Д. Ковальски – Ловушка для психиатра (страница 1)

Дмитрий Ковальски

Ловушка для психиатра

Глава 1

Зло случается не сразу.

Ему требуется какое-то время, чтобы подобраться к тебе поближе. Изучить твои привычки, понять твои поступки и мотивы. Затем выждать нужный момент, чтобы нанести удар, когда ты будешь не готов. Тогда, когда ждешь от мира награды за свои благие старания.

С таким ощущением, Август Морган прибыл в университет Святого Гийома, что расположился среди озер и холмов в самой центре Бельгии, в нескольких десятках километров от города Мехелен. Его пригласили по одному очень странному делу. Подробностей избежали, чтобы ненароком не отбить у него желание приехать. Но из собственного опыта, Август понимал, что хорошего ждать не стоит.

Его вели по пустому коридору, стены которого украшали портреты выдающихся выпускников, оставивших весомый след в науке. Иногда проходили мимо лекционных залов, за закрытыми дверьми которых, слышался приглушенный шепот преподавателей и шелест страниц. Казалось, что этими голосами и звуками дышали стены. И даже если бы университет опустел, эти звуки бы не исчезли. Полы под ногами тихо скрипели, а в тусклом свете настенных бра старинные портреты на мгновение оживали, наблюдая за каждым его шагом с мудрой строгостью.

Августа пригласил его давний сокурсник Тео Вернер, с кем они изучали психологию в Тюбингском университет. Они окончили его в один год, вот только в отличии от Августа, тот давно защитил докторскую степень. Недосягаемая для одного, она стала тесной для другого. Натирала и сковывала, требуя повышения.

– Сколько лет ты преподаёшь здесь? – спросил Август, когда они перешли из главного здания в музейный корпус.

– Шестой год, – вздохнув, ответил Тео.

– Ты это сделал намеренно, чтобы я обратил внимание и задал вопрос, что тебя здесь не устраивает? – спросил Август, акцентируя внимание на вздохе.

Тео ухмыльнулся.

– Доктор Морган, вам недостает практики, раз так промахнулись.

Безобидная шутка больно кольнула, как игла что спряталась у портного и показалась, когда ты примерял пиджак.

– Я не доктор, – ответил Август, – так что может простишь мою оплошность? – сказал Август с улыбкой.

– Что тебе помешало? – удивился Тео.

– Я путешествовал, – ответил Август, стараясь держать голос ровным. В компании с давним товарищем, специалистом по психофизиологии, лучше сдерживать эмоции и жесты, чтобы ненароком не выдать внутреннее беспокойство.

– Ты напряжен, – спокойно произнес Тео, – почему?

– Неизвестность, всегда настораживает, особенно если приглашают недоучку, уважаемые профессора и доктора психотерапии. – попытался отшутиться Август. Вышло неубедительно. Друг из прошлого действовал на него странным образом.

– Я читал твои статьи. Обе. – он задумался, словно пытался подобрать слова, – Твой опыт, что ты описал, может быть полезен в нашей ситуации.

– Буду рад помочь.

Они дошли до лестницы, что вела в подвал под корпусом. Тео, легко, едва касаясь носками ступеней сбежал вниз. Августу потребовалось время. Каждый шаг правой ногой, отзывался болью в колене, отчего он слегка прихрамывал. Вот уже год как он покинул Норвегию, но прежние силы так и не вернулись.

– Вы держите его в подвале? – спросил Август, чтобы хоть как-то отлечься от дурных мыслей.

– Так решил ректор. Он, кстати, выразил сильное желание с вами познакомиться. Я показал ему статьи, и он бы не прочь послушать ваше мнение о гипнозе и гипнологии.

Слова, что должны были обрадовать Августа, почему-то покоробили его. Слишком уж невероятным казалась мысль того, что заслуженный профессор изъявил желание изучать работы недоучки с сомнительным прошлым.

– Я благодарен вам, доктор Вернер. – вновь постарался скрыть внутреннее неудобство за ироничной интонацией. Судя по взгляду Тео, снова неудачно.

– Брось, Август, на курсе ты был лучшим, – он улыбнулся, – но только после меня, конечно. Так что оставь самобичевания тем, кто ничего не добился. – он двинулся по узкому темному коридору, освещая путь масляной лампой. – Вспомни Густава. Он сейчас торгует зубным порошком. И надо было ради этого столько лет учиться… – он фыркнул.

Август прекрасно помнил Густава и не удивился его судьбе. Но хуже то, что даже такой исход был лучше, чем у него. Как ни старался, но дары внутри никак не хотела затягиваться. Наоборот, с каждой новой мыслью, с каждым рожденным сомнением, она росла, заглатывая частички его веры в свои силы.

– Мы пришли, – Тео остановился у двери, запертой на задвижку. – Предупрежу сразу, картина, которую вы увидите вам точно не понравится.

– Поверьте, мой дорогой друг, я повидал достаточно за свою недолгую жизнь, и так что готов к разному.

