Cuttlefish That – Том 6 Искатель Света (страница 94)

Яркие лучи света взметнулись вверх, озарив весь Город Серебра.

Мифический полдень на мгновение воцарился в этом месте.

Все жители Города Серебра, включая Главу Колиана Илиада, застыли в изумлении. Это было более потрясающе, чем продвижение любого другого полубога до этого.

Солнечный свет.

Это был солнечный свет, озаривший весь город.

Завершив призыв, Одри вернулась над серый туман.

Господина Шута уже не было. В древнем дворце находился лишь Мир Герман Спэрроу, который остался здесь, чтобы понаблюдать за ритуалом.

— Вы выглядите не очень хорошо, — начал Клейн.

Одри села и с улыбкой ответила:

— Просто некоторые колебания, сомнения и растерянность.

— Это нормально. Перед тем как принять окончательное решение, каждый проходит через это. Многие отступают и меняют своё мнение, — спокойно сказал Клейн.

Одри не стала прямо отвечать на это, а с лёгкой улыбкой заметила:

— С тех пор как я стала Зрителем, я всегда стараюсь показывать людям ту свою сторону, которую они лучше всего принимают, заботясь об их тончайших чувствах. Это неплохо, но так я не могу узнать, какая я на самом деле в глазах других, не могу сорвать с себя великолепные одежды и увидеть скрытую под ними гниющую плоть, не могу понять, в чём проблема. В последнее время я пытаюсь в мелочах проявлять своё истинное состояние, чтобы посмотреть, как окружающие отнесутся к этому в нынешней ситуации, по-прежнему ли они будут считать меня той доброй, милой, благородной леди.

Сказав это, она вдруг замолчала. Спустя несколько секунд она тихо вздохнула:

— Пропасть…

Глава 1229: Пожелание

Не дожидаясь ответа Мира Германа Спэрроу, Одри, сохраняя прямую осанку, медленно произнесла ещё несколько слов:

— Тяжесть… Укол совести… Стыд…

Клейн молча выслушал и, не комментируя слова мисс Справедливость, спросил тоном, более свойственным Дуэйну Дантесу:

— Почему вы вдруг решили провести такой тест?

— Это не тест, — покачала головой «Справедливость» Одри. — Я лишь показала некоторые детали, которые обычно намеренно скрываю и избегаю, чтобы увидеть, какой я выгляжу в глазах других на самом деле.

Сделав паузу, она без улыбки шевельнула губами:

— После нашего прошлого разговора я действительно пыталась составить план и тайно манипулировать аристократами, торговцами, королевской семьёй и Церковью, чтобы они выделили достаточно продовольствия. На словах это всё очень просто, но когда я приступила к делу, то обнаружила, что не могу быть такой решительной и твёрдой, как себе представляла.

— Среди них есть мой дядя, моя тётя, мои двоюродные сёстры и братья, друзья детства, старшие, которые всегда обо мне заботились, и просто доброжелательные люди, с которыми я часто встречалась на балах и благотворительных мероприятиях. Они — часть моего детства, они дали мне очень многое, они — часть моего взросления, с ними связаны мои лучшие воспоминания о прошлом…

— К тому же, зерно, которое они накопили, не было украдено, и их объяснения, на самом деле, вполне разумны.

— Сделать их своей целью и попытаться лишить части их состояния… я просто не могу на это пойти, по крайней мере, сейчас.

Говоря это, голос Одри невольно стал громче, словно она с кем-то спорила.

Она тут же заметила свою небольшую оплошность, помолчала пару секунд и продолжила:

— Поэтому я хочу глубже познать себя, сорвать с себя маску благодушия и под взглядами других спросить себя, чего я действительно хочу, и были ли мои прежние мысли импульсом, лицемерием, наивностью или же сильным, идущим от сердца желанием.

Сказав это, «Справедливость» Одри вдруг улыбнулась:

— Хотя результата пока нет, сама попытка уже принесла некоторые дополнительные плоды. Раньше я всегда думала, что строго следую правилу «ты лишь играешь роль», но теперь поняла, что чуть не увязла в этой игре.

— В отличие от других путей, где нужно играть роли разных личностей и профессий, некоторые роли на пути Зрителя полностью сливаются с повседневной жизнью, и иногда их трудно различить.

— Простейший пример: кто не хочет, чтобы его все любили? Поэтому, общаясь с разными людьми, я надеваю разные маски личности, используя способности пути Зрителя, чтобы создать образ, наиболее соответствующий их ожиданиям. Когда это происходит всё чаще, когда ты так поступаешь с каждым, ты, по сути, уже увяз в «игре» и вот-вот потеряешь себя.

Клейн слегка кивнул:

— Это очень хороший вывод.

Он не стал комментировать предыдущие слова мисс Справедливость.

Одри некоторое время молчала, а затем медленно добавила:

— В последнее время я перечитывала отчёт об исследовании Восточного Района, который заказывал мой отец, и многое поняла по-новому. До войны многие бедняки, рабочие и крестьяне жили так же тяжело, как и сегодня, постоянно страдая от голода и лишений. Изменение закона о бедных, введение обязательных норм рабочего времени и условий труда, борьба с загрязнением воздуха, конечно, принесли некоторые улучшения, но лишь некоторые…

— Когда война закончится, если, если мы одолеем конец света, не повторится ли всё это снова?

Говоря это, Одри крепко сжала губы и умолкла.

Клейн чувствовал растерянность и смятение мисс Справедливость. Подумав, он не стал делиться своим мнением, а низким голосом произнёс:

— На эти вопросы, включая и тот, что касается ваших истинных желаний, вам нужно найти ответы самой. Никто не сможет сделать это за вас. Я могу лишь дать несколько советов: сходите на поля, посмотрите на работающих крестьян, сходите на фабрики, посмотрите на изнурённых рабочих, поживите в Восточном Районе, чтобы всё прочувствовать, сходите в библиотеку и внимательно изучите старые газеты и соответствующие труды.

Одри внимательно выслушала и серьёзно кивнула:

— Я попробую.

Затем она встала и поклонилась в сторону главенствующего места за изъеденным временем длинным столом в знак прощания. Хотя господин Шут и ушёл, Одри была уверена, что он наблюдает за ними.

И как раз в тот момент, когда она ожидала, что господин Шут вернёт её в реальный мир, Мир Герман Спэрроу вдруг произнёс:

— Подождите.

— М? — вопросительно хмыкнула «Справедливость» Одри.

Клейн, глядя на неё, материализовал лист бумаги:

— Это описание характера и поведения одного мифического существа. Я надеюсь, вы поможете мне проанализировать его возможные реакции в различных ситуациях.

— Хорошо, — без колебаний согласилась Одри.

Когда она взяла лист и прочитала его, Клейн, подумав, добавил:

— Относительно того, что вы говорили ранее, у меня есть ещё один совет: ваши сомнения и вопросы можно разделить на два типа. Некоторые действительно неотложны, а другие — не так срочны, и можно подождать, пока всё уляжется, чтобы провести более глубокое исследование. Хм, когда человек спешит, он легко ошибается. Вам лучше их разграничить.

Одри, подумав, серьёзно кивнула:

— Я поняла.

Ответив, она вдруг улыбнулась:

— А я-то думала, вы остановили меня, чтобы благословить и пожелать мне, увидев всю правду, по-прежнему любить этот мир.

Клейн сначала опешил, а затем с улыбкой переспросил:

— Кажется, вы читали немало романов императора Розеля?

— Он был выдающимся романистом, а также очень сложным и противоречивым человеком, — с лёгкой улыбкой ответила «Справедливость» Одри.

Клейн едва заметно кивнул и медленно произнёс:

— Если бы я хотел вас благословить, я бы сказал не так. Я бы сказал: пусть, увидев всю правду, ты по-прежнему будешь любить свою семью и друзей.

Одри замерла, её губы слегка шевельнулись, словно повторяя эти слова.

Через несколько секунд она прикрыла глаза и слегка охрипшим голосом произнесла:

— Спасибо…