Cyberdawn – Потапыч: Остров Пряностей (страница 9)

– Приветствую, уважаемый, – обратился я к белке. – Погоди немного, – скрылся я в недрах комнаты и прихватил кирасу, не став надевать.

– Приветствую, почтенный, – уставился на меня, изящно помахивающего бронёй завхоз. – А-а-а?… – понятно тыкнул он в прихваченный аксессуар.

– Надо, – всеобъемлюще ответил я, на что последовал кивок.

Ну и потопали мы в недра Гнева. Причём одарённый-чиновник, со здоровенным гросбухом, снабдил нас масками-тряпицами, пропитанными благовониями. И сам на мордас такой же поместил. Конечно, не огонь, да и резковато. Но лучше, чем запах сортира и застарелого пота, которым шибало из дыры на рабский этаж.

Сам этаж был заставлен деревянными клетками с гамаками – но тут и понятно. А чин выспрашивал у меня “что угодно”.

– Помолчать, – вежливо ответил я, прохаживаясь между клетками. – Эту, эту и… пожалуй эту, – потыкал я пальцами в трёх девиц.

Не самые страшные и здоровые. А последняя, о которой я задумался, была совершеннейшей уродиной в рамках зимандских норм: если не культуристка, то поджарая и мускулистая, не слишком крупная девица.

Чин девкам мои ценные указания передал, и они из клеток вышли… Блин, а клетки-то не заперты, задумался я. Да и стражи на вонючем этаже не наблюдается… Хотя стоп: владеющие. Какой нахрен “бунт”, когда бунтующих через считаные секунды выпотрошат к чертям и удавят их же кишками? Ну или побег и что-то такое. Клетки, как и ухудшенные условия – скорее символ. Причём не для преступников, на них-то пофиг. А для переселенцев на верхнем этаже: мол, эти нехорошие люди в вони (которая и у переселенцев наличествовала на текущий момент, хотя и явно в меньшей степени, чем тут) и в клетках. А у вас круиз лайнера “всё включено”, что-то вроде того.

Ну а преступники, хотя скорее должники, так у них быть послушными – единственный способ выжить. Разумные сидят и не пищат, а отсев психов и самоубийц для корифейства репутационно выгоднее до продажи.

– Так, девки, – обратился я к лупающим на меня глазами троице. – Мне вас воспитывать и тратить время – никакого желания. Мне нужна служанка, которая будет со мной яриться с тщанием и умением. Если что – научу, но чтоб послушна была и старательна! Прибиралась, готовила, что скажу, и не мешала, когда изволю быть занят. Нужна и на корабле, и на Пряном.

Девки глазами лупали, самая дебелая стала из декольты свои сисяндры выпячивать. Ну такие, богатые сисяндры, конечно, но толстовата.

– Коробейница, с мужем преступление совершила, – начал гундеть чин, тыкая в дебелую. – Торговка, – тыкнул он во вторую с довольно хитрым выражением морды, – негодящим товаром торговала, оскорбляя жителей Золотого и Корифея. – И… скоморошица, – по-моему, сам удивился чин. – И украла у стражи… Странно.

– И не говори, – хмыкнул я. – За кражу её бы тут не было. За что ты тут?

– Я, уважаемый…

– Почтенный.

– Я, почтенный, с парой стражи, без охотки пошла. Но деньги посулили, да и не отбиваться же?! А они попользовали и не заплатили, уроды…

– Не порочь стражу корифееву… – начал было чин.

– Ну а ты другую причину, по которой девка тут, а не на площади висит, знаешь? – искренне поинтересовался я у чина, натурально почесавшего в затылке.

– Не знаю, ваше почтенство, – признал чин.

– Значит, выходит, парочка стражников тебя в угол затащила, денег не дали, а ты решила восстановить справедливость?

– Ваше почтенство, так обидно же! Знаю, что не правильно, вот теперь тут… – понурилась она.

А у меня, помимо чисто юридических моментов, были СЕРЬЁЗНЫЕ подозрения. Нет, вообще, если судья корифеев в ситуации разобрался, ну и она такая, как девка говорит – всё гладко. А не такой она с отметкой в деле “воровка” быть.. да просто не может, если разобраться. За воровство увечат и вешают, в зависимости от того, кто и кого. Но вот расклад, когда пьяные менты обещали и не заплатили, а девка их обнесла – возможны. И судья принял их обещание и фактическое возмездие за “смягчающие обстоятельства” – правополагание такое вполне позволяло. И вместо увечий, смерти или каторги – рабство на Пряном: вполне, по зимандским законам, послабление.

Но скоморошица… и на жёлтую луну не посмотришь из трюма. Вроде от неё ничего не чую такого…

– Пота-а-ап!

“Достал. Какого тебе?!”

– Шута от этой девки чувствуешь?

“НЕТ! И Я – СПАТЬ!!!” – чуть не прибил меня рёвом мохнатый скот.

Но я не помер и даже вроде удержался. Так-то из троицы мне эта акробатка не только более полезна, но даже нравится чисто внешне больше – треугольное лицо без “округлых щачел”, подтянутая, не трясётся, нос небольшой, курносый, волосы серо-русые, серые глаза. Ну в общем, симпатичная девка, хотя это у меня скорее на “противоречии”: переел жирного. Путь не жирного, конечно, но полные девки из Счётов приелись, факт. Не вообще, но имея выбор – скорее акробатку. Правда, нужна главная проверка. Брякнул кирасу на пол, ткнул в неё:

– Подними, – приказал я дебелой коробейнице. – Стой, разгибайся где нибудь подальше.

Дело в том, что эта овца раскорячилась, отклячила задницу, стала с краснеющей мордой медленно нагибаться… Ну, в общем, не вариант. Купчиха – нагнулась быстро, а вот поднималась тяжеловато. И на приказ “одень” просто не смогла поднять кирасу достаточно высоко.

– Ты, – тыкнул я в акробатку.

Ну и как ожидалось – справилась. Подняла, насандалила, к завязкам дёрнулась но сама же руки отдёрнула.

– Не подскажите, как надо, почтенный?

– Не сейчас. Снимай, – указал я, что и было исполнено. – Её хочу, – ткнул я в акробатку.

– Как скажете, почтенный. Но не лучше ли мужа посильнее…

– Я непонятно выразился?

– Нет, прошу простить.

– Ряд на преступницу принесу до заката, Михайло Потапыч, – сообщил пребывающий в сторонке Скур.

– Ну вот и хорошо. За мной, – поманил я девицу, которая понятливо подхватила панцирь с пола. – Давай сюда, – прихватил я снаряжение уже на лестнице, проявляя некоторую галантность. – Как зовут?

– Мирка Злонг, поченнейший. А как вас…

– Потапыч. Михайло Потапыч, видом, – хмыкнул я. – Ну и твой господин.

Дотопали до моей комнаты, я Гритку озаботил лохань-ванну набрать. Завалился на кровать и любовался. Нормальная девица, в общем. Нормальная девица “красовалась”, что и нормально, а выбравшись из лохани, встала рядом с краем кровати, зыркая на меня, лупая глазами и демонстрируя, как она со страшной силой мёрзнет. Ну и оприходовал я её: что я, зверь, девку мучать? Вполне, кстати, умелая оказалась, даже счётным девкам фору даст… на последнем я в голос заржал, игнорируя удивлённые взгляды.

Дело в том, что “умелость” понятна. С фигуркой и не “пышнощёким челом” у неё действительные проблемы – “дурнушка”. И брала умением, в чём мне повезло. Правда, духов я в девчонку запустил: мне спокойнее, да и пусть Шута не чувствуется… В общем: просто спокойнее.

6. Линька и феи

Опробовав тактико-технические характеристики Мирки, я в целом – остался доволен. А вот в частности были вещи на подумать, из которых две – основные. Первая: уже почти ставшая привычной паранойя по поводу Шута. На которую я, после обдумывания… забил. Ну серьёзно: вот, положим, подкинул мне Шут на потрахаться свою последовательницу… И чо? В девице четыре духа, способных парализовать и даже убить, при моём желании. “Шпионить” за мной будет? Страшно-то как, учитывая, что доступность яви для божественных сущностей (при их желании) многократно описана. Гадость какую-нибудь редкостно неостроумную сделает? Так прямого ущерба не нанесёт, или я её просто нейтрализую мыслью. А косвенно… как будто у него без Мирки возможностей мало. Это при том, что я вообще не уверен на сто процентов, что эта божественная сучность хоть как-то вмешивалась в моё существование, вот что самое смешное. И как шутка… довольно остроумно выходит, вынужденно признал я. Время от времени пыриться на меня своей божественной гляделкой, давая пищу той самой параное, ну и наблюдать и ржать за дёргающимся Потапычем.

– Смешно, – кисло произнёс я вслух.

– Что, господин? – тут же вскинулась лежащая рядом девица.

Если не обращать внимание на всякую паранойю – мне с этим персоналом действительно повезло. Конечно, она – лицедейка (шутовка, скоморошица, актёрка – много всяких синонимов, но по сути, так), так что может постоянно “играть”. Но мне-то, собственно, что? В койке приятная и старательная, на пожелания вскидывается-реагирует. И внешне – нравится, так что меня устраивает.

– Всё смешно, – мудро озвучил я. – Пойдём, помоемся.

– Как скажете, Михайло Потапыч, – вскочила она.

Ну и в процессе помывки я прикидывал вторую вещь. При всём удобстве брать в постоянные сотрудники эту девицу я точно не буду, даже теоретически. Тут есть несколько моментов, от моего уязвлённого всего библиотечной дурындой (понимаю, что чисто субъективная оценка, но жить-то субъективному мне, а не объективному хрен пойми кому), до шутовского подозрения. И главное: её юридического статуса “преступника”. Довольно занятный момент, что в корифействе Мирка станет всё той же воровкой. Даже в ряде этот момент отражён, правда, в нём обозначена “всея Зиманда”, что вызывает здоровый смех – “запрещать” и “разрешать” что-то там, где ты не можешь обеспечить исполнение – действительно смешно. Но в Корифействе на Зиманде Мирке появляться нельзя: она автоматически оказывается в суде, с “отсечением перстов” и последующей каторгой, вне зависимости от наличия “хозяина”. Довольно скользкий момент, перспективный для юридического разбирательства. Но тащить девицу в Золотой – просто бессмысленная трата сил и средств. На корабле и на Пряном она будет полезна и приятна, а как выслужу… А вот тут посмотрим. Если оправдает мои ожидания – так дам ей “вольную”. На Зиманду девица не вернётся, но в рамках Пряного станет вполне себе мещанкой, свободной гражданкой. Не оправдает – продам кому-нибудь, получу прибыль (не слишком приятен сам факт работорговли, но не я завёл, не я придумал, не мне и рыпаться, а только пользоваться) и забуду. Ну, забуду и так, и так, просто вопрос, в каком гражданском состоянии оставлю.