляли, и теперь он болеет, вы моя последняя надежда.

– Я не лекарь…

– Вы плывете в Британию, у него там есть шанс, там проклятие до него не дотянется, – было слышно, что каждое слово давалось ей с трудом, она держалась как могла, чтобы не разрыдаться.

– Я провожу тайно только драгоценности, ребенок не камень, так просто на корабле его не спрячешь.

– Я вам заплачу, у меня есть это, – Милтон искал в заборе щель, чтобы увидеть то, что она предлагает.

– Я не вижу в темноте, что это?

– Это «nakshatr5», на вашем языке – созвездие, эти бриллианты, добыты в приисках Голконды моим отцом, возьмите их, этого будет достаточно, – любопытство Милтона росло.

– Предупреждаю сразу, я не гарантирую безопасность вашего сына, – по звукам Милтон предположил, что незнакомец все же принял взнос. – Мы отплываем завтра, до рассвета вы должны его привести.

– Мистер Та…

– Тшш, не надо имен.

В мгновение ока любопытство Милтона сменилось страхом, таким, что он не смел шевельнуть ни одной конечностью. В какой-то момент Милтон понял, что он не дышит и не моргает. В таком состоянии он находился до тех пор, пока шаги незнакомой пары не удалились на достаточное расстояние и затихли. Даже после этого все движения Милтон старался делать плавно и бесшумно.

Мистер Та… – Имя крутилось в голове Милтона, на ум приходил лишь мистер Талбот, тот, что плавает с Фергусом Кимболом. Их корабль в порту был готов к отплытию. Если он стал невольным свидетелем разговора мистера Талбота, то ему следовало все напрочь выкинуть из головы, потому как в этом порту команду капитана Кимбола боялись.

Держась стены склада, словно кот, крадущийся в тени, он добрался до главных ворот. В голове крутилась мысль, что он мог выдать свою позицию и поплатиться за это жизнью. К его большой радости, на посту его ждал сержант, делающий ночной обход. И хотя Милтон понимал, что теперь ему придется драить казарму и нужники, но все равно был благодарен судьбе. Сержант был храбрым и сильным человеком, а значит, Милтон в безопасности.

Утро в порту начинается еще до восхода солнца, когда первые бригады грузчиков готовят корабли к отплытию. Начиная с мачт, лучи не спеша ползут вниз, и когда уже вся палуба греется на солнце, обычно погрузочные работы уже завершены и корабль готов к отплытию. Так было и сейчас, пока на пирсе не появился мистер Талбот с дюжиной бочек.

– Эй, Торн, прими еще бочки!

– Не могу, шэр, погружка уже жавершена, – из- за части зубов, съеденных цингой, моряк шепелявил, что приводило собеседников в замешательство.

– Хватит трепаться о подружках, бестолочь, прими чай для королевского двора, – мистер Талбот понизил голос и прищурил глаза, всматриваясь в Торна, – или мне сказать, чья это просьба?

Торн старался не связываться с теми, кто был выше по положению, так его сон был спокоен. Беспокоило его только то, что от него зависело. А именно посчитать, чтобы количество груза, загружаемого на корабль, совпадало с тем, что у него написано. Да и мистер Талбот частенько добирал товар в последний момент. Правда, раньше это были небольшие ящики.

– Пару пеншов, и тащите шами, команда уже на борту!

– Ты, как всегда, любезен, – Джон Талбот махнул рукой, и два индийских грузчика покатили бочки, аккуратно положив их на бок. Погрузка заняла не больше пяти минут, и когда Джон занял свою каюту, корабль был готов к отправке. Во время морского путешествия Джон Талбот не выходил из каюты. Время коротал за книжками. Романтики в том, чтобы гулять по палубе, не было – вечно бегающие матросы, юнги с тряпками. Единственное время, когда действительно стоило покинуть каюту, была ночь, тихая и безветренная. В такие моменты россыпь звезд манила его куда больше, нежели чтение. Джон предполагал, что звездное небо притягивает его еще и потому, что все эти огоньки в темноте напоминают ему драгоценные камни. Но это лишь отчасти, в больше степени его цепляла магия, которая была там, далеко, куда никак не дотянуться. День сменял другой, каждый новый походил на предыдущий. Корабль уверенно шел в сторону Британского континента, периодически ввязываясь в борьбу со штормом и плохой погодой.

Когда до Британии оставалось лишь пару дней, привычный утренний распорядок Джона был нарушен. Пощечина разбудила его раньше положенного. Джон открыл глаза и увидел над собой Торна, который склонился так близко, словно готовился его поцеловать. Мерзкий запах гнили исходил из его рта.

– Тебя жовет капитан, – улыбка открывала безобразную челюсть, остатки зубов напоминали развалившийся забор.

– По договоренности никто не может входить в мою каюту – Джон Талбот постарался выпрямиться, чтобы выглядеть достойно, однако в этот же момент он почувствовал, как Торн хватает его за шкирку.

– Торопишь, бештолошь, капитан хошет королевшкого шайку, – Торн подтянул Джона к себе и толкнул в сторону двери.

Тревога у Джона нарастала, он догадывался, о чем может пойти речь, и старался придумать план на опережение.

На палубе собралась вся команда под руководством капитана. Перед ними стояли четыре бочки с нанесенными синей краской символами «ДТ». Когда показался, Джон все стихли, лишь Торн, шедший позади, бубнил себе под нос.

– Мистер Талбот, – капитан корабля сделал шаг вперед, – доброе утро! Как вам спалось?

– Спасибо, мистер Кимбол, – Джон старался держать себя в руках, – комфорт ваших кают выше всяких похвал.

– Торн поведал мне, что вы доставляете на нашем борту чай для Ее Величества Виктории?

– Так точно.

– А мы с командой давно не пили чай, верно, господа? – команда замычала и заулюлюкала, но как только капитан поднял руку, тут же все замолчали.

– Господин Кимбол, у нас с вами есть определенные договоренности, – на этой фразе голос Джона дрогнул, – я заплачу вам процент с выручки за этот груз.

– Конечно, заплатите, мистер Талбот, иначе вы были бы уже на дне, – капитан повалил одну бочку ногой, – только скажите мне, что там?