В памяти Августа пролетели события прошлых лет о том, которые сейчас по прошествии времени казались просто дурным сном, но маленький шрам на грудной клетке напоминал о том, что это случилось на самом деле.

– Вы держите его одного в подвале?

– С ним полицейский, – ответил Тео и сдвинул задвижку, после чего несколько раз постучал.

– Почему его не забрали полицейские? – спросил Август, слыша глухие шаги по ту сторону двери.

– Ректор настоял, сказал, что лучше чем здесь, никто не решит проблемы с головой.

С той стороны вставили ключ, несколько раз провернули. Щелчки эхом разлетелись по коридору, и дверь открыли. В лицо сразу ударил яркий свет, и Август зажмурил глаза. – Что вам? – грубо спросил полицейский.

– Это доктор Август Морган. Он прибыл, чтобы осмотреть подозреваемого.

– Профессор Морео меня не предупреждал. – ответил полицейский, изучая взглядом Августа.

– Да как же не предупреждал? Вот же бумага с подписью ректора.

Тео протянул лист, и полицейский осторожно взял его. Изучал долго и, периодически сверля взглядом Августа, словно не доверял ни единому слову, что хранилось на этом листке.

– Ладно, только он ведет себя странно, – сказал полицейский. – Еще час назад он уверял, что это он убийца, теперь же плачет и просит выпустить его на свободу, и говорит, что все это глупая шутка и нелепая путаница.

– Возможно здесь… – Август начал было говорить, но вдруг замолчал, не стал лишний раз при посторонних озвучивать свои мысли.

– Вы остаетесь здесь, – обратился полицейский к Тео, – а вы, – тяжелый взгляд упал на Августа, – идете за мной.

Свет в подвале исходил от небольшой лампы с металлическим абажуром, подвешенной к потолку на цепи. Лампа была старая, копоть на стекле еще больше приглушала и без того слабый свет, создавая тяжелую, угнетающую атмосферу. Пламя внутри лампы медленно колебалось, будто поддавалось каждому вздоху подвала, из-за чего тени постоянно двигались, наполняя пространство ощущением постоянного движения.

Августа подвели к небольшой клетке, как для крупного зверя, где сидел человек. Его руки сковала цепь, а одна нога была прикована к решетке.

Заключённый всем своим видом вызывал только жалость. Он посмотрел с мольбой на новопришедшего Августа. В его заплаканных глазах мелькали блики света.

– Не слишком жестоко? – шепнул полицейскому Август.

В ответ тот лишь усмехнулся, указывая на глупый вопрос.

– Сядьте там, – он указал на деревянный стул возле стола у дальней стены. – Я его приведу.

Август последовал его словам и, оставшись наедине, вновь погрузился в свои мысли, рождённые дурным предчувствием.

Последний год, блуждая по Англии, он понял, что никому не нужен. Отсутствие докторской степени сыграло с ним дурную шутку. К тому же он лишился всех своих вещей. Уехав из дома в Литл Оушен, он большего в него не вернулся. Человек, что сдавал ему комнату, решил, что парень умер, поэтому продал или выбросил его вещи. Так что ни сбережений, ни статуса, ни репутации, ничего.

Можно было идти подмастерьем к сапожнику или работать мясником. Да можно хоть в шахту, но разве это работа для человека его ума? Поэтому, имея скудные сбережения, после событий в Гримсвике, он посвятил год написанию статей, и благо, газеты все-таки взяли их в печать, хотя научного труда в них было мало. Август делился собственным опытом, описывая странные феномене, которые способны доводить людей до кошмаров и лишать сна. Первая статья посвящалась запахам, вторая мелодии. Он наделялся на признание, но получил в ответ только насмешки и провокации. Научный мир не принял сумасшедший бред недоучки Моргана. На том он оставил всякие попытки вернуться к обучению и смирился со своей участью, пока не написал Тео.

Его однокурсник, связался с ним через издательство, которое публиковало его работы, он, не думая, принял приглашение и покинул Англию, в которой его больше ничего не держало.

Здесь же у него открывались возможности. Следовало проявить себя, показать, что не документы определяют навык человека, а он сам. Что его знания и опыт, могут потягаться с именитыми психотерапевтами. Быть может, даже читать лекции в университете Святого Гийома. Перспективы, пусть и затянутые серым туманом, все равно казались радужными.

По звону цепей он понял, что к нему ведут подозреваемого.

– Садись, – приказал полицейский, и человек, губы которого дрожали, из носа без конца бежали сопли, сел напротив Августа Моргана.

Он смотрел то на полицейского, то на Августа, как загнанный зверь, не зная, кому из них обратиться с тем, чтобы его отпустили. Все, что он мог, это нашептывать себе под нос: «пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста» в надежде на то, что когда-нибудь одно из «пожалуйста» станет волшебным и магическим образом спасет его из этой ситуации. – Прошу вас, успокойтесь, – сказал Август Морган, беря ситуацию в свои руки